Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 169 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ФЕНОМЕНОЛОГИЯ ДУАЛИСТИЧЕСКИХ ЕРЕСЕЙ

Печать

Николай КАРПИЦКИЙ

 

illФеноменология дуалистических ересей

(К анализу тоталитарного сознания)

 

1. В этой работе я предполагаю исследовать механизм подчинения сознания и психики человека посредством идеологии тоталитарной ереси как жизнеотрицающей системы ценностей. Естественно, речь здесь не идет о тех богословских ересях, которые сопровождали историю христианской Церкви, вызванных непониманием или различным пониманием христианских догматов, которое было обусловлено различными традициями и различным языком выражения. Речь идет о тех ересях, которые носили заведомо антихристианский характер, последовательно противопоставляя себя всей христианской системе ценностей: маркионизм, монтанизм, манихейство, павликианство, богомильство, катарство, альбигойство, а в современном своем выражении – богородичный центр и белое братство (юсмалос). При всей пестроте и разнообразии этих сект в них можно выделить общие черты: мир – это злое начало, которое должно погибнуть, в нем царит сатана или злой бог, из под власти которого необходимо вырваться. Это обусловливает видение врага во всяком, кто не хочет оставлять мир, и заставляет человека находиться в постоянной вражде с миром. При этом всякая система нравственности распадается, ибо все, что связано с миром – греховно, и человек перестает замечать действительную разницу между греховным и естественным, крайний аскетизм начинает уживаться с крайним развратом, которые подчинены одной цели – ослаблению связи с миром. И, наконец, это предполагает крайний фанатизм, ибо при сохранении хоть капли критичности человек просто бы не смог быть приверженцем этих противоестественных учений. Процесс внедрения в сознание подобного учения связан с изменением психики и мышления человека, механизм которого я попытаюсь исследовать в рамках феноменологического подхода, то есть отвлекаясь от конкретного учения той или иной секты, от культурно-исторического контекста, от богословского осмысления – меня интересует процесс изменения сознания изнутри него самого. Результаты этого анализа можно будет использовать при психологическом исследовании воздействия на человека конкретных сект, а также исследование тех механизмов манипуляции общественным сознанием политическими идеологиями, которые аналогичны используемым в сектах.

2. Перед тем как начать исследование, можно указать на тот огромный опыт, который накопила церковная традиция в противостоянии дуалистическим тоталитарным ересям. Этот опыт говорит о трансперсональном характере психического воздействия, осуществляемого в ересях, который, в соответствии с христианской традицией, возводится к демоническим силам. Сила воздействия в секте, позволяющая манипулировать огромным количеством людей, как показывает опыт, очень часто выходит за пределы возможности человека, осуществляющего это манипулировние, и Церковь всегда стремилась бороться не столько с самим этим человеком, сколько с силами, которые действуют через него. Сами же люди, попавшие в секту, рассматривались как ее жертвы, находящиеся в прелести – в грехе соблазна демоническими силами. Именно так было бы справедливо относиться и к носителям тоталитарных политических идеологий, имеющих родственную с дуалистическими ересями природу – коммунистам и фашистам – не как виновникам, но как жертвам манипуляции сознанием. Христианская святоотеческая традиция говорит о демонических существах как паразитирующих на жизненных силах человека, ибо они не имеют собственного источника поддержания полноценного существования после отпадения от Бога. Важным психологическим фактом этого опыта является то, что никакие подобные существа не имеют власти над свободной волей человека, не могут ее подчинить без предварительного согласия самого человека – соблазна или прелести. Это верно во всех случаях, какой бы характер не носило воздействие на человека – психологический, демонический или идеологический. Эти два момента – трансперсональный характер воздействия и внутренняя свобода человека – обязательно должны быть учтены при нашем анализе.

3. Вначале проанализируем сам механизм зомбирования, практикуемый в тоталитарных дуалистических сектах. Зомбированием я буду называть процесс внедрения в сознание человека заданных эмоциональных реакций и мировоззренческих принципов, которые полностью детерминируют его внешнюю деятельность и внутреннее психическое состояние. Зомбирование, по сути, означает уничтожение старой личности и внедрение в человека готового шаблона всех его мыслительных и эмоциональных процессов. Казалось бы, что внедряемые в сознание заданные принципы и установки, в силу их нелепости и противоречивости, неизбежно должны быть отвергнуты здравым рассудком, если он действительно опирается на элементарную логику, однако это происходит далеко не всегда, и объясняется подобное тем, что человеческое сознание использует формальную логику для оформления уже выявленного им мыслительного содержания, сам же мыслительный процесс человека осуществляется не по законам формальной логики, а по законам ассоциативного мышления, в рамках которого и продуцируется новое мыслительное содержание. Человек, как правило, прибегает к формальной логике для того, чтобы оценить уже данное мыслительное содержание, а не для того, чтобы обнаружить новое, и порой, при отсутствии достаточного стимула, может и не проделать данную операцию. Поэтому прежде всего необходимо выявить те принципы ассоциативного мышления, которые могут использоваться при внушении человеку определенных установок. В качестве таких принципов я выделю принцип ассоциации, принцип маятника, принцип вытеснения и принцип переноса.

4. Принцип ассоциации. Этот принцип определяет мотивированность перехода от одной мысли к другой. Человек способен говорить и думать лишь о том, что для него имеет какую-либо значимость. Значимость эта определяет взаимосвязанность определенных символов, суждений, тем с определенными эмоциональными реакциями. Если какое-либо эмоциональное содержание теряет значимость для человека, если не способно выявить каких-либо эмоций, то исчезает и мотивированность его осмысления – человек просто перестает понимать это. Неспособность некоторых людей к абстрактному мышлению, например, к математическому, объясняется, чаще, не их умственной ограниченностью, а отсутствием ассоциативной мотивированности их мышления, связанной с отсутствием значимости для них тех или иных абстракций. Принцип ассоциаций широко используется для манипулирования общественным мнением посредством политических идеологий. Самым примитивным механизмом такого манипулирования является навешивание ярлыков на политических деятелей, на политические принципы, позиции, партии, что образует прочную связь между определенным политическим символом и негативной (позитивной) эмоциональной реакцией. Будучи незначительной при воздействии на отдельную личность, эта реакция, умножаемая на массы, разрастается подобно снежной лавине, ломая уже сложившиеся политические ситуации. Использование этого принципа в политике предполагает внушение заданных эмоциональных реакций как через широкую пропаганду (средства массовой информации, массовые мероприятия, провоцирование кризисов, вплоть до военных), так и через межличностное отношение (разговоры, сплетни, анекдоты). Техника манипулирования человеком в дуалистических сектах с использованием этого принципа несопоставимо сложнее и изощренней, нежели в рамках политический идеологий. Прочную связь между определенным символом и заданной эмоциональной реакцией, которая внушена адепту секты (как правило ее харизматическим руководителем), я буду называть суггестивной ассоциативной установкой. Внедрение в сознание суггестивных ассоциативных установок позволяет скрыть от адепта истинные мотивы харизматического лидера, исключить возможность сомнения в его непогрешимости, закрепить мировоззренческие установки секты, определенным образом переструктурирующие все знания, которыми располагал адепт и, в конечном счете, добиться полного подчинения воли адепта через программирование его психических реакций, детерминирующих его поведение. Все эти задачи оказались бы не выполнимы для лидера секты, если бы он не обладал способностью непосредственной передачи эмоционального состояния другому в момент внушения, что позволяет говорить о непосредственном воздействии одной психики на другую и указывает на транссубъективный характер эмоций. Адепта секты стремятся максимально изолировать духовно и интеллектуально, дабы исключить любое внешнее влияние на него за пределами секты. Для этого в него внедряются суггестивные установки, вызывающие пренебрежительную эмоциональную реакцию при столкновении с любым авторитетом, который мог бы поколебать доверие к секте. Например, – “В Церкви давно уже антихрист!”, “Такой-то писатель (философ, богослов, отец Церкви) в бессмысленном мудрствовании давно отпал от Бога”, “Такой то ...(называется авторитет) – сладкоежка, маменькин сынок, колдун и т.п.” Сознание адепта подвергается непрерывной бомбардировке подобными установками. В присутствии адепта харизматический лидер может, как бы случайно, или между делом посетовать, что автор – горбатый и сексуальный – “Что он может написать!”, что Церковь давно отпала от Бога и “не хочет каяться”, что мать данного адепта – ведьма и т.п., произнося это таким тоном, чтобы сознание адепта долго не фиксировалось на произнесенном, и тот мог бы легко забыть о разговоре, но прочно усвоить эмоциональную реакцию на упоминаемый символ таким образом, что когда этот же символ будет упомянут в другой ситуации, человек точно воспроизведет эмоции харизматического лидера, принимая их за свои и не помня о бывшем разговоре. По мере того, как адепт теряет способность объективно оценивать ситуацию, процесс внушения начинает производиться все более открыто и нагло. В результате такой обработки сознания адепта, в нем укореняется прочная система суггестивных установок, задающая его эмоциональные реакции на все жизненные ситуации и наиболее важные понятия, такие как “родители”, “женщина”, “привязанности”, “Церковь”, и т.п. Эта система и является той программой, которая детерминирует все мысли, эмоции и поведение человека, в результате чего адепт становится невосприимчив к другой точке зрения, к требованиям логики и здравого рассудка, ибо его эмоциональные реакции прочно блокируют любые мыслительные процессы, кроме заданных. Эффективность такого эмоционального программирования неизмеримо возрастает, если суггестивные ассоциативные установки накладываются на уже сформированные психические комплексы, например, на комплекс неполноценности, сексуальной неудовлетворенности, на чувство гордыни, на почву семейных неурядиц, на раздутое самомнение и т.д. В этом случае принятие авторитета харизматического лидера и открытость для его внушения преподносится как форма решения всех внутренних проблем, благодаря чему у человека возникает мотив не подвергать критичному рассмотрению позицию харизматического лидера.

5. Принцип маятника. Этот принцип определяет склонность человека к изменению системы ценности на противоположную. Если человек полностью доверился чему-то, отдался какому-либо сильному чувству или деятельности, но это, в свою очередь, требует от него огромного напряжения воли, то перед ним встает соблазн подменить объект своего стремления, чувства, веры, смысла деятельности на прямо противоположный, дабы снять с себя эмоциональное перенапряжение. Так, сильное чувство любви, заставляющее страдать, легко может обернуться ненавистью, привязанность – избеганием, благоговение – презрением и т.д. Этот прием переворачивает систему оценок через использование общего недовольства и широко используется в политической пропаганде для внедрения в массовое сознание почитания или ненависти к тем или иным политическим деятелям, доверие или недоверие к тем или иным партиям и идеям. Дуалистические ереси используют принцип маятника как один из важнейших инструментов насаждения своей идеологии. Непредвзятая оценка мировоззрения любой дуалистической ереси может вызвать у любого нормального человека лишь отвращение, ибо в основе своей она имеет жизнеотрицающую установку, вступающую в противоречие с любой жизненной позицией человека, ориентированной на творческую деятельность. Лидер тоталитарной секты стремится к провоцированию таких ситуаций, в которых неофит, при сохранении старой системы ценностей, предполагающей положительное отношение к близким, к жизни, к миру в целом, осознает свое внутреннее напряжение, внутреннюю неудовлетворенность, что, согласно принципу маятника, создает соблазн заменить эти системы ценности на противоположные как способ снятия этой неудовлетворенности. Временное психическое облегчение, вызванное их перевертыванием по принципу маятника, закрепляет систему идеологических установок ереси в сознании адепта. Поскольку дуалистические ереси являются оппозицией прежде всего христианскому религиозному сознанию, предполагающему в качестве высшего сотериологического идеала полноту жизни человека, то их идеологическая система, структурно копируя христианскую доктрину, выворачивает ее наизнанку, последовательно противопоставляя себя именно в ценностном восприятии жизни, что не всегда заметно в их доктринальных установках, внешне подражающих христианству.

6. Принцип вытеснения. Этот принцип предполагает вытеснение в бессознательное всего того, что человеку неприятно, чего он боится или стыдится, что может разрушить сложившуюся систему оценок действительности. Благодаря этому принципу человек обретает поразительную для постороннего наблюдателя способность не замечать самые очевидные вещи. Так, человек может упорно не верить, что окружающие считают его глупым, хотя они при этом и не скрывают своего мнения; может упорно отрицать неприглядные мотивы своих действий, оправдывая их высшими целями и искренне веря в эти оправдания. Политическая пропаганда использует принцип вытеснения как метод дезинформации, заставляя общественное сознание принимать оправдание в виде неосуществимых целей для любых своих действий, признавать самые нелепые вещи и не замечать их очевидной противоречивости. Принцип вытеснения жизненно ценен для лидера секты, стремящегося скрывать свои истинные, очень часто неприглядные мотивы своей деятельности, которые могут броситься в глаза любому непредвзято настроенному человеку. Естественно, и сам лидер секты может оказаться фанатиком своих идей, но и в этом случае фанатизм развивается на почве деформированности его личности, в чем он не хочет признаться сам себе: на жажде власти, наживы, на чувстве неполноценности, скрытого стыда за свои противоестественные сексуальные наклонности и т.д. Поэтому религиозный лидер стремится найти наиболее болезненные жизненные проблемы адепта и увязать их с авторитетом собственного учения и собственным имиджем именно таким образом, дабы сомнение в его авторитете явилось бы для адепта душевной травмой, обнажающей всю тяжесть его собственного положения, что и заставляет последнего не замечать даже самые очевидные пороки своего кумира.

7. Принцип переноса. Этот принцип характеризует тенденцию человека переносить значимость одного явления на другое. Если же речь идет о негативной значимости, то частным случаем этого принципа является принцип поиска врага. Принцип переноса может быть обусловлен инертностью мышления, при которой человек не стремится найти истинную причину собственных неприятностей или радостей, проецируя их на наиболее доступный объект. Если речь идет о поиске врага, то перенос вызван стремлением найти наиболее простое объяснение тому, что человек оценивает как зло, стремясь при этом избежать внутренней психической напряженности в случае поиска истинных причин зла, которая может обусловливаться, например, боязнью разочароваться в себе, обнаружив виновником зла себя, либо страхом подвергнуть сомнению собственную систему ценностей, определяющую привычный для него мир, авторитет любимого человека, свою веру, ради которой уже принесены жертвы, и т.д. Принцип переноса наиболее широко используется политическими идеологиями, ибо позволяет не только объяснить все негативные последствия собственной политики наличием врага, но и манипулировать стихийно возникающим возмущением, направляя его в нужное русло. Принцип поиска врага является определяющим содержание любой дуалистической ереси. Использование этого принципа позволяет полностью подчинить волю адепта через его изоляцию от всех других людей, которые остаются за пределами секты, заставляя видеть в них виновников всякого зла, что позволяет внушить полную невосприимчивость к идеям, которые могут поставить под сомнение доктрину секты, полное пренебрежение к любому образу жизни, который лидер секты не мог бы контролировать, полное недоверие к Церкви, ее традициям, ее ценностям, ее духовному опыту, вообще ко всему тому, что может хоть как-то изобличить доктрину секты. Для того, чтобы достичь такой полной духовной, умственной и социальной изоляции адепта, производится перестройка всей его системы знаний, всего его мировоззрения в соответствии с поиском врага как универсальным объяснительным принципом. Все неудачи, неприятности, трагедии, страдания – все воспринимаемое как зло начинает объясняться исключительно за счет обусловленности внешними причинами. Во всем кто-то обязательно виноват, надо лишь найти его. Все семейные проблемы могут быть объяснены, например, тем, что родители – передатчики родового греха, мать – ведьма, испытывающая похоть к детям; социальные бедствия – мифическими заговорами, воцарением антихриста и т.д. Все зло обобщается либо в лице князя мира сего, либо в “злом боге”, сотворившем порочный мир (в политических идеологиях их место могут занять мировые империалисты или жидо-масоны), так или иначе этот мир в ближайшее время обречен и спасутся немногие избранные. Живописные описания конца света, с одной стороны, призваны запугать адепта, дабы он не отступил, а с другой стороны – вызвать в нем чувство злорадства над бедствиями тех, на кого он обижен, кого он считал врагами. Не только любая светская деятельность, но и вообще любое существование вне секты равносильно падению души, и все, что оказывается за ее границами: семья, мир в целом, Церковь – зло. Такая духовная изоляция лишает человека возможности существовать вне секты, заставляет принимать любые условия (которые становятся все жестче), лишь бы не быть отлученным от секты, становящейся единственным оправданием его существования, причем не только земного – но и существования вообще, ибо зло мира распространяется и на посмертное существование обычных людей, представляемое в виде изощренных садистских образов пыточных сцен. Восприятие всего внешнего как злого начала лишает человека возможности нормально существовать в мире, ибо агрессивно воспринимая людей, он бессознательно провоцирует в них ответную агрессию (что еще более утверждает его в собственном убеждении). Потеря интереса ко всему светскому лишает его возможности найти с кем-либо общий язык. Помимо этого, он имеет в себе внушенные ассоциативные установки, которые специально нацелены на провоцирование конфликтных ситуаций. Попытка вырваться за пределы секты несет с собой внутренние душевные страдания, заставляя человека еще прочнее убедиться в злобности людей, в изначальной испорченности мира, в онтологичности злого начала, присущего всему внешнему.

8. Восприятие всего внешнего как начала зла является основным определяющим моментом дуалистической ереси и порождает парадоксальную особенность: совмещение крайнего аскетизма с крайним развратом. Если весь мир – зло, то всякая нормальная жизнедеятельность в этом мире позорна, противоестественна, греховна. Даже сам призыв к покаянию направлен не на то, чтобы выявить в себе греховные наклонности, а на то, чтобы заклеймить в качестве греховной любую естественную деятельность человека, и тем самым устранить всякую границу между естественным и противоестественным, приравнять греховное к не греховному. Такое смещение нравственных ориентиров позволяет религиозному лидеру, с одной стороны, оправдать свои собственные противоестественные наклонности перед собой и перед теми, с кем он их реализует (поскольку они ни чем не выделяются на фоне остального, ибо все естественные наклонности нормального человека также греховны), а с другой – полностью разрушить в адепте какие-либо ценностные устои, которые хоть в какой-то мере ограничивали бы власть над ним лидера секты. Первый результат внедрения в сознание дуалистической идеологии – разрушение нравственной системы ценностей. Это усиливается требованием отказа от мира, но такой отказ, как разрушение всякой привязанности, достижим двумя путями: как крайним аскетизмом, превращающимся в самоистязание, так и крайним развратом, вызывающим пресыщение и безразличие, которое, по сути, тоже есть самоистязание. При этом нормальная человеческая любовь, любовь к женщине, с точки зрения подобной идеологии противоестественна. Враждебное отношение адепта к людям и к миру в целом, лишенное всех нравственных ограничений и подчиненное воле религиозного лидера, социально опасно. Такой фанатик в принципе способен на все. Даже такое ограниченное использование принципа переноса как универсального объяснительного принципа в качестве учения о классовой борьбе, имманентно присущей самому ходу истории, породило массу фанатизма и десятки миллионов человеческих жертв. В дуалистической секте этот принцип проводится намного последовательнее, и ее адепт просто не может не быть фанатиком, не может видеть в других людях личностей, а не одержимых, ведьм и колдунов, не может воспринять нормальную человеческую жизнь как жизнь в обществе, среди людей, видя в ней лишь демонократию. Этот адепт уже не может иметь каких-либо своих внутренних устоев, проявлять свободу выбора, он превращается в безличное орудие секты и ее лидера.

9. В соответствии с указанными принципами происходит переструктурирование всего внутреннего содержания сознания адепта в соответствии с заданной идеологической системой, составляющей содержание вероучения секты, и задание нового эгометрического масштаба, в соответствии с которым определяются все эмоциональные проявления. Каждый человек оценивает то или иное событие в отношении к тому, что для него наиболее важно, в соответствии с чем можно выделить для него определенные центры важности (семейное благополучие, творчество, карьера, та или иная идея и т.п.). Все эти центры важности определяются в соответствии с центром собственной важности – эго данного человека. Это соотношение можно обозначить как эгометрическую ось, в соответствии с которой задается значимость того или иного события, определяется интенсивность и качество эмоциональной реакции на него. Совокупность эгометрических осей составляет эгометрический масштаб личности, определяющий структуру ее эмоциональной сферы. Для полного переструктурирования этой сферы в плане подчинения адепта задачам секты в соответствии с уже выявленным механизмом разрушаются все основные центры важности, которые задавали общий эмоциональный фон или настрой, определяющий его нормальную психическую жизнь. Разрушение этого настроя переживается как эмоциональная опустошенность, обессмысливающая всякое проявление активности, угнетающая человека. Это тягостное чувство можно обозначить как экзистенциальный вакуум. В этот момент человек испытывает жизненно важную необходимость нахождения новых центров важности, что заставляет его некритично ориентироваться на внушаемые ему центры важности, определенные учением и деятельностью секты. Перестройка эмоциональной сферы в соответствии с новыми центрами важности освобождает его от экзистенциального вакуума, что и определяет его дальнейший страх потерять их, а последние, в свою очередь, блокируют какой-либо эмоциональный интерес ко всему тому, что за пределами секты, задают новое представление адепта о себе, которое определяет его место в секте, исключающее существование вне ее. Идеологическая система в форме вероучения секты призвана окончательно закрепить зависимость адепта от секты. Чаще всего она сводится к противопоставлению человека внешнему миру – “царству дьявола”, к ожиданию скорого конца света, к размыванию нравственных ориентиров через разрушение границы между естественным и противоестественным (очень часто через заставление каяться и в том и в другом, как в равнозначном). Помимо уже описанных идеологем широко используется страх возмездия – неумолимость кары в случае отступничества от секты, который усиливается живописными картинами скорого наступления конца света.

10. Проделанный анализ выявляет лишь общую логику переструктурирования умственной и эмоциональной сферы адепта секты, но он не охватывает факт свободы воли, способность ее к напряжению, препятствующую такому переструктурированию. С другой стороны, он не объясняет явление, известное на протяжении всей истории дуалистических ересей, а именно – явление одержимости, которое подразумевает непосредственное воздействие на психику человека другой психики, а также такое психическое воздействие, которое носит трансперсональный характер и указывает на свой источник за пределами психики людей, т.е. на потустороннюю сферу. Для описания подобных явлений необходимо ввести ряд новых понятий, и прежде всего понятие жизненного импульса. Содержание сознания человека можно описать в виде совокупности умственных и эмоциональных актов, которые являют собой направленность на мыслительное или переживаемое содержание, то есть можно описать в виде совокупности интенций. Каждая интенция, будучи направленной на мыслимое (как мысль) или переживаемое (как эмоция), определенным образом мотивирована прочим содержанием сознания. Будучи же не просто направленностью, но и актом, она есть полагание воли, и сам ее характер обусловлен степенью напряженности полагающей ее воли. Чем больше эта степень, тем более интенсивна интенция, тем более выражена она на фоне прочего содержания сознания; и чем меньше напряжение, тем в большей мере она нивелируется на общем фоне. Эта качественная интенсивность интенции, определенная степенью напряженности воли, есть жизненный импульс интенции, сообщаемый актом воли, ее полагающим. Жизненный импульс обладает собственной инерцией, являясь движущей силой интенции в направлении, определяемом ее мотивацией. Преодолеть инерцию жизненного импульса можно лишь большим напряжением воли, нежели то, которое ее определило. Жизненный импульс имеет тенденцию передаваться другим интенциям, имеющим сходную мотивацию. По мере сопротивления, вызванного интенциями с противоположной мотивацией, инерция жизненного импульса угасает. Все содержание сознания человека представляет единый творческий процесс – самораскрытие и поиск нового. Интенсивность творческого самораскрытия сознания человека обусловлена его жизненной силой – совокупной силой всех жизненных импульсов, полагаемых в актах его воли. Воля, таким образом, обладает определенной потенцией сообщать содержанию сознания жизненную силу. В связи с этим в ней можно выделить два аспекта: с одной стороны, воля обладает способностью к напряжению, а с другой – способностью к саморасркытию себя в становлении жизненного процесса. Если же последняя способность ослаблена, то ее компенсирует первая – требуется большее напряжение воли для того, чтобы сообщить актам сознания жизненные импульсы. Сама же указанная способность может быть обусловлена как внутренним состоянием психики, связанным с душевными проблемами, вызывающими апатию, депрессию, экзистенциальный вакуум, так и с психической причиной, носящей трансперсональный характер. Различение этой двоякой способности воли отражает тот всем известный факт, что в разных условиях требуется разное напряжение воли чтобы совершить действие или сообщить интенции определенный жизненный импульс. Чем сильнее в секте осуществляется психическое воздействие на человека, тем больше напряжение воли необходимо для сообщения интенциям жизненных импульсов, сохраняющих старую структуру личности.

11. Передачу жизненного импульса от одного человека к другому можно наблюдать эмпирически. Наиболее ярко это проявляется на массовых митингах, когда толпа заряжается общей эмоцией, многократно ее усиливая. Интенции различных людей, направленные на общий центр важности, создают в этот момент резонанс, усиливающий жизненный импульс при переходе от одного человека к другому. Можно обратить внимание и на те случаи, когда в обычном общении один человек буквально заряжает эмоциями другого. При этом переходящий от него к другому жизненный импульс сохраняет и свою инерцию, усиливая только те интенции, которые сходным образом мотивированы и направлены на то же содержание. В результате подобного общения человек, сохранявший слабый интерес к какому-либо предмету, вдруг заряжается страстной энергией, подвигающей его на активную деятельность. Также можно наблюдать и явление поглощения жизненных импульсов другим человеком. Человек, склонный к этому, производит давящее впечатление, и обычно его называют энергетическим вампиром. Это связано с тем, что его эмоциональный настрой препятствует проявлению в его присутствии эмоциональной активности. Жизненный импульс человека, находящегося в присутствии такого энергетического вампира, не может реализоваться в эмоциях в силу подавляющего воздействия чужой психики. В результате жизненные импульсы рассеиваются за пределами психики жертвы, оставляя апатию и угнетенное состояние, и вместе с тем они поглощаются психикой, вызывающей это давление. В этот момент энергетический вампир ощущает прилив сил, в то время как его жертва – усталость, стесненность, угнетение.

12. Наблюдаемое стихийное явление энергетического вампиризма искусственно воспроизводится в дуалистических сектах с помощью специальной техники воздействия на психику адепта, приводящей к рассеиванию его жизненных импульсов и поглощению их психикой, оказывающей данное воздействие. В подобных сектах можно наблюдать психическую взаимозависимость всех членов секты, восходящую к ее лидеру, постоянно нуждающемуся в психической подпитке от своих членов. При этом можно наблюдать парадоксальное явление: чем больше лидер секты подпитывается от своих адептов, тем более он в ней нуждается, тем больший голод испытывает. Причем сама психика лидера становится все более неуравновешенной, проявляя в отдельные моменты всю мощь к подавлению, она сама впадает в периоды апатии и депрессии, становится болезненно чувствительной к любому внешнему воздействию, что заставляет сделать вывод, что и сама психика лидера секты является манипулируемой, подобно тому, как он сам манипулирует своими последователями. Поскольку субъектом, манипулирующим психикой лидера секты не является никто из людей (в силу иерархической соподчиненности в пределах секты), остается предположить существование энергетического вампира, не являющегося человеком, но о котором известно, что он является некоей психической системой. В дальнейшем я буду называть их психическими паразитами, которые в христианской традиции понимаются как разного рода демонические существа. Существование психических паразитов позволяет объяснить периодически возникающие опустошения психики лидера секты, заставляющие его восполнять собственные жизненные силы за счет своих последователей, находящихся в подобной же психической зависимости от него. Такую психическую зависимость, которая цементирует иерархию секты, начиная с психического паразита через лидера до последнего адепта, я буду называть психодемонической зависимостью. Наличие факта психодемонической зависимости можно наблюдать, когда лидер секты выходит с проповедями на более широкую аудиторию, имеющую о секте смутное представление. С точки зрения содержания, проповеди должны вызывать протест у непредвзято настроенных слушателей, ибо они противоречат всей их системе ценностей, предлагая заменить жизнеутверждающую жизненную установку, обеспечивающую человеку нормальное существование, на жизнеотрицающую. Вместо этого очень часто можно наблюдать податливость аудитории, переходящую в массовую эйфорию. Это обусловлено тем, что в момент проповеди лидер секты получает извне дополнительные жизненные импульсы (ресурсов его психики как правило недостаточно, чтобы вызвать подобный эффект, что опять же указывает на наличие психического паразита), которые сообщает слушателям. Инерция этих жизненных импульсов и создает такой эффект, усиливая определенные эмоции и мыслительные интенции, и заглушая остальные, что и вызывает то некритическое восприятие проповедника, которое может трансформироваться даже в благоговение и у закоренелых атеистов. Использование инерции жизненного импульса, непосредственно передаваемого адепту, неизмеримо облегчает харизматическому лидеру внедрение в сознание человека суггестивных ассоциативных установок, в результате чего осуществляется зомбирование.

13. Для того, чтобы превратить человека в постоянный источник восполнения собственных психических ресурсов, психический паразит стремится перевести состояние его психики в условия постоянного рассеивания его жизненных сил – в состояние психической энтропии. Это достигается через нарушение его психической целостности путем провоцирования в нем сильных страстей – таких направленностей на ложные центры важности, которые противопоставляются всему остальному психическому содержанию, раскалывая целостность личности. Такому воздействию противопоставляет себя христианская аскеза, целью которой является восстановление целостности личности через подчинение всех ее действий единому духовному центру – сердцу. Пребывание в состоянии психической энтропии вынуждает человека на огромное волевое напряжение, направленное на сохранение внутреннего равновесия, однако страсти и вызываемые ими страдания буквально разрывают его, грозя в любую минуту вызвать распад его личности. Одним из выходов, к которому прибегает мучающийся этим человек, является резкое упрощение его личности: утрата интереса к тому, что его волновало, обесценивание того, что было важным, отказ от тех сфер деятельности, в которых ранее он проявлял творческую активность. Все это, вместе с упрощением содержания личности, обусловливает ее деградацию, а это, в свою очередь, ограничивает сферу проявления страстей, что позволяет человеку получить передышку, временно обретая душевное равновесие.

14. Можно провести аналогию между деградацией личности и деградацией общества при внедрении какой-либо идеологемы дуалистической ереси. В качестве примера можно привести логику распада коммунистической системы, определяемой идеологемой классовой борьбы. Классовая борьба выражает общую для всех дуалистических ересей установку онтологичности зла как изначально присущего миру, которая, в данном случае, трактуется как изначально присущая человеческой истории. Эта идея, взятая на вооружение, предлагает каждому человеку новый универсальный объяснительный принцип всякого зла и несовершенства – обязательное наличие его внешней причины, определенной исторической неизбежностью. Это, в свою очередь, приводит к установке на поиск врага и высвобождает энергию спящих темных инстинктов масс, на волне которой приходят к власти большевики, но которая грозит все превратить в хаос. Для ее обуздания устанавливается жесточайшая система власти, объединяющая управление политической, экономической и идеологической сферами. В результате общество резко упрощается, масса активных людей, не знающих куда приложить свою активность, оказывается не у дел, что толкает их в оппозицию режиму. В результате этого высвобождается новая волна лишней энергии, но уже не за счет темных инстинктов, а за счет упрощения системы. Чтобы эта высвободившаяся энергия не взорвала систему, начинается новая волна репрессий, призванных ее погасить. В течение трех поколений, в результате таких репрессий, происходит угасание всякой жизненной активности, и установившаяся примитивная общественная структура распадается уже в силу нехватки творческой активности для ее поддержания. Общественная система рушится, попытка перейти к более эффективной и сложной системе блокируется пассивностью масс, и процесс деградации продолжается. Аналогичный процесс деградации наблюдается и в личности, в сознание которой внедрена идеологема дуалистической ереси.

15. Любая техника зомбирования, любой механизм подчинения воли человека, практикуемый в секте или в политической борьбе, хотя и воздействует на волю человека, но тем не менее не детерминирует ее, ибо воля при любом воздействии на нее остается свободной. Для того, чтобы поставить человека в определенную психическую зависимость, могут быть использованы искушения, могут быть спровоцированы стрессовые ситуации, но при всем этом без первичного внутреннего согласия человека подчинить его волю невозможно, пока он сам не проявит слабость. Воздействие психических паразитов осуществляется через психику человека, и любой вред, в том числе и физический, они могут вызвать лишь опосредованно через это психическое воздействие, но сколь бы мощным ни было подобное воздействие, любой психический факт, который оно вызывает, есть лишь повод для действия свободной воли человека. Человек может решиться и через внутреннее напряжение преодолеть эмоцию, поступить в соответствии с собой, а может, наоборот, подчиниться своему психическому состоянию – отказаться от свободы собственной воли, что и является попаданием в зависимость при психодемоническом воздействии. Для того, чтобы избежать опасности подвергнуться зомбированию, например, “пророком” какой-либо секты, необходимо дистанцироваться от своих эмоций, воспринимая их как внешние факты, требующие по отношению к себе свободного самоопределения, соответствующего решения свободной воли. Зомбировать можно лишь того, кто всегда поступает в соответствии со своими эмоциями. Дистанцирование от них позволяет иметь непредвзятый взгляд, позволяющий отличить извне внушаемую ему эмоцию от собственной. Психодемоническое воздействие может спровоцировать в человеке невероятно сильный страх, вожделение, может соблазнить легкостью разрешения каких-либо комплексов, душевных проблем, принести мнимое утешение, но объяснять именно этим попадание в зависимость – лишь самооправдание, ибо все перечисленное может лишь склонять его волю, принимать же решение должен сам человек, который при любых обстоятельствах может сохранять свою внутреннюю свободу.

 

Автор: Николай Николаевич КАРПИЦКИЙ - доктор философских наук, профессор, доцент кафедры философии Сибирского государственного медицинского института, Томск

 

 

Источник: Библиотека философских работ томских авторов

 

Комментарий RP: данная научная публикация ученого представляет немалый интерес в первую очередь тем, что в ней рассматриваются механизмы психологического воздействия на сознание человека с религиозной мотивировкой. При этом, независимо от использования в статье условного термина "секта", что может быть объяснено идеологически вынужденным условием для публикации (см. 1-ый пункт), данные механизмы воздействия на сознание абсолютно одинаковы для всех явлений религиозного и идеологического порядка. Следовательно, идентичные методы могут быть применены в любой из существующих сегодня в мире форм религий и конфессий, а также политических партий и других тоталитарных структур. Единственным условием, которым определяется негативизм, либо нейтральность результатов применения подобного программирования сознания, является достигаемый при этом социальный эффект. Как известно, в результате формирования структур из абсолютных единомышленников могут возникать как конструктивные, так и деструктивные сообщества, где первые оказываются полезны человечеству, а вторые – вредны. Поэтому оговорка о том, что подобные явления являлись объектом борьбы для официальной церкви, может считаться также условной: клерикальные институции боролись с конкурентами, тогда как комплекс представлений о психорограммировании ("зомбировании") оказался доступен лишь науке, изучающей его и в религиозных метолодогиях.

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100