Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 227 гостей и один зарегистрированный пользователь на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ХАРИЗМАТИЗМ В ХРИСТИАНСТВЕ КАК ОСНОВНОЙ ПРОГНОЗНЫЙ ТРЕНД ЕГО МОДЕРНИЗАЦИИ

Печать

Вита ТИТАРЕНКО

 

...

Доклад, прочитанный на научно-практической конференции "Новые религии в России: двадцать лет спустя", 14.12.2012, Москва

 

«Говорить о будущем - рискованное предприятие для того, кто изучает обществ» - подчеркивает в своем докладе профессор социологии Чикагского университета Ханс Йоас[i]. Но, вероятнее всего, сложность в прогнозировании, составляет не столько само предсказание, хотя и это – непросто, а, скорее, ожидание исполнения прогноза, его верификация. В действительности же, ситуация осложнена и тем, что: «…прогнозирование развития человека и общества по-настоящему еще не развито»[ii]. Оценка же прогноза, чаще всего происходит посредством его ретроспективной легализации, что, в свою очередь, указывает на проблемное поле прогнозирования.

Вита ТитаренкоОсознание роли религии в истории и становлении цивилизационного и культурного прогресса человечества, ее перманентное и не всегда однозначное влияние на эти процессы делают актуальной постановку вопроса о будущем религии. Несмотря на то, что прогностические религиоведческие разведки могут быть как верными, так и ошибочными, происходит постепенная наработка методологической базы прогнозирования.

В свое время известный социолог Д. Белл писал, что в конце 18 и в начале 19 столетий большинство мыслителей ожидали, что религия исчезнет[iii]. В переломный период перехода в 20 век многие социологи предрекали смерть религии, ожидая ее, по словам Р. Старка и Р. Брендбриджа, «как древние евреи прихода Мессии»[iv]. 20 век существенно скорректировал взгляды философов, социологов, историософов на будущее религии. Рассмотрение и анализ различных концепций, касающихся будущего религии, как духовного феномена, не являются объектом исследования в данной статье[v]. Но, наблюдая реальный мир и события в нем, следует критически рассматривать существующие, как оптимистические, так и пессимистические концепции существования религии в будущем. Даже если исходить из предпосылки, что религиозное развитие разных культур не следует рассматривать как конфронтационное развитие, все же нужно признать, что цивилизационное и культурное противостояние будет продолжаться. Из этого следует, что более объективным будет  выглядеть рассмотрение будущего взаимоотношений между конкретными религиями и прогнозы относительно конкретных религий.

И буддизм, и христианство, и ислам как мировые религии, в течение истории человечества представляются глобальными культурами. В идеале, они распространяют религиозную метакультуру, которая, оставаясь узнаваемой в своем основании, ассимилируется с некоторыми местными культурами. В сущности, метакультура составляется из минимума, своеобразного компендиума элементов, которые «умно последовательные и однородные» и остаются узнаваемыми, даже тогда, когда собственно метакультура поглощается этническими культурами. Этот «религиозный минимум» и составляет основу новых религиозных движений. Он анализируется как источник того перманентного процесса религиозного обновления, который и подтверждает необходимость самой религиозной потребности и может расцениваться как достоверный сценарий развития истории религии в будущем.

Российский исследователь В. Шутов отмечает: «Второй направление или второй путь (религиозной динамики – В. Т.) является путем поднятия духовности, на основе чего, со временем удается сформировать новый, или обновленный комплекс религиозных идей. Такого рода движения приводят или к отделению модернизованного учения от начального, или к постепенной модернизации “старой” религии, или к рождению новой»[vi]. Именно такие трансформационные, переломные периоды являются той бифуркационной точкой, в которой происходит окончательный «эволюционный» выбор пути модернизации религии. Перед исследователем встает задача рассмотреть сквозь ряд деталей и разрозненных общественно значимых фактов, на фоне новых, но часто односторонних концепций те важные, основоположные, как их определяют «тенденции, тренды, “серии” событий»[vii] религиозной жизни, которые формируют будущую религиозную картину мира, страны, региона. Следующая проблема заключается в том, что именно можно и необходимо прогнозировать какие параметры конкретной религии поддаются прогнозированию, а какие – нет. Невозможно прогнозировать все параметры и тем более все религиозные события, которые состоятся в определенный период в жизни общества. Необходимо выбирать те явления или параметры, которые связывают с выделенными исследователем тенденциями, рядами явлений, трендами, «сериями» событий, о чем уже говорилось выше. При этом основной вопрос заключается в том, насколько они являются реальными и значащими, насколько они перекрываются другими тенденциями и/или будут действовать в прогнозируемом будущем.

Активней всего, попытки прогнозировать будущее религии осуществляются относительно христианства. Отметим, что сами христианские центры и миссии для выяснения религиозных мегатенденций и направлений их развития ежегодно рассылают до 10 млн. опросников на трех тысячах языков, где анализируется приблизительно 180 религиозных проблем. Осуществление таких опросов обходится в 1,1 млрд. долларов[viii].

Среди тенденций, которые можно признать магистральными для 20 в., определяющими будущее христианства, которые можно подвергнуть верификации являются «живучесть религии», плюрализация ее проявлений, смещение христианства на Юг и  харизматизация християнства. Последняя тенденция и является объектом нашего рассмотрения.

Харизматизация или пентекостализация християнства позволяют в этом понимании назвать 20 столетие «харизматическим». Первый год 20 в. является фактически годом рождения пятидесятничества, а в последнем году столетия к пятидесятническим, харизматическим, неохаризматическим деноминациям принадлежало почти 524 млн. человек[ix]. Х. Ворд в своей работе высказывает несколько гипотез относительно будущих тенденций развития религии, среди которых предположения, что текущие проблемы религиозных сообществ институционального уровня, в конечном счете, не являются существенными; в будущем возможны неожиданности, которые не вытекают из имеющихся процессов; представления современной молодежи совсем не обязательно определяют будущее; христианство, как и другие большие религии, будет существовать очень долго в разных формах[x].

Сегодняшняя ситуация постмодернизма в его отрицании объективной истины, сравнима с индуизмом и буддизмом, где одним из центральных учений остается учения об иллюзорности мира, сконструированного человеческим умом. Среди прочего и этот постулат является сегодня одной из причин популярности восточных религий. Как отмечает социолог Дж. Варна, «оставленные на усмотрение судьбы, люди будут все больше и больше отходить от основных христианских взглядов. Вместо этого они, продолжая поиск истины и смысла, неотвратимо станут жертвами синкретизма»[xi] . Протестантский богослов Дж. Вейз, в свою очередь, утверждает, что «с засильем элементов восточной духовности наиболее привлекательные аспекты христианства (которые скорее станут элементами стиля жизни, а не центральными духовными принципами) будут все больше соединяться с экзотическими и завораживающими атрибутами восточных религий. В результате люди действительно поверят в то, что им удалось усовершенствовать христианство, и даже будут считать себя христианами, несмотря на свою творческую реструктуризацию веры»[xii] .

Некоторые исследователи считают, что в эпоху постмодернизма традиционные религии, прежде всего, христианские, находятся в упадке, а христиане (как представители разных конфессий) потеряли свою идентичность. Так, Г. Рормозер современную ситуацию в европейской культуре определяет как «постхристианскую» и пишет: «... Поскольку мы живем в постхристианскую эпоху, перед нами возникают значительные трудности. Они заключаются в том, что сегодня мир нельзя назвать огульно христианским или нехристианским. С неуловимой амбивалентностью, как в сумеречный период, с легкостью хамелеона одно переливается в другое...»[xiii] .

Почему же именно харизматизм, несмотря не возможные социологические погрешности в подсчете приверженцев, отмечается, как неоспоримый тренд?

Прежде всего, необходимо определиться с терминологией. В христианстве понятие «харизма» (с новогреч. «дар», «подарок», а таже – «способности», «талант») закрепилось как «дар Божий» и заняло определенное место в христианских вероисповедных доктринах, а потому, когда речь идет о харизматических дарах, то имеются в виду дары Духа Святого, разделенные, согласно Новому Завету, по тройственному принципу: дары откровения – мудрость, знание, умение различать духов; дары силы – вера, чудотворения, исцеление больных; дары языков - пророчество, говорение другими языками (глоссолалия), толкование. В религиоведении харизматическим движением называются как определенные современные направления неохристиянства, так и ориентации внутри ортодоксальных религий, которые исповедуют обретение харизматических даров в этой жизни путем непосредственного общения с Богом. Харизматические движения в неохристианстве обрели свое институализационное воплощение в создании харизматических Церквей. В отличие от них харизматические движения внутри традиционных христианских конфессий не приобрели самостоятельной институализации. В контексте очерченной проблематики сущность харизматизма можно определить как процесс изменения состояния сознания человека, который выходит за рамки релевантной экспликации современными методами наук о сознании. Наличие определенных методик «харизматизации» личности обеспечивает однообразие, повторяемость и массовость феномена харизматизма. Специфическим следствием «харизматизации» является наглядное изменение поведения верующего, которое интерпретируется им как сошествие «Духа Святого», подтверждением чего является «получении Его Даров» и приводит к стойким изменениям личностного мировосприятия и эталонов бытия. Определяющим выступает именно индивидуальный мистический опыт, как единственный «реальный» довод присутствия Бога, что, в сущности, отвечает духу постмодерна, когда происходит эклектичная интеграция философии, религии, науки.

На сегодня дискурсивным остается вопрос относительно различения пятидесятников и харизматов. Известный американский Институт исследования религии и общественной жизни Pew Forum в своем исследовании мирового пятидесятничества выделял харизматов, которые пережили опыт исполнения Духом Святым, но не являются членами пятидесятнических деноминаций и отвечают трем критериям: самоопределяют себя как харизматических христиан; признают себя христианами-пятидесятниками, но не принадлежат к пятидесятническим сообществам; утверждают, что переживали глоссолалию, по меньшей мере несколько раз на год, но опять же, не принадлежат к пятидесятническим сообществам.

Важным условием объективности подхода к изучению этого феномена является не только рассмотрение и анализ определенных проявлений харизматизма, но и глубокое понимание того состояния общества, в пределах которого и возникают такие явления. Это - характерный симптом общественных изменений, социально-культурных трансформаций эпохи.

Харизматические движения в христианстве возникли на волне постмодерной эпохи формирования общества нового типа, выступая своеобразной формой модернизации христианства, апеллируя к «вечным ценностям» возвращения к первохристианству и подтверждая идею о том, что христианство в его конфессиональных проявлениях наделено значительным адаптационным потенциалом. Ведь в свое время христианство распространилось в античном, потом в греко-римском мире. В 9-10 столетиях христианство из небольшой иудейской секты превратилось в распространенную религию со своими мощными духовными центрами на Западе и Востоке. В эпоху Возрождения христианство выразило себя посредством протестантизма, а в эпоху Просвещения – мощно заявило о себе евангельское христианство. Ныне, когда мировоззрение сообщества снова меняется, перед христианством возникает задача осуществлять все новые попытки проявления себя в пределах культуры постмодернизма. Как отмечает современный протестантский теолог М. Черенков: «Евангельские церкви за своими социально-демографическими характеристиками релевантны состоянию окружающего общества. Иначе говоря, происходит своего рода социальное выравнивание и социализация протестантства»[xiv] .

Прослеживая процесс возникновения новых форм собственно христианской традиции, мы подчеркиваем его объективный характер, выделяя фундаментальную онтологическую составляющую – христианский харизматизм, который внутренне имманентен христианству. Эта идея созвучна и высказанной мысли вышеупомянутого М. Черенкова, который с философско-исторических позиций рассматривает европейскую Реформацию, как циклическое движение, отмечая, что: «ныне во всех христианских конфессиях распространяются идеи новой Реформации, которая бы сделала христианскую традицию соответствующей современным социокультурным и духовным запросам общества»[xv] .

Харизматизм – глобалистский по своей сути, но в то же время легко приспосабливающийся к различным национально-культурным контекстам, отчасти через активное абсорбирование элементов локальных культур и интеграции их в свой богослужебный корпус и миссионерскую практику, отчасти – через апелляцию к наднациональным и внекультурным общественным пластам группового и индивидуального сознания. Речь идет также о формировании нового типа солидарности – транснационального типа, который может со временем претендовать на замещение традиционных связей в рамках устойчивых национальных и даже цивилизационных коллективов[xvi].

Какими же, актуальными для современных граждан характеристиками обладает христианство в его модернизированной харизматической форме? В главном – это, по словам П. Друкера – «не ритуал, а духовный опыт и добровольное служение обществу, которое осуществляется в самой церкви или при ее посредничестве»[xvii]. Кроме того, харизматические движения, как одно из направлений НРД в неохристианстве возникают на волне протеста против традиционных ценностей и связанны с молодежной субкультурой. Среди неофитов наличествуют те молодые люди, которые разочаровались, к примеру, в других формах бунта (употребление наркотиков, секс-революция, контркультура и др.).

Харизматы не имеют единого авторитета или катехизиса, в котором их учение было бы изложено в стройной и логической форме. Их теология остается неразвитой. Часто можно слышать, что особой доктрины у них и быть не может, поскольку все, во что они верят, опирается на тексты Библии. Первая, вторая и третья волны  «Духа Святого» (возникновение собственно пятидесятницьких общин в начале 20 в., распространение харизматических проявлений внутри существующих деноминаций в 1920-е гг. и возникновение собственно харизматических общин с начала 1980-х гг.), не смотря на серьезные расхождения по ряду вопросов, связанны общей парадигмой. Третья волна практически повторяет путь классического пятидесятничества на ранних этапах его истории. Но конкретизация основных доктринальных положений  харизматов постепенно происходит и подвергается верификации. Основными их вероисповедными положениями остаются следующие библейские истины[xviii]:

Библия есть богодухновенное Писание, откровение Бога человеку, непогрешимое и надежное руководство и источник веры, учение и жизнь. (2Пет. 1:21; 2Тим.З:16).

Существует один истинный Бог в трех лицах Бог-Отец, Бог-Сын, Бог-Дух Святой. (Мат. 28:19; Лук. 3:22).

Иисус Христос является Вечным Сыном Божьим и Он есть Бог.  (Мат. 1:23. Исх. 9:6).

Бог создал человека праведным, но через ослушание Адама в мир вошли грех, проклятье и смерть. (Быт. 3:6-24; Рим. 5:12).

Человек может получить спасение только через веру в Иисуса Христа и получить прощение грехов благодаря принесенной Им жертве на Голгофском  кресте. (Еф. 2:8; Рим. 3:24-25).

Все, кто принял Иисуса Христа как своего Господа и Спасителя, должны быть крещенные через полное погружение в воду. (Мар. 16:16, Деян. 2:38).

Крещение Святым Духом – это дар, обещанный Иисусом Христом всем верующим. Крещение Святым Духом происходит за рождением свыше; его знамением является говорения на иных языках и проявление даров Святого Духа. (Деян. 2:4.38; Лук. 24:49; 1 Кор.12:1-31).

Вечеря Господняя – это таинство, которое символизирует страдание Христа и его смерть, а также пророчество о Его втором пришествии. (1 Кор. 11:26).

Божественное исцеление было обещано еще в Ветхом Завете и является неотъемлемой частью Нового Завета. (Исх. 15:26; Пс. 102:3; Мат. 8:16,17; Деян. 5:16; Як. 5:14-16).

Те, кто умер в грехах, не уверовав в Иисуса Христа, чье имя не записано в Книге жизни, вместе с дьяволом и его приспешниками подвергнутся вечному наказанию и будут брошены в озеро огневое, что горит серой. Это и есть вторая смерть. (Мат. 25:46; Мар. 9:43-48; Откр. 20:11-15, 21:8).

Харизматизм, как отмечалось выше, закрепился во многих традиционных конфессиях – епископальной Церкви, пресвитерианской, методистской, баптистской, лютеранской и др. Сегодня целый ряд христианских церквей, в том числе и отдельные объединения Адвентистов седьмого дня (АСД), используют так называемый «Давидов стиль служения», в котором большая роль отводится пению и танцам в церковном служении. Такие церкви называют «празднующими».

Еще летом 1991 г. в бюллетене пятидесятническо-харизматического движения  США «Timeline» появилась публикация «Пятидесятническое обновление среди Адвентистов седьмого дня». В статье говорилось о пасторах Д. Шнайдере и Д. Симпсоне, которые обновили свои адвентистские общины на манер пятидесятнических. Успех этих общин побуждал некоторых церковных руководителей АСД поддерживать  пятидесятническое движение внутри церкви настолько, что Генеральная Конференция вынуждена была посылать пасторов в общину Шнайдера для обучения «новым концепциям и программам богослужения». Еще в феврале 1990 г. общины АСД на территории Америки начали переходить на новый стиль богослужения, который некоторые назвали «явлением».

То есть, харизматическое движение стало выходить за пределы церкви пятидесятников. Теперь верующие, «крещенные Духом», не стремятся уходить из своих церквей и присоединиться к тем деноминациям, которые «глоссолалят»: политика меняется в сторону охвата существующих конфессий и создания «внеденоминационных» и «интер-доминационных» церквей.  Евангельский богослов Д. Паккер, характеризуя харизматическое движение, называет его своего рода «хамелеоном» (вспомним упомянутую выше цитату Г. Рормозера), который приспосабливается оттенками своего богословия к той окружающей среде, в которой находится, и, когда внешние факторы меняются, то и он меняет свою окраску.

Наиболее жизнеспособными на фоне модернизации христианства являются харизматические церкви. В них наблюдается наивысшую динамику в численном росте. Большей частью, черты типичной харизматической общины почти такие же, как у евангелических, фундаменталистских или основных протестантских церквей.

В заключение можно заключить, что мы имеем достаточно доводов для утверждения, что 20 и, вероятно, 21 столетия становятся временами актуализации харизматических движений, их активизации и становления. Харизматизация остается доминирующим трендом в прогнозировании модернизации христианства. Дж. Варна, который является автором и основателем Барна Групп в Вентуре – фирмы, специализирующейся на проведении исследований для христианских служений, прокомментировал, что рост харизматических и пятидесятнических церквей неудивителен, поскольку отражает существующие ныне культурные тенденции в обществе. «Свобода эмоционального и духовного выражения, типичная для харизматических собраний, перекликается с культурной тенденцией личностного выражения, принимая разные эмоции и позволяя людям интерпретировать их опыт в таком виде, который имеет для них содержание»[1] , - объясняет Варна. Он добавляет, что ожидает еще большего роста харизматического христианства и его диверсификации.

Рассмотрев харизматизм как онтологическую составляющую христианства, внутренне ему имманентную, проследив его трансформацию на разных этапах общественного развития, можно сделать вывод о том, что сегодняшние харизматические движения (как институциализированные, так и харизматические ориентации внутри традиционных церквей) не являются обособленным, самостоятельным явлением. Они составляют часть постоянного процесса, присущего христианству. Харизматизация, охватывающая, как видно из вышеизложенного материала, все направления христианства наглядно иллюстрирует то постмодернистское состояние христианской религии, которое стало заметной тенденцией в жизни современного общества. Целиком отвечая принципам постмодернизма – деконструкции, радикальной плюральности, релятивизму, эклектизму, фрагментарности и замене реальности симулякром – харизматизация стремительно распространяется в христианском мире. Христианство уже не может рассчитывать на исключительные позиции, преимущество в современной идеологии и культуре. В условиях плюрализма истины, оно может выступать  лишь как одна из них среди прочих других, имеющих такое же право на существование.

Среди факторов, которые повлияли на выделение харизматических движений в среде модернизирующегося христианства, можно назвать следующие качественные характеристики: харизматы быстро адаптируются в разноконфессиональном и разнокультурном обществе, так как их теология не содержит в себе сложных доктринальных конструктов; мистический опыт является объединяющей основой для верующих разных конфессий, катехизация максимально упрощена; основной тип коммуникации – социально-этический, не предполагающий разрешения некоторых схоластических вопросов и теологических проблем, а направленный на решение личностного внутреннего конфликта человека и общества. Современный харизматизм проявляет себя религией автономного человека, религией, требующей инициативы и ответственности.


Автор: Вита Владимировна ТИТАРЕНКО - кандидат философских наук, доцент, научный сотрудник Отделения религиоведения Института философии имени Г.С.Сковороды НАН Украины.

 

ReligioPolis

 



[i] Йоас Х. Будущее христианства.  Доклад, в сокращенной форме представленный 9 июня 2007 г. на Дне Немецкой Лютеранской Церкви //Социологические исследования. 2009. № 11. C. 78-88.

[ii] Пантин В.И., Лапкин В.В. Философия исторического прогнозирования: ритмы истории и перспективы мирового развития в первой половине ХХІ века. Дубна, 2006. С.4.

[iii] Bell Daniel. The Return of the Sacred? The Argument on the Future of Religion // The British Journal of Sociology. December 1977 Vol. 28. No. 4. Р. 419-449.

[iv] Rodney Stark, William Sims Bainbridge. The Future of Religion: Secularization, Revival and Cult Formation// University of

California Press, 1986. Р.1

[v] Подробнее см.: Титаренко В.В. Оптимістичні та песимістичні сценарії майбутнього релігії в сучасних футуристичних  концепціях // Релігія та соціум. Міжнародний часопис. Чернівці, 2012. №1(7). 5-13.

[vi] Шутов В.Н. Анатомия мировых религий: прошлое, настоящее, будущее. М., 2009. С.225.

[vii] Пантин В.И., Лапкин В.В. Философия исторического прогнозирования: ритмы истории и перспективы мирового развития в первой половине ХХІ века. Дубна, 2006. С. 48..

[viii] Єленський В. Релігійність в Україні: характер і напрямки змін // Християнство доби постмодерну. Колективна монографія / За ред. А.Колодного. Киев, 2005. С. 168.

Global Diagram 30 // Режим доступа: http://www.gordonconwell.edu/ockenga/globalchristianity/gd/gd30.pdf

[x] Ward H. Religion in 2101 A.D. - Garden City (N.Y.), 1975. - P. I-XIII). 329.

[xi] Цит по: Варна Дж. Вейз-младший Дж.Эдвард. Времена постмодерна: христианский взгляд на современную мысль и культуру // Фонд «Лютеранское наследние». World Wide Printing. 2002. С.204.

[xii] Варна Вейз-младший Дж.Эдвард. Времена постмодерна: христианский взгляд на современную мысль и культуру // Фонд «Лютеранское наследние». World Wide Printing. 2002. С.205

[xiii] Рормозер Г. Ситуация христианства в эпоху «постмодерна» глазами христианского публициста//Вопросы философии. 1991. № 5. С. 75

[xiv] Черенков М. Європейська Реформація та український євангельський протестантизм. Киев, 2008. С.492.

[xv] Черенков М. Європейська Реформація та український євангельський протестантизм. Киев, 2008. С. 47.

[xvi] Спис О. Соціально-політичні і соціокультурні імплікації пізнього протестантизму в процесі трансформації українського суспільства. Автореферат дисертації. УДК 283 (477). Киев, 2008.

[xvii] Питер Ф. Друкер. Задачи менеджмента в XXI веке // Режим доступа: http://mx4.ru/druker_xximanagement/7/08/

[xviii] См.: Сайт харизматической Церкви «Прославление // Режим доступа:  http://www.praisegod.name/

[1] Цит. по: Riley J. Christian Post Reporter. Пер. с англ.: Левушкан Ю. // Режим доступа: http://www.baznica.info/pagesid-4704.html


 

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100