Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 319 гостей и один зарегистрированный пользователь на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ДУХИ-ПОКРОВИТЕЛИ, ДУХИ-ПОМОЩНИКИ...

Печать

Николай АЛЕКСЕЕВ

Изображение духов-покровителей "Семь Братьев" Манси. ХМАО, р. Нияю, приток р. Хулга Рис. с фото В.И. Корниенко, 1975г.* Тюркоязычные народы Сибири верили в существование многочисленных духов, обитающих в трех мирах и постоянно воздействующих на людей. От козней этих сверхъестественных существ людей, по представлениям верующих, могли защитить шаманы с помощью подчиненных и покровительствующих им духов. Шаманы якобы могли общаться с обитателями других миров. "Еще известный исследователь ранних форм религии Д. К. Зеленин подчеркнул важность роли шаманских духов-помощников в иерархии божеств и духов, почитавшихся коренными народами Сибири [Зеленин, 1936, с. 353]. Л. П. Потапов высказал мысль о том, что вера в возможность камлания шамана только при участии духов-помощников являлась "одной из главных догм.шаманского культа" [Потапов, 1981, с. 136].

Действительно, сравнительное изучение анимистических воззрений якутов, алтайцев, хакасов, шорцев, тувинцев и тофаларов показывает, что поверья о данной группе сверхъестественных существ занимали в их религиозном мировоззрении одно из важных мест. Причем поверье о наличии сверхъестественных существ, способствующих шаману общаться с божествами и духами, производить действия, недоступные для "простого" смертного, являлось одним из основных постулатов шаманизма. Вера в существование духов-покровителей и помощников шамана была характерна для всех тюркоязычных народов Сибири, но в верованиях об этом у каждого этноса имелись некоторые различия. К сожалению, этот пласт анимистических представлений в шаманизме изучен неравномерно. Сопоставимые материалы собраны только среди якутов, южных алтайцев, кумандинцев, сагайцев, качинцев, шорцев, тувинцев-тоджинцев. Данный аспект проблемы исследования верований тубаларов, бельтиров, койбалов и тофаларов не изучен. Пробел в освещении поверий челканцев и кызыльцев о шаманских духах частично был восполнен атнографическим отрядом ИЯЛИ ЯФ СО АН СССР.

Якуты.Шаманы, по общеякутским верованиям, могли совершать большинство обрядов лишь при содействии духов, якобы "приходивших" им на помощь. Количество их зависело будто бы от "силы" шамана. Шаманы делились на "великих", средних и слабых [Серошевский, 1896, с. 628; Попов, 1947, с. 283]. Наибольшее число духов имели "великие" шаманы. Их духи считались самыми могущественными. Главным помощником якутского шамана был дух-покровитель, принудивший его исполнять роль посредника между людьми и сверхъестественными различными существами. Им обычно был один из умерших шаманов из рода, к которому принадлежал человек. К нему переходил дар общения с различными невидимыми, но грозными существами. В исключительных случаях духом-покровителем шамана мог стать кто-либо из второстепенных божеств-небожителей [Серошевский, 1896, с. 627; Гурвич, 1977, с. 214].

Якутские шаманы призывали своих покровителей для совершения камлания, Они, по словам шамана, являлись на место проведения обряда в различных образах, но их обычные люди якобы не могли видеть. К "великим" шаманам их духи "приходили", превратившись в быка-пороза, жеребца, орла, лося, черного медведя и волка [Серошевский, 1896, с. 626]. Покровители к слабым шаманам являлись в образе собаки, дятла, кукушки и т. п. [Пекарский, Попов, 1928, с. 191. Во время камлания якутские шаманы кроме духов-покровителей призывали ряд личных духов-помощников. Часть этих мифических персонажей представлялась в образе невидимых людей, часть - в образах животных, птиц и рыб. Так, в ходе мистерии шаманы уведомляли о приходе по их зову хромого, заикающегося человека, гагары, ворона, кукушки, рыбы и др. [Корнилов, 1908, с. 84], Изображения сверхъестественных "покровителей" и "помощников" изготовлялись из металла и нашивались; на ритуальный шаманский костюм. К числу духов-помощников якутского шамана относился и его бубен. Он, по мнению якутов, оживал во время камлания и становился конем, невидимым для простых смертных. На нем шаман "ездил" к месту обитания духов [Припузов, 1884, с. 65; Маак, 1887, с. 118].

Помимо личных духов-помощников, якутские шаманы во время исполнения обрядов привлекали на свою сторону местных духов - хозяев - "хозяина" очага юрты, в котором совершался обряд, "хозяев" территории, где Жил больной, и др. Шаман просил у них содействия в борьбе со злыми духами.

В конце XIX в. у якутов встречались шаманы, покровителями которых были духи умерших эвенкийских шаманов. Они имели кровно-родственные связи с эвенками или становились шаманами в результате "контакта" с духами умерших эвенкийских шаманов случайно. "Когда я путешествовал на Севере, - рассказывал Тюспют,- то раз в горах набрел на кучу (сайба) дров, а нужно мне было как раз варить обед; я взял да и зажег эту кучу; между тем под кучей был похоронен знаменитый тунгусский шаман; вот его-то душа и пристала ко мне" [Серошевский, 1896, с. 627].

Вера в возможность призывания человека в шаманы духами другого этноса, несомненно, была связана в данном случае с существованием достаточно долговременных и прочных этнокультурных контактов между якутами и эвенками.

Каждый дух-помощник якутских шаманов имел свою "специальность". Одни из них привлекались при "лечении" больных туберкулезом, другие- при исцелении от детских болезней и т. д. (см. главу IV). Помимо сверхъестественных существ, "помогавших" якутским шаманам во время мистерий, у каждого из них был дух, не принимавший участия в обрядах, но от сохранности коего зависели здоровье и жизнь самого шамана. Этого духа называли ийэ-кыыл,- мать-зверь. Он считался двойником своего хозяина, существующим в виде какого-нибудь зверя - лося, оленя, медведя и т. п. [Серошевский, 1896, с. 626; Ксенофонтов, 1929, с. 17, 19, 22]. Если он получал рану, у шамана болела та часть тела, которая повреждена у двойника; если мать-зверь погибал, то умирал и его хозяин. Поэтому якутские шаманы тщательно скрывали "местонахождение" своих мать-зверей, В мифе, записанном В. Л. Серошевским, весьма красочно описывается, что будто бы один раз в год, весной, когда земля почернеет, мать-звери всех шаманов "рыщут" по земле. В это время их могут заметить только люди, "одаренные" способностью "видеть" сверхъестественные существа. Мать-звери сильных и смелых шаманов "пролетают с шумом и ревом, слабые - тихонько и крадучись; особенной драчливостью и задором отличаются шаманки и, действительно, если среди них встретится настоящая колдунья, то никому не уступит; неопытные или задорные шаманы часто вступают в драку, что ведет за собою болезнь или даже смерть того, чей ийэ кыыла был побит" [Серошевский, 1896, с. 626]. Слабые шаманы имели мать-зверя в образе собаки, а самые сильные - в виде быка-пороза, жеребца, орла, лося и черного медведя. Шаман - обладатель мать-зверей в образе волка, ворона, медведя и собаки считался несчастным, так как эти звери никогда не насыщались, сколько бы "хозяин" ни добывал для них жертвенной пищи. Когда они были голодными, то не давали покоя шаману-хозяину, причиняли ему сильную болезнь (с. 626). Якутские понятия о шаманском матери-звере были схожи с эвенкийскими поверьями о зверином двойнике шамана [Анисимов, 1958, с. 136-138].

Алтайцы.Алтай-кижи. Шаманы южных алтайцев, по данным А. В. Анохина, как и якутские, имели духов-покровителей. Им обычно являлся недавно умерший шаман из рода нового кандидата на эту роль или из рода его матери [Анохин, 1924, с. 27]. О том, кто из бывших шаманов "заставляет" человека стать продолжателем его дела, узнавал старый, опытный шаман, приглашенный к заболевшему шаманской болезнью (по сообщению алтай-кижи Михаила Соенкоевича Агылдаева, род кергил, 1907 г. рождения, с. Бешпельтир Шебалинского района Горно-Алтайской АО, 1981 г.). Духом-покровителем шаманов иногда считалась родовая гора, тоже будто бы могущая принудить избранника заниматься шаманством (см. § 3).

Помимо сверхъестественного покровителя южно-алтайские шаманы якобы имели духов-помощников. В их число входили все умершие шаманы рода, к которому принадлежал главный дух-покровитель [Анохин, 1924, с. 27]. При этом дух одного и того же предка мог выступать в качестве помощника нескольких шаманов, имеющих кровное родство. Интересно, что среди сверхъестественных существ, принадлежащих южно-алтайскому шаману, могли быть духи шаманов северных алтайцев. Это, видимо, в том случае, если у него было кровное родство с каким-нибудь североалтайским родом, например из числа тубаларов (по сообщению алтай-кижи Николая Андреевича Дядеева, род иркит, 1902 г. рождения, с. Бешпельтир Шебалинского района Горно-Алтайской АО, 1981 г.).

Шаманы-предки признавались личными духами шамана. Вместе с тем их почитали и рядовые члены отдельных родов. По мнению Л. В. Чанчибаевой, духи умерших шаманов "составляли часть не столько общих, сколько местных божеств и духов отдельных групп алтайцев" В прошлом это были шаманы, выдающиеся какими-нибудь своими качествами или проявившие себя после смерти недоброжелательно к оставшимся в живых родственникам. Предки шамана требовали к себе почитания и жертвоприношений" [Чанчибаева, 1978, с. 94].

Действительно, южные алтайцы почитали умерших шаманов, якобы становящихся духами, как и божеств-творцов мира, и духов-хозяев окружающего дух мира. Но "характерной чертой" духов умерших шаманов была их "способность" придавать живому шаману сверхъестественные способности для воздействия на духов и божеств всех трех миров. В сущности, культ шаманов оттеснял на второй план божеств и духов ранних форм религии. Духи умерших шаманов становились главными персонажами, определяющими характер сосуществования людей со сверхъестественными обитателями трех миров. В аилах верующих имелись изображения почитаемых шаманов-предков-чалу [Чанчибаева, 1978, с. 75] (см. фото 9).

Помимо личных постоянных духов-помощников южно-алтайские шаманы прибегали к помощи духов, "специализировавшихся" в содействии шаманам при посещении верхнего и нижнего миров. Так, основным помощником шаманов южных алтайцев при камлании в верхний мир считался дух Дьайык. Его послал Ульген - глава божеств верхнего мира - на землю охранять людей "от всего злого и худого и давать всему жизнь" [Анохин, 1924, с.. 12]. Без участия Дъайыка шаманы не могли "подняться" на небо. Он во время камлания "якобы "падал" с неба в бубен" [Дьяконова, 1981а, с. 143]. "Иконографическим" изображением Дъайыка была белая заячья шкурка с пучком лент белого цвета. Такая "икона" имелась в каждом аиле и использовалась как главный атрибут при камлании алтайских и тувинских шаманов в верхний мир [Дьяконова, 1981а, с. 143; Чанчибаева, 1978, с. 76]. Во время камлания у южных алтайцев исполнителю его будто бы помогал и дух Суйла, почитавшийся земным стражем человека. Он "сопутствует шаману на небо и в нижний мир, охраняя его от несчастий, и вместе с Дьайыком ведет жертвенное животное в ту или другую область". У Суйлы был свой дух-помощник Карлып. Он тоже участвовал в обряде жертвоприношения [Анохин, 1924, с. 14].

К разряду шаманских духов у алтайцев относился и небожитель Уткучы. Его Ульген посылал на встречу с шаманом, поднимающимся на небо. Уткучы "вел" переговоры с ним и его помощником на пятой сфере небесного пространства. Там он принимал жертвенное животное, выслушивал просьбу, затем отводил скотину к Улъгену, сообщал его решение шаману. Закончив беседу, Уткучы давал просителям гусей, на которых они возвращались на землю (с. 14).

При камлании в нижний мир алтайским шаманам "способствовали" сыновья Эрлика - главы злых духов нижнего мира. Они призывались при жертвоприношении Эрлику. Считалось, что при их содействии исполнитель обряда вел переговоры с Эрликом (с. 7).

Алтайцы для борьбы со злыми кёрмёсами из нижнего мира привлекали ару кёрмёсов - чистых духов, в которых превращались все умершие шаманы. Для участия в обрядах обычно "призывали" духов бывших шаманов из рода, к которому принадлежали исполнители. Они давали советы, как умилостивить того или иного духа, и выступали иногда "в роли посредников между верховными существами и другими духами" (с, 22, 27-29). Благодаря содействию ару кёрмёсов шаманы преодолевали препятствия на пути к духам неба и нижнего мира. "Во время путешествия они являются живой силой и охраняют шамана от опасностей, ведут борьбу со злыми духами, встречающимися в пути. Ару кермесы невидимо облекают собою шамана: сидят на его плечах, на голове, на руках, на ногах, в различных направлениях опоясывают его стан и в призываниях именуются за это броней или обручем (курчу)" (с. 29).

Анализ материалов о костюмах шаманов южных алтайцев показывает, что для некоторых духов имелись специальные подвески, куда они будто бы вселялись (см. главу III). Шаманские помощники, по поверьям южных алтайцев, участвовали в обрядах в облике антропоморфных и зооморфных духов или в виде каких-либо чудовищ [Чанчибаева, 1978, с. 75] (см. фото 11,12). Их изображения наносились на бубен шамана, по которому можно было определить количество и разновидность духов у принадлежащих ему. Число существ, подчиненных шаману, зависело от его "силы". Более "могущественным" шаманам "прислуживали" до десяти и более сверхъестественных помощников, а у слабых их "было" всего один или два [Анохин, 1924, с. 29]. При этом сильный шаман мог "отнять" духов у своего слабого собрата [Чанчибаева, 1978, с. 63].

Телеуты.Религиозные воззрения телеутов, являющихся частью южных алтайцев, в основном совпадали с анимистическими взглядами алтай-кижи. Духами-покровителями телеутских шаманов считались их умершие родичи-шаманы. Часть помощников им будто бы "выделял" Ульген. Телеутские шаманы призывали в обрядах семь черных птиц и большого беркута Улъгена [Дыренкова, 1949, с. 119, 124]. Принадлежащие шаману существа "появлялись" на его зов в различных образах. Духи-помощники шамана делились на группы, предназначенные для отдельных видов и даже этапов мистерий.

Помимо личных мифических помощников, телеутские шаманы прибегали во время камлания "к услугам" духов, которых "выпрашивали" у божеств и духов, живущих на пути к месту камлания в нижний или верхний мир. Иногда шаманы "уговаривали" войти в число сподвижников духов, "встретившихся" в ходе совершения обряда (с. 147, 153, 173). Эти "помощники" подчинялись шаману только во время проведения данного камлания и не "становились" его постоянными духами.

В число "помощников" телеутских шаманов входили, возможно, духи-покровители всех родов, обслуживаемых ими. Так, по мнению Л. П. Потапова, на телеутский бубен, "когда он перестал быть родовым, с ним стали обслуживать религиозные нужды не только родственников-сородичей, но и чужеродцев, стали наносить изображения родовых покровителей (сверхъестественных животных, называвшихся "бура") разных родов - сёёков, расположив их по небесным слоям. С таким,, синтетическим бубном шаман мог отдавать дань и традициям родового культа разных сеоков" [Потапов, 1949, с. 196-197]. Но шаманы не просто соблюдали обряды культа отдельных родов, а пытались обобщить их и создать формы обрядов, приемлемые для всего этноса или для группы этносов, имеющих этнические и культурные контакты. Это было отражением далеко зашедших изменений общественного строя и консолидационных процессов среди аборигенов Алтая.

Кумандинцы.У шаманов данной этнической группы северных алтайцев духом-покровителем нового шамана мог стать дух умершего шамана из его рода или из рода его матери. Кумандинцы считали, что шаманский дар переходит по наследству от отца к сыну или внуку. Духами-покровителями кумандинских шаманов могли быть, кроме духа кровного предка, дух его священной родовой горы и духи пайана (духи-покровители рода) [Сатлаев, 1974, с. 154-155]. В группу сверхъестественных существ, дающих людям способность к шаманству, кумандинцы включали Курултая - сына дочери Улъгена от брака с шаманом - человеком, живущим на земле (в среднем мире). От него "рождались", т. е. вели свое происхождение, "великие" шаманы [АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 125].

Помимо духа-покровителя, у кумандинских шаманов были духи-помощники. Сначала шаман получал одного или несколько духов. Новых духов он получал три раза в год по решению покровителей - в феврале, августе и ноябре. Эти месяцы назывались поэтому чаргы айьг - месяц судьбы [Сатлаев, 1974, с. 155]. Процесс получения духов-помощников длился до десяти лет [АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 247- 248]. По мере их получения увеличивалась "сила" шамана.

Духи-помощники кумандинских шаманов делились на отдельные группы, имеющие специфические особенности. Так, у "великих" шаманов были кони (верблюды) - пугра, которые могли поднять их в верхний мир к Улъгену. Матерью этих священных коней считался дух Кыдай-кан [Сатлаев, 1974, с. 159; АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 150, 230]. "Великие" шаманы имели также тер айактыг бура (имеющие земные ноги бура), т. е. бурд-кони, предназначенные для сношения с духами земного (видимо, подземного. - Н. А.) мира" [Сатлаев, 1974, с. 159; АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 149]. Средний шаман, по поверьям кумандинцев, "не обладал" небесными конями, поэтому и "не поднимался" в страну небожителей. Он владел только "имеющими земные ноги конями", используя их, "ездил" к духам среднего и нижнего миров. Изображения этих коней рисовались на бубнах кумандинских шаманов [Сатлаев, 1974, с. 158, 160; Прокофьева, 1961 ]. На них в ходе камлания "ездили", кроме шамана, его антропоморфные духи-помощники [АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 217, 238]. У кумандинских шаманов "были" еще зооморфные существа и духи в образах пресмыкающихся. Главой всех сверхъестественных помощников шамана считался дух Кара куш - черная птица. Шаманы уверяли, что этот дух весьма сильное и храброе существо. Так, шаман поручал ему найти человека, похожего на больного, чтобы "отдать" его душу в обмен на душу своего пациента [АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 145]. Гуси служили шаманам в качестве сверхъестественных ездовых животных и посыльными для доставки жертвы в верхний и нижний миры. При обращении к Ульгену шамана сопровождал белый гусь, а к злым духам - Конгур кас, гусь красного цвета [АГАИ, ф. AM, д, 216, л, 151, 232-233].

Среди духов-помощников кумандинских шаманов были духи, охраняющие их во время камлания от нападения враждебных духов и шаманов. Кер-поок и кер-ньаан, например, служили убежищем для шамана во время посещения чужой территории - шаман влезал в этих духов и совершал свои действия, прячась в их утробе [АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 144, .258-259.]

Духи-помощники могли выполнять только строго определенные функции. Поэтому шаман, "отправляясь" в верхний мир, духов, предназначенных для использования в среднем мире, оставлял на земле [АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 221-222]. Обычно духи-помощники действовали лишь во время камлания шамана, причем только те, кого он призывал. Но иногда в мифах и легендах эти помощники проявляли самостоятельность и приходили к шаману по своей воле. Так, в одном мифе дух-хозяин бубна трижды приходит к шаману и сообщает о том, что умирает его отец. Тогда он возвратился домой и увидел, что отец при смерти, а бубен, обычно висевший на гвозде, снят и пляшет вокруг стола [АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 142].

По верованиям кумандинцев, количество духов-помощников шамана могло и уменьшаться. Это происходило в случае, если в роду появлялись мальчик и девочка, которые станут шаманами. Часть родовых духов-покровителей переходила к будущему шаману [АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 249].

Кроме личных помощников, кумандинские шаманы призывали на свою сторону местных духов, например духа-хозяина огня, являвшегося одним из родовых покровителей. Его просили защищать шамана и рядовых участников обряда от козней злых существ. Хозяина огня изображали на бубне в виде ящерицы [АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 146, 239]. В трудных случаях кумандинские шаманы включали в ряды своих защитников духов-покровителей людей, присутствующих на камлании [АГАИ, ф. AM, д. 216, л. 257].

Челканцы.По верованиям членов этнической группы северных алтайцев, пайана - дух-покровитель шамана - после его смерти остается на земле. Лично шаман превращался в духа и отправлялся в мир мертвых, а его пайана переходил по наследству к новому шаману. Дар шаманства передавался как по отцовской, так и по материнской линии (по сообщениям челканцев Марии Александровны Кандараковой, род шалганы, 1913 г. рождения; Федора Николаевича Распаева, род кюзен, 1911 г. рождения, с. Бийка Турочакского района Горно-Алтайской АО; Байрама Ивановича Пустогачева, род шалханду, 1897 г. рождения, с. Чуйка Турочакского района, Горно-Алтайской АО, 1979 г.). Кроме пайана, шаману во время камлания содействовали духи его родовых гор и различные духи-гонцы. Как подчеркнул информатор К. Т. Пустогачев, сам шаман остается на месте камлания, а в различные места посылает своих мифических помощников (по сообщению Кайдака Торгочоковйча Пусто-гачева, род шалханду, 1906 г. рождения, с. Бийка Турочакского района Горно-Алтайской АО, 1979 г.). Их рисовали на внешней стороне челканского бубна в образе людей, горного козла и лося. Рукоятку бубна челканцы вырезали из дерева в виде человека с руками и ногами, а иногда на обоих ее концах изображали человеческое лицо (по сообщениям М. А. Кандараковой, Б. И. Пустогачева и Ф. Н. Распаева). Возможно, это было изображение духа-хозяина бубна. Челканцы изготовляли также отдельные фигурки, служившие своеобразными иконами (см. фото 16).

Завершая обобщение сведении о сверхъестественных помощниках алтайских шаманов, необходимо подчеркнуть, что у них, как и у якутов, бубен считался верховым животным, на котором шаман ездил во время камлания [Потапов, 1969а, с. 354] (по сообщению алтайца Бабый Уина, 1905 г. рождения, с. Ябоган Усть-Канского района Горно-Алтайской АО, 1976 г.; Сатлаев, 1974, с. 158).

Хакасы. Сагайцы.У хакасов покровителем шамана тоже считался дух одного из его предков, обладавших даром шаманства. Он выбирал подходящего человека и принуждал его стать шаманом, Впоследствии этот дух совместно с духами всех ранее умерших шаманов становился помощником нового шамана, который получал дополнительных помощников от Адазы - главы духов нижнего мира [АИЭ (ЛО), ф. К-V, оп. 1, д. 475, л. 7, 15] - или от духа предка, призвавшего его в шаманы [АИЭ (ЛО), ф. К-V, оп. 1, д. 475, л. 2]. Адазы передавал шаману духов, оставшихся от умерших предшественников из его рода, и по своему усмотрению мог добавить несколько новых сверхъестественных слуг.Они считались принадлежащими только новичку. Духи-помощники представлялись в различных образах - среди них были антропоморфные и зооморфные существа и духи в виде ызыхов - родовых духов-покровителей. Шаманских духов-помощников называли тёс - предок. Они делились на черных (грязных) и светлых (чистых) духов.

К черным духам относились духи в образе медведя, волка, змеи, коршуна и филина. К светлым духам причисляли ызыхов - антропоморфных существ, дочерей "хозяев" гор и духа в образе кукушки [АИЭ (ЛО), ф. K-V, оп. 1, д. 475, л. 7]. У каждого шамана в зависимости от его силы в подчинении было различное количество мифических персонажей. Шаман Мукулка Боргояков из рода жобьта, улуса Пытрахт, например, при посвящении в шаманы "получил" от Адазы медведя, волка, двух черных человек с глазами на затылке и вороного коня [АИЭ (ЛО), ф. K-V, оп. 1, д. 475, л. 25]. Шаман Е. М. Кызласов из рода харга, 70 лет, из улуса Кызлас на реке Есь. сообщил в 1957 г. В. Диосеги, что среди его духов-помощников есть духи в образе людей синего ызыха, гусей, хозяина рыжих ызыхов Хана Салочая и т. д. [АИЭ (ЛО), ф. K-V, оп. 1, д. 475, л. 16].

Духи-покровители и духи-помощники шамана появлялись по его просьбе в начале камлания и участвовали в проведении обряда" В конце мистерии шаман их отпускал. Например, сагайский шаман, заканчивая камлание к горному духу, произносил: "Я выхожу из левых дверей (твоих) гор и запер за собой золотые двери! Теперь возвращаюсь домой! Вы (покровители) пустите шею и спину на свободу, ибо я уже вернулся (домой)! Держите высоко светлые знамена (помощи) и надевайте на себя крепкие кольчуги! Не давайте воли имеющим холодные (для помощи) ноги! Стерегите ночью и заботьтесь об нас днем! Вы, покровители моих белых орудий (т. е. бубнов), дайте свободу моей спине и шее! Вы, мои покровители, помогающие защищаться колотушкою, дайте свободу правой моей кисти" [Катанов, 1907, с. 594]. Видимо, сагайцы верили, что во время камлания духи-покровители и помощники шаманов, так же как и у алтайцев, охраняли их со всех сторон от нападения злых духов. Борьбу с существами из других миров шаманы будто бы поручали своим сверхъестественным помощникам. Причем духу в образе черной собаки противопоставлялся тоже дух, имеющий вид черной собаки; с существами, появляющимися в образе черного богатыря, медведя и серого волка, боролись духи шамана аналогичного вида [АИЭ (ЛО), ф. K-V, оп. 1, д. 475, л. 26].

По верованиям сагайцев, духи-покровители шаманов постоянно, днем и ночью, защищают людей от козней злых духов и принимают активное участие в борьбе с другими шаманами. Так, в одном мифе рассказывается о том, что шаман Топчан в ходе камлания встретил двух бодающихся быков. Это были борющиеся, превратившиеся в быков сагайский и тувинский шаманы. Топчан вмешался в поединок и смертельно ранил быка, в которого превратился тувинский шаман. Позже Топчан увидел сон, где к нему пришли два тувинских шамана и увели его в Урянхайскую землю, т. е. на территорию, где испокон веков проживают тувинцы. Во сне Топчан "прибывает" на место, где живет раненый шаман, в сопровождении только трех своих духов-помощников в образах горного духа, ворона и медведя. Они там борются с духами тувинских шаманов и побеждают всех [Катанов, 1907, с. 282-283]. По представлениям сагайцев, один и тот же дух-помощник "мог" появляться в различных образах. Так, шаманы прятали духов-хозяев своих бубнов не только в их традиционном виде - марал, косуля и конь, но и могли превратить их в ястреба или сапсана [Потапов, 1981, с. 134]. Человек, заболевший шаманской болезнью, мог отказаться от получения этого дара, вернув главе нижнего мира духов, заставляющих его стать посредником между людьми и сверхъестественными существами [АИЭ (ЛО), ф. К-V, оп. 1, д. 465, л. б].

Качинцы.Согласно мифологии качинпев, покровителями шаманов могли быть существа различного происхождения - родовая гора, небожители и т. д. [Потапов, 1981, с. 127]. Полного перечня качинских духов, которые могли бы заставить человека стать шаманом, в литературе, к сожалению, нет. По данным Л. П. Потапова, абаканская группа качинцев считала, "что главным распорядителем и покровителем шаманов являлся "хозяин" священной почитаемой горы Каратаг (букв. "Черная гора"), находящейся в хребте Карасым (букв. "Черном хребте"). Возможно, что этот Черный хребет под названием Кара Сенгир упоминается в енисейской рунической надписи на скале Кемчик-кая (на правом берегу Кемчика)". Хозяин Каратага имел девять сыновей и семь дочерей. Они становились покровителями и помощниками, обязанными помогать шаману в сношениях с самим хозяином Каратага [Потапов, 1981, с. 128-129]. Мифические помощники качинских шаманов, как и у южных алтайцев, делились7 на "чистых" и "нечистых". Об этом свидетельствует то, что хозяин Каратага говорил в напутствие новому шаману: "Иди, будешь людей лечить, чистые болезни лечи конским ызыхом (родовым духом-покровителем коней - Н. А.), нечистые - овечьим ызыхом, ящерицей и другими своими помощниками" [Потапов, 1981, с. 133].

В число духов-помощников каждого качинского шамана входили духи умерших шаманов из его рода (с. 128). Без них, подчеркивал Н. Ф. Катанов, "шаман ни за что не рискнет отправиться один в такое дальнее и опасное путешествие, как путешествие в страны за 9 огненными морями и 9 высокими горными хребтами, где обитает сам горный дух Кубай-Кан, по качинским понятиям, одевающийся в черный бархат, носящий шапку из черного камчатского бобра и отдыхающий в тени березы, имеющей золотые листья" [Катанов, 1897, c. 26].

На услужении у самых сильных качинских шаманов могли быть и "духи-хозяева гор и пр." [Островских, 1895, с. 342]. Существа, помогающие шаманам во время камлания, представлялись в антропоморфном и зооморфном образах. Их изображения рисовали на бубне. У качинских шаманов, судя по описанию Н. Ф. Катанова, в зависимости от их силы на бубнах были нарисованы духи в виде кукушки, черных и белых птиц, волка, медведя, собаки, лося, серны, щуки, жаб, змей, ящериц, людей на рыжих и вороных конях [Катанов,. 1907, с. 579-580]. Часть духов-помощников будто бы постоянно "охраняла" шамана. "Они его предупреждали об опасности, особенно во время сна, когда какой-либо враждебный шаман пытался его съесть. В таких случаях охранители сигнализировали ему звоном железных подвесок, надетых на железный прут - перекладину" бубна [Потапов, 1897, с. 131].

Кызыльцы.Представления кызыльцев о сверхъестественных покровителях и помощниках шаманов, видимо, были близки к качинским. Так, покровителями кызыльских шаманов могли быть духи-хозяева гор и воды. Они приходили к шаману по его вызову и днем и ночью. Среди кызыльских ттеесев-духов, защищавших от болезней, был антропоморфный дух Эмекей. Он подсказывал шаману правильные действия в ходе камлания (по сообщению кызыльца Степана Евгеньевича Саможикова, 1903 г. рождения, с. Устинкино Орджоникидзевского района Хакасской АО, 1977 г.).

К сожалению, сведений о духах-помощниках бельтирских и койбальских шаманов в литературе нет.

Шорцы.У шорцев считалось, что дар шаманства передается по наследству. Шорским шаманам в ходе камлания на помощь приходили различные духи (тёс). Их изображения имелись на шаманских бубнах. Главным из них признавали духа-покровителя шамана, называемого кижи тёс (дух-человек). Его рисовали в виде всадника, держащего в руках лук со стрелой (по сообщению шорцев Гавриила Прокопьевича Кужакова, род кызылхай, 1909 г. рождения; Ильи Тимофеевича Шубаева, род хобый, 1903 г. рождения; Егора Николаевича Апанасова, род. халлар, 1894 г. рождения, с. Анжуль Таш-тыпского района Хакасской АО, 1977 г.) Это, видимо, дух умершего шамана, который после смерти вместе со своими духами-помощниками переселялся в мир Эрлика, и они начинали искать будущего преемника "в роде умершего шамана и очень редко, если у тех не найдется подходящего, переходят к другому роду" [АИЭ (ЛО), ф. 3, оп. 2, д. 61, л. 3-4]. Когда дух умершего шамана и духи, принадлежавшие ему, находили человека, способного стать шаманом, Эрлик насылал на него болезнь и принуждал исполнять роль посредника между людьми и духами. Когда он соглашался, Эрлик отдавал ему в подчинение духа умершего шамана и его духов-помощников. Кроме того, Эрлик, по собственному усмотрению, мог увеличить количество духов-помощников - дать ему новых. Всех сверхъестественных существ, полученных от Эрлика, шаман должен был показать Улъгену, который также давал духов-помощников. Так, от него шаман получал духа-хозяйку или духа-хозяина бубна. Если шаман получал хозяйку бубна, то она считалась его мифической супругой. Дух-хозяйка бубна "живет постоянно у Улъгена и приходит к каму оттуда, помогает ему камлать, она для него такая же жена, как и земная. Без нее не обходится ни одно камлание. Она появлялась в образе девицы маленького роста, имеющей семь гребней" [АИЭ (ЛО), ф. 3, оп. 2, д. 61, л. 8-12]. Сильному шаману она показывалась "после того как он использовал три бубна" [АИЭ (ЛО), ф. 3, оп. 2, д. 61, л. 9]. Она приходила "с ожерельем на шее, на котором подвешены металлические подвески, калыш и саныр, совершенно так же, как они висят у кома на бубне. Сама эта девица светлая, волосы белые..." [АИЭ (ЛО), ф. 3, оп. 2, д. 61, л. ,9].

Ульген, по верованиям шорцев, выделял шаману духов-помощников из числа обитателей верхнего мира. Так, некоторые шаманы считали, что их духи живут на девяти ступенях, ведущих к Улъгену. Самые слабые внизу, сильные выше [АИЭ (ЛО), ф. 3, оп. 2, д. 61, л.16].

Среди духов-помощников шорских шаманов были и существа, относимые к среднему миру. Например, духи-помощники в виде пресмыкающихся - лягушки, ящерицы и змей, которые "живут в печке, в огне, поэтому и называются все оттынг ээзи - хозяева огня" [АИЭ (ЛО), ф. 11, оп. 1, д. 101, л. 57-58]. Вероятно, возникновение подобного представления о духах-хозяевах огня явилось результатом трансформации шаманами исконного образа этого божества родового культа. Им, очевидно, шаманы отводили второстепенную роль, используя лишь в качестве местных духов-помощников.

По верованиям шорцев, духи шаманов имели разнообразный вид - антропоморфный, зооморфный, в образе пресмыкающихся и т. п. Каждый из них имел свою "специальность". Так, дух Шор тегри (Тегри - это выражение, как отметил А. В. Анохин, означало то же, что у телеутов кан [я. 12 об.]) считался главой всех духов. Он "персонаж, несущий обязанности администратора и ведающий духами добрыми (байана) и злыми (аина)" [л. 43--44 об. ]. "Его иногда величают сыном Улъгена, иногда сыном Кан Кара Кеша" [АИЭ (ЛО), ф. 11, оп. 1, д. 101, л. 43- 44 об.]. Шор тегри рисовали на бубне в виде "духа едущего на санях" [л. 12 об.].

Самым сильным среди шаманских помощников был дух, имеющий несколько имен - Кер-Бос, Кер-Чан, Ар-Чан, Улу Ардчан. Это был мифический зверь. Его получали от духа Ада-кижи (человек-отец), т. е. духа, призвавшего в шаманы. Этого зверя призывали только в самых тяжелых случаях [л. 43]. Часть духов-помощников охраняла своего хозяина во время камлания, часть вела разведку и поиски кут, похищенной у больного, часть служила транспортным средством: везли шамана, несли жертву духам и найденную кут [л. 12-13, 17, 39-42]. У шорских шаманов, как и у ку-мандинских, для поездки к Улъгену и Эрлику были разные кони [л. 12, 17, 41-42]. В качестве ездовых животных служили также мифические птицы, сверхъестественное существо Таилык, похожее на горностая, щука и налим [л. 12, 39 об.- 40; Малов, 1909, с. 40]. Количество духов, "принадлежащих" шаману, зависело от его "силы". У "великих" было очень много, у слабых - лишь несколько. Как образец состава существ, принадлежащих шорскому шаману, можно привести список духов шамана Алексея, записанный Н. П. Дыренковой в Кузнецкой тайге:

"I. Суб кара кар am субдан кар-am - имя хозяина нагайки (дух-хозяин колотушки.- Н. А.).

2. Убу паре ак ои am - две пары белых сивых коней - один тёс с четырьмя конями и зовут тебир тискинив - тёс с железным поводом.

3. Ербюк тижи кёр чарак - мужчина с женщиной (самец и самка. - Н. А.) - гнедые собаки с отвислыми ушами.

4. Четти паре кёр балык - 7 пар гнедых рыб, живет в воде, когда брызгают в воду, то дают долю и ему. Когда айна, за которым гонится кам, ползет под землею или в воду, то этот тёс помогает кому. Кам вызывает его отдельно.

5. Кырык пара кара куш - сорок пар черных птиц. Когда каму приходится лететь за айном, они помогают ему лететь, назад кам возвращается на гусе...

6. Кара талай кам-облын - черный водяной царь - парень или сын.

7. Кара малат кылыштыб - черный с мечом, живет вместе со всеми тёсами в шедене. Когда человек сильно хворает, этот тёс отстраняет айну черным мечом и пересекает его (видимо, рассекает. - Н. А.).

8. Алты кылыштыб кан облун - с шестью мечами царь - сын. Он стоит всегда на страже, как защита кама, особенно на случай, если какой другой кам. задумает его съесть.

9. Тобус садаклыб кан ёрбек - с 9-ю стрелами царь-самец. Стоит на страже, около кама, чтобы не подошел айна к нему.

10. Кан шокур am - царь... (неразборчиво.- Н. А.) конь,

11. Иби той ак пор-ат - два одинаковых бело-сивых коня.

12. Кёр бабыр - тёс - медведь. Сильный очень дух. У каждого кама есть пгёс-медведь. Он помогает каму связывать айну во время камлания и тащит его. 90

13. Четти чалапуп сачып кыс ут костуб кенци кыс - с 7-ю гребнями рыжая девица, с 3-я глазами маленькая девица (дух-хозяйка бубна.-Н. А.)" [АИЭ (ЛО), ф. 3, оп. 2, д. 61, л. 14). В этот список вошли не все виды духов, которые обычно принадлежали шорскому шаману. Возможно, что шаман сообщил Н. П. Дыренковой только главных своих помощников. Не упомянуты, например, духи-хозяева огня, изображавшиеся на бубне в виде пресмыкающихся.

По шорским поверьям, духи-помощники сильных шаманов считались могущественнее духов слабых шаманов [АИЭ (ЛО), ф. 3, оп. 2, д. 61, л. 15]. Каждый шаман должен "прятать" своих духов, так как в случае их "поражения" он мог заболеть и умереть. Шорцы верили, что шаманы помещают принадлежащих им существ в специальную изгородь - шеден, сооружаемую в тайге вокруг высокой горы, указанной старшим тёсем. Это место они будто бы окутывали туманом [АИЭ (Л0), ф.3,оп. 2, д. 61, л. 16; ф. 11, оп. 1, д. 101, л. 12]. По данным А. В. Анохина, в шеден заключали не всех духов-помощников. Священные кони буры шаманов будто бы жили у мифического "молочного озера" и ходили к нему на водопой [АИЭ (ЛО), ф. 11, оп. 1, д. 101, л. 39].

Духи-помощники приходили к своим хозяевам только по их приглашению. "Пока кам не камлает, тёсы сидят в шедене и лишь охраняют кама. Когда кам отправляется куда-нибудь на камлание, тёсы идут вместе с ним". Шаманы в зависимости от вида болезни и от состояния пациента вызывали разное количество духов: иногда половину, иногда всех [АИЭ (ЛО), ф. 3, оп. 2, д. 61, л. 16].

Тувинцы.По тувинским верованиям, человек становился шаманом в результате вселения в него души умершего шамана. Она вселялась только в кого-нибудь из родственников [Дьяконова, 1975, с. 46]. Ф. Я. Кон отметил, что сюнезын - душа одного шамана в момент его смерти вселяется в другого и от этого переселения слабеет. Приход дара шаманства будто бы происходит следующим образом: на небе появляются черные тучи кара терлер, а затем радуга - джелеш. Конец радуги ударяет в человека, и он становится хам (шаманом) [Кон, 1934, с. 24]. С этого момента дух умершего шамана покровительствует новому шаману. К числу духов-покровителей тувинских шаманов относились духи-хозяева некоторых священных гор. Например, покровительницей алашских и кара-хольских шаманов считалась дух-хозяйка горы Хоор-Тайга [Потапов, 1966, с. 52].

Духи-покровители шамана после его посвящения становились его помощниками. В ряды последних входили также духи, с которыми он встречался во время болезни. Среди них могли быть обитатели всех трех миров. В духов-помощников превращались и черви, "съевшие" обычное тело шамана, когда он болел. Их представляли в образе змей. Часть сверхъестественных помощников шаман получал в наследство от своего предшественника в роду [Дьяконова, 19816, с. 133-134, 136, 142].

Тувинские шаманы называли своих помощников ээрен. По своим свойствам они "разделялись на тех, которые помогали обезвреживать болезни, исходившие от черсу (а от черсу происходили все виды болезней), и которые способствовали попаданию в верхний мир, а также в мир Эрлик-хана" (с. 144, 148). Духи-помощники шаманов будто бы обладали многими способностями. Они помогали не только лечить, а могли найти воров и возвратить украденный скот, участвовать в молениях о благополучии семьи и т. п. Как отметил Ф. Я. Кон, тувинские "эрени (идолы, монг. онгоны) поражают своим разнообразием; что есть эрени разведчики, отправляемые шаманом на разведку пути, который ему надо пройти; есть такие, которые остаются в юрте для охраны шамана; есть, наконец, от всевозможных болезней и приключений" [АГМЭ СССР, ф. 1, оп. 2, д. 341, л. 11 об.]. Все же главной функцией духов-помощников было лечение болезней. При этом, по данным, собранным в бассейне р. Мончурек, притоке р. Ак, впадающей в Хемчик, "за каждым конкретным ээренем как бы закреплялись те или иные болезни, их разновидности" [АГМЭ СССР, ф. I" оп. 2, д. 341, л. 147]. Так, дух в образе барсука и дух-моос -- змееподобное существо с лапами - помогали "шаману лечить болезни живота [АГМЭ СССР, ф. 1, оп. 2, д. 341, л. 148].

Количество видов духов-помощников шаманов было, очевидно, весьма значительно. Так, в списке тувинских вещей, отправленных в 1902 г. Ф. Я. Коном в Русский музей, имеется 31 вид шаманских ээреней [АГМЭ СССР, ф. 1, оп. 2, д. 341, л. 42-43].

Духи-помощники делились на обязательных для всех шаманов и на индивидуальных, принадлежащих конкретно тому или иному из них. Главным духом-помощником тувинских шаманов, как отмечалось выше, был дух-небожитель Дьайык (ак ээрен) [Дьяконова, 1981а, с. 143]. Помимо этого духа у шаманов западных тувинцев "было девять ээреней: моос ээрен, адыг ээрен (медведь), морзук ээрен (барсук), чыдыг-кырза ээрен, ас ээрен, ак ээрен (белый), эзир ээрен (орел), кускун ээрен (ворон) и кузунгу (бронзовое зеркало)". В число обязательных духов-помощников мончурекских шаманов входил моос эрен, "помогавший" шаману переправляться через реки нижнего мира. Видимо, не у каждого мончурекского шамана был кыргыз ээрен, "участвовавший" в камлании в верхний мир. В. П. Дьяконова пишет, что этот эрен "был популярен".

В Кара-Холе, как и у кумандинцев, шаман не сразу "получал" духов-помощников. Там "после изготовления молодому шаману облачения и бубна учитель-шаман помогал приобрести кузунгу, а затем уже изготавливались ээрени ...первым .. .озен-ээрен кусок белой ткани, к которой было прикреплено чеди конгураалтык (семь металлических конусовидных подвесок, аналогичные - на бубне и костюме" [Дьяконова, 1981 б, с. 146-147]. У кара-хольских шаманов "были" духи-помощники: семь лебедей, семь волков, ворон, барсук, белый эренъ и т. д. "Эренъ семи лебедей имели только сильные шаманы (например, Сары кам и Куренгей кам из рода хертек, шаманка Аалчи из рода карсаал и др.). Считалось, что семь лебедей летают по поручению шамана по всему свету и собирают сведения о судьбе тех или иных людей. С их помощью шаман указывал, кто будет болеть, кому предстоит выздороветь или умереть и т. д." [Потапов, 1960, с. 222]. Тувинские шаманы включали в состав своих помощников духов, сформировавшихся в рамках древних форм религии. Например, в число действующих в "земной сфере" включали духа-медведя - адыг ээрена; в шаманских мистериях он участвовал в поисках духа, причинившего болезнь. По мнению В. П. Дьяконовой, представление о медведе как духе-помощнике шаманов у тувинцев оформилось, по-видимому, сравнительно поздно [1981а, с. 142-143]. Далее исследовательница пишет, что "с некоторой долей вероятности к ээреням у тувинских шаманов относилось и посвященное животное (ыдык аът)" [19816, с. 148]. Может быть, у тувинцев исполнители обрядов привлекали ыдыка в ряды участников камлания к духу, которому было посвящено данное животное. Количество духов каждого шамана яюобы зависело от его "силы" [Потапов, 1966, с. 52].

Тувинцы делали разнообразные сакральные изображения и использовали их в качестве объектов для вселения определенных духов и божеств. Они размещались в юрте шамана [Дьяконова, 19816, с. 144-145]. Отдельные идолы шаманских духов имелись в юртах всех тувинцев. По мнению В. П. Дьяконовой, эти предметы "могут быть расценены как специфические образцы иконографии" (с. 154).

В существ, содействующих тувинским шаманам, "превращались" в ходе камлания их ритуальная шапка и бубен. Последний в заклинаниях называли рыжим конем, и на нем "совершали" трудную поездку по местам, где гибли люди [Потапов, 1966, с. 222-223]. Бубен тувинские шаманы осмысляли не только как коня. Так, они в камлании обращались к бубну со следующим заклинанием: "Внемлите, внемлите, о Мажалый (имя медведя)! О крашеный бубен, стоящий в переднем углу! Мои верховые животные - марал и маралуха!" [Катанов, 1907, с. 47]. Судя по этому заклинанию, тувинцы верили в возможность превращения бубна не только в коня, но и в маралуху, и в марала, и в медведя, на которых они совершали свои "путешествия".

По указанию тувинского шамана, иногда "на деревянной рукоятке (бубна- Н. А.), если она не была антропоморфной, а представляла собой перекладину с узкими лопастями на концах, вырезали вверху рельефные изображения горного козла (те), шкурой которого был обтянут бубен, всадника верхом на горном козле и в нижней части рукоятки - змею. Изображение торного козла шаман называл своей ездовой лошадью - те-холъге. Шаман всегда "дружил" со своим те-холъге, который защищал его от злых врагов и возил на себе. Если шаман чем-либо обижал своего те-холъге, то тот сбрасывал с себя шамана во время камлания, и последний не мог дальше камлать и, как правило, заболевал. Шаман мог камлать только с помощью своего те" [Потапов, l969a, с. 351-352]. Л. П. Потапов идентифицировал термин холъге с монгольским термином хойлга, означавшим лошадь, погребаемую с покойником, но этот термин в таком же значении встречался у якутов - хайлуга, холдъуга; у качинцев, сагайцев и бельтиров - койлага (с. 351-352). Отметим, что и у алтайцев конь, которого хоронили вместе с умершим, назывался койло am (конь койло) [Ойротско-русский словарь, 1947, с. 85].

Изображение змеи на рукоятке бубна означало плеть шамана. Ею он "погонял" свое "ездовое животное" и защищался от злых духов. Всадник верхом на козле, вырезанный на рукоятке, считался изображением самого шамана, едущего во время камлания [Потапов, 1969а, с. 352]. Представления о бубне как о верховом животном, по мнению Л. П. Потапова, имели древнюю основу, связанную с охотничьим бытом. Поэтому на ранней стадии шаманизма считалось, что бубен превращается в дикого промыслового зверя, на котором шаман ездит верхом. "Это можно рассматривать,- пишет Л. П. Потапов,- как свидетельство, что наиболее древние представления тувинцев о бубне как о животном возникли в горно-таежной охотничьей среде и отражали тотемистические воззрения на некоторых промысловых животных различных родоплеменных групп Саяно-Алтайского нагорья" {с. 354). На эти верования "наслоились более поздние представления, связанные с кочевым скотоводством и с верховой ездой на лошади" (с. 354).

Своеобразным духом-помощником у тувинцев был, видимо, шаманский костюм, символизировавший птицу (с. 357).

Тувинцы-тоджинцы.По данным С. И. Вайнштейна, тувинцы-тоджинпы верили, что дар шаманства почти всегда переходит по наследству. Дух умершего шамана "вселялся" в одного из его детей. Когда у шамана не было детей, его дух мог "вселиться" в любого человека. Так, случайно "приобрел" дар шаманства Бараан Чилоп-сан - один из информаторов С. И'. Вайнштейна [Вайнштейн, 1961, с. 176]. У тувинцев-тоджинцев, как и у других тюркоязычных этнических групп Сибири, дух, "заставивший" человека стать шаманом, признавался его духом-покровителем. В этой роли выступали также духи-хозяева тайги (с. 190).

Тоджинские шаманы в камланиях боролись со злыми духами и побеждали их благодаря содействию своих духов-помощников. Изображения, последних устанавливались в месте, где проводился обряд. Это были "вместилища духов" (ээрен - ленты разного цвета), части шаманской одежды, шкурки белок, изображения людей и животных, вырезанные из дерева и ткани или вышитые на тряпочках, чучела соболя и филина, набитые сухой травой" (с. 185). По мнению С. И. Вайнштейна, ээреном шамана был "шаманский наплечник", приобретенный Ф. Я. Коном и хранящийся в Государственном музее этнографии народов СССР. "Он представляет собой сшитую из красной материи на синей подкладке ленту длиной 67 см. С наружной стороны вдоль всей ленты вышиты подшейным волосом оленя изображения различных животных: собаки, птицы, лошадей, оленя" (с. 185). Изображения шаманских духов имелись на его костюме. На спине плаща были "жгуты, изображавшие стреляющих змей" (с. 185). К своим помощникам шаман обращался во время камлания, предлагал им превратиться в различных животных и птиц и преследовать злого духа. Например:

Превратимся в ворона,
Понесемся плавно,

Где и в каком месте

Будем лизать красную кровь?

Превратившись в ястреба,

Наблюдаем сверху.

Превратившись в тайменя,

Этот злой дух (аза)

Почему поворачивает назад?

Почему беспокоится?..

Превратившись в орла,

Наблюдаем со всех сторон.

Легкие и сердце,

Вену и печень

Разорвем на куски!

[Вайнштейн, 1961, с. 185]

К числу сверхъестественных существ, способствующих тоджинским шаманам, относились их бубны, так как они на них "путешествовали" в ходе сеанса камлания. Бубен в заклинаниях назывался конем, но при оживлении бубна сильный шаман "подражал движениям и крику животного, кожей которого был обтянут бубен, рассказывал, где пасся лось или марал, сколько ему лет, о чем он думал и т. п. "(с. 182).

Тофалары.У тофаларских шаманов также были духи-помощники, и их изображения имелись на их костюмах. Так, Н. Ф.- Катанов отметил, что кисти на шубе тофаларского шамана "изображают собою ящерицу, змею и лягушку" [Катанов, 1891, с. 17]. Об остальных видах шаманских духов-покровителей и помощников, привлекавшихся тофаларскими шаманами, к сожалению, сведений нет.

Имеющиеся сообщения и итоги наблюдений показывают, что у тюркоязычных народов Сибири в процессе эволюции традиционной религии божества-творцы, духи-хозяева гор, лесов, вод и другие отступили на второй план. Они считались создателями кут людей, скота и животных, могущими лишить добычи, причинить болезни и т. д., но с ними можно договориться, точнее, ими практически "управляют" шаманы, которым подчиняются духи-помощники. Таким образом, шаманские духи-помощники отличались от остальных существ, обитающих в трех мирах, способностью воздействовать на божества и духов. Главным помощником шамана считался антропоморфный дух-покровитель. В этом качестве у всех народов выступал обычно недавно умерший шаман. Представления об этом духе у тюрок Сибири были идентичны. Общими для них являлись также поверья о дифференциации духов-помощников по видам болезней. Эти совпадения могут быть объяснены тем, что у них сохранялись представления, генетически восходящие к древнему общесибирскому пласту религиозных верований. Например, архаичное единое происхождение, очевидно, имеет у сибирских тюрок восприятие бубна как ездового животного.

В то же время в представлениях отдельных народностей о духах-помощниках шаманов имелись и особенности. Так, у якутов существовала вера в особых шаманских духов ийэ-кыыл, считавшихся сверхъестественными двойниками шаманов. По якутским верованиям, человек мог стать шаманом и по воле умершего эвенкийского шамана, т. е. якуты верили в возможность межэтнической передачи дара шаманства. Для алтайского шаманизма характерно обращение шамапа к "обитателям" верхнего мира через духов Дьайык, Суйла и Уткучи, а к существам нижнего мира при помощи сыновей Эрлика. Особенность кумандинских представлений о духах заключалась в том, что наиболее могущественные их шаманы пользовались покровительством особого духа Курултая, отцом которого будто бы был земной шаман, а матерью - дочь Ульгена. Типичная черта поверий кумандинцев - вера в существование священных коней отдельно для поездки в верхний мир и отдельно для посещения духов в среднем и нижнем мирах. Кумандинцы главой духов-помощников называли Кара-Куш. Как уже отмечалось, этот термин у южных алтайцев использовался как имя одного из сыновей Ульгена, признававшегося божеством-покровителем ряда родов. А у шорцев термин Кара-Куш являлся именем одного из сыновей Эрлика. Трудно сказать, какова связь этих трех духов с одинаковыми именами. По кумандинским верованиям, количество духов-помощников шаманов, с одной стороны, должно было ежегодно увеличиваться, с другой - часть их могла перейти к новому шаману внутри рода. Несколько своеобразные представления имели челканцы о судьбе шамана после смерти. Если по верованиям, большинства этнических групп тюрок Сибири умерший шаман становился духом-покровителем нового шамана (сразу или спустя несколько поколений), то у челканцев шаман, по окончании земной жизни, уходил в мир мертвых, как и все усопшие. А его дух-покровитель вселялся в другого человека из рода шамана, который "должен" заменить умершего. Отметим также, что у сагайцев, южных алтайцев и шорцев духов-помощников шаманам давали Улъген и Эрлик - главы сверхъестественных обитателей верхнего и нижнего миров. У якутов шаман наследовал "силу", т. е. духов-помощников, только от своего предшественника. Эти духи были "независимы" от обитателей верхнего и нижнего миров.

Представления качинцев о шаманских духах отличались от сагайских тем, что у них духами-покровителями становились духи родовых гор, неба и т. д. Как отмечено выше, духами-покровителями шаманов являлись и родовые горы у южных алтайцев, тувинцев и тувинцев-тоджинцев. Умершие шаманы у качинцев являлись лишь духами-помощниками. Главным покровителем шаманов был "хозяин" горы Каратаг, находящейся в хребте Карасын. Возможно, последний упоминался, по мнению Л. П. Потапова, в енисейской рунической надписи.

У шорцев хозяйка-бубна признавалась сверхъестественной женой шамана, но у них мог быть дух-хозяин бубна мужского пола. По шорским представлениям, главой всех духов шамана был Шор тегри, он руководил духами, полученными и от Эрлика, и от Ульгена, а самым сильным существом считался дух Кер-Бос - мифический зверь, которого давало божество, призвавшее человека в шаманы. Шорцы верили, что шаманы прятали своих духов в волшебной изгороди шеден, откуда они приходили к своим хозяевам только на время совершения обрядов.

У тувинцев-тоджинцев шаманы получали свой дар от духа-хозяина тайги.

Трудно сказать, какие из этих различий, являются наиболее, архаичными. Несомненно, что часть их возникла в ходе эволюции шаманских представлений после распада древнетюркского единства. Трансформация поверий, ,унаследованных от общих предков, очевидно, произошла в результате самостоятельного мифотворчества якутов, алтайцев, хакасов, шорцев, тувинцев, тувинцев-тоджинцев и тофаларов после Х в. Возможно, в этом определенную роль сыграло их культурное взаимодействие с разными иноязычными народами (например, якутов с эвенками, эвенами, юкагирами и древними монголами).

Отметим, что помимо специфических духов-покровителей и помощников шаманы тюркских народов Сибири обращались к духам-хозяевам мест, духам священных родовых гор, к духу-хозяину домашнего очага и т. п., т. е. во время своих мистерий как бы вовлекали их в свои действия. По существу, шаманы широко использовали ранние анимистические представления, сложившиеся в тот период, когда шаманизм еще не получил широкого развития.

 

Илл: Изображение духов-покровителей "Семь Братьев" Манси. ХМАО, р. Нияю, приток р. Хулга Рис. с фото В.И. Корниенко, 1975г.

Автор: Николай Алексеевич АЛЕКСЕЕВ – д.ист.н., директор Института гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН.

 

* Монография: Алексеев Н.А. Шаманизм тюркоязычных народов Сибири, Новосибирск, 1984, гл 2 .4.

Источник: MEXALIB

 

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100