Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас один гость и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ЮРОДСТВО: ВЗГЛЯД ИЗНУТРИ

Печать

Евгения ВОРОНКОВА


Валисий Блаженный, лубок 19в., фрагмент

Анализ мировосприятия современного юродивого

 

Существует мнение, что современное отечественное академическое религиоведение «грешит» перекосом в сторону истории религии, истори-ко-описательного подхода к этой сложнейшей сфере человеческого бытия1. И в самом деле, большинство отечественных религиоведов занимается, по сути, историей религии - взять хотя бы статистику по ведущему отечественному научно-теоретическому журналу «Религиоведение» за 2001-2011 гг.2. Иными словами, преимущество отдается внешней стороне религии - историческим факторам, повлиявшим на ее возникновение и развитие, проблемам взаимовлияния религии и общества в целом, а также религии и различных социальных сфер, будь то культура, политика, наука, право и т.д. Вне всякого сомнения, исследования данных аспектов религии необходимы и чрезвычайно полезны. Однако при этом часто в тени оказывается не менее важная - внутренняя - сторона религии. Ведь «пер-вокирпичиком» религии и главным ее носителем является всегда человек - отдельный индивид, обладающий религиозным сознанием. И те глубокие сознательные и подсознательные механизмы, которые приводят индивида в поле религии, побуждают его доверять какой-либо существующей религиозной системе или создавать новую, собственную (причем часто обе идут вразрез с доводами разума и данными повседневного опыта), до сих пор остаются малоизученными и неясными. Конечно, огромный вклад в понимание способов и парадоксов функционирования религиозного сознания внесли исследователи, специализирующиеся в области психологии религии, - как отечественные, так и зарубежные авторы. Немалый вклад принадлежит и феноменологам религии3, в том числе сторонникам так называемой феноменологической психологии4. И все же, несмотря на значительное количество фундаментальных работ в этих отраслях религиоведения, внутренняя, «интимная» сторона религии как была, так и остается тайной за семью печатями. А ведь именно она наполняет религию содержанием, генерирует религиозные идеи и является «сердцем» религии5.

Тем интереснее становятся общение с живыми носителями религиозного мировоззрения, выявление логики их веры, религиозного самосознания и религиозной мотивации. Причем наибольший интерес в этом смысле представляют носители радикального, сконцентрированного религиозного сознания, непонятного порой даже их собратьям по вере: здесь тончайшие повороты религиозной логики выглядят более рельефными, парадоксальными, а их обнаружение становится уже более или менее выполнимой задачей. Отметим, что изучение именно homines religiosi такого типа - верующих «радикального толка» - мы считаем ключом к пониманию глубинных религиозных процессов, если угодно, - «сущностного ядра» религии.

Вне всякого сомнения, к этому условному типу «радикальные верующие» относятся и «религиозные неформалы» - юродивые. Как упоминалась в первой части данной работы6, мы являемся сторонниками феноменологического подхода к юродству и полагаем, что данный религиозный феномен представлен не только в православной (и шире - христианской) культуре, но и далеко за ее пределами. Однако в данной статье мы не будем раскрывать варианты юродства в мировых религиозных культурах7, а рассмотрим мировосприятие юродивого на примере современного юродивого-старообрядца Дорофея Ивановича Мешкова, с которым мы имели возможность общаться во время полевых исследований в с. Грибовке Амурской области в 2005-2008 гг.

В первой статье мы рассмотрели биографию юродивого Д.И. Мешкова, его образ жизни и отношения с окружающими. В этой мы перейдем к анализу мировосприятия амурского юродивого - рассмотрим его представления о мире, пространстве и времени, рае и аде, грехе и добродетели, человеческой истории, а также выявим элементы двоеверия в его мировоззрении. При этом значительную часть излагаемого материала будут составлять прямые цитаты из рассуждений самого юродивого об упомянутых реалиях. Для удобства разобьем текст на небольшие разделы. Начнем с собственно старообрядческих представлений Дорофея и тесно связанных с ними эсхатологических воззрений юродивого.

Роль старообрядческих представлений в религиозном мировоззрении Дорофея огромна, хотя его поведение сильно отличается от поведения других старообрядцев, проживающих в селе. Стоит отметить, что в нем присутствуют как основные черты старообрядчества в целом, так и ярко выраженный антиклерикализм - признак старообрядцев-беспоповцев, коими являются староверы Грибовки.

Как и все старообрядцы, Дорофей - ярый сторонник двуперстия (толкуя согнутый в нем средний палец как сошедшего на землю ради спасения людей Христа) и написания имени Христа с одной «и» (Исус): «... а у них два "И" - "Иисус" выходит, а где же тогда Бог, выходит? Бог, выходит, другой? Из-за этого разница», - рассуждает Дорофей8.

Как и все староверы, Дорофей отрицательно относится к личности патриарха Никона и к его последователям: «А такой есть еще один, Никон его звать было, он тоже грех сотворил, так он взял (ему людям неудобно, наверное, все), так он взял, голубей прикормил, в уши насыплет пшена, прикормил и говорит: "Вот, смотрите, какой я - даже голуби всегда на меня садятся" - и вот их называют никониане, никониане»9. Но все же к «никонианам» Дорофей относится лояльнее, чем другие его односельчане-староверы, хотя и во многих аспектах (в частности, в отношении поста) он не согласен с представителями РПЦ: «А они по Божеству говорят хорошо. Да вот, вы, наверное, видели по телевизору10, я несколько раз уже слышал - «Слово пастыря». Он говорит-то так все правильно, он только... они, если пост у них, не так, неправильно, масло растительное едят они, всё... а он сказал, по "Слову Пастыря": "у кого мясо есть, так ешьте, это независимо". А Господом так сказано, он не хочет, чтоб принудительно: "Выбирай, говорит, на произволение - или царство небесное, или муку вечную и тьму кромешную"»". Таким образом, Дорофей далек от огульной критики в адрес РПЦ, для него следование заповедям важнее конфессиональных различий и запретов. Религиозная истина ставится им превыше всего.

При этом в «никонианской» церкви Дорофей никогда не был и слабо представляет, что там происходит. Для себя посещение храма считает запретным и излишним: «Вот я там не был, мне там делать нечего, мне не положено... Я не видел, как они чего делают, я только слышал, что они на коленках стоят, что рукой не так, и пост у них не знаю как, не приходилось мне с ними разговаривать... Нечего там делать, в этой церкви. Мне, допустим, нечего делать там. Там ничего такого нет... пост так... и я, что нужно, я про себя сам знаю...так»12. По-видимому, он не очень ясно осознает, чем еще отличаются «никонианские» обряды от старообрядческих: «А вот этим и отличается, отличается... Там я не знаю как, может, и всем... Есть еще, слышали может, их иноками называют, так там у тех другое, у них еще строжее»13.

К остальным же вероисповеданиям Дорофей относится как к ложным, противопоставляя их старой, «христианской ранешней вере»: «Это называется православная кафолическая церковь, кафолическая церковь - это вот христианская ранешняя вера, а это уже все попридумывали они. А их семьдесят семь вер, вот... так сейчас церкви всякие, они же, люди, не понимают, они думают - правда, и идут туда»14.

Стоит отметить, что Дорофей в отношении других старообрядцев Гри-бовки употребляет такие слова как «мы», «свои», «мои единоверные», что свидетельствует о том, что он не исключает себя из этой малой социальной группы. Своих единоверцев он называет братьями и объясняет: «По вере, по вере - брат называется; это вот единоверные называют - братья; братья, сестры. Скажу, что верные христиане называются духовные, так ради... ради брата. Это я такое слышал, не читал, но слышал»15.

Итак, старообрядческие представления играют большую роль в религиозных представлениях Дорофея, что вовсе неудивительно, учитывая, что круг его общения, начиная с семьи, был в основном старообрядческим. При этом не нужно забывать, что он все же во многом расходится со своими единоверцами - в образе жизни, отношении к РПЦ, представлениях о том, что является подлинной религиозностью, а что - внешней обрядностью, отношении к телевидению и радио и т.д. Упор делается им именно на необходимости следования идеалу христианина, явленному в Писании, на своеобразной «религиозной честности», выражающейся не в исполнении обрядов, а в непримиримой борьбе со страстями и стяжании святости.

Эсхатология также занимает важное место в религиозных представлениях Дорофея - большую часть наших бесед он говорил о конце света, причем было заметно, что эта тема волнует его больше остальных (что характерно для всех старообрядцев). Апокалипсис для него - важнейшее событие в человеческой истории, событие неминуемое, бесповоротное и стремительно приближающееся, ожидаемое чуть ли не со дня на день. Именно тогда подведутся итоги человеческих жизней и ничего нельзя будет уже изменить: «После суда... никакой жалости не будет... ничего никому не поможет - торг закрылся, ни купить, ни продать. Вон сейчас допустим базар на рынке, или магазин, закрылся - ты ведь уже не купишь, не продашь»16.

Дорофей подчеркивает внезапность конца света: «Никто знать не будет. И так сказано: "Приду аки тать в нощи", или вор ночью. "Кого в чем

захвачу, того в том и осужду". Сказано, там слышал, если кто его встретит печально, только не за бутылкой, в пьяницу осудит. "Кого в чем захвачу, того в том и осужду". Если, слышал такое, Его встретит печально, тому все грехи прощает, вот»17. Конца света Дорофей ожидает в очень скором времени - в пределах нескольких месяцев: «Вот Он придет, скоро, не знаю... Вот вы грамотные тоже люди, сами знаете: не то, что год от года, так месяц от месяца все хуже и хуже делается. Все это, все раньше отбирали у людей, а сейчас все оставляют. Вот у меня кирпич [достает, показывает] - это был детский сад, сейчас оно все пустует, все продают, все это... Ведь в Божьем Писании... "Начаток с концом согласуется". Церкви вот строят, так это, вот, скоро конец будет, по Божьему Писанию»18.

Итак, приближение конца света Дорофей видит в том, что жизнь на земле становится все хуже и хуже, вода, воздух, лес портятся: «Всё, всё, лес гниет, вот можете посмотреть лес; просто я еще такого раньше не видел, вон, штабеля лежат - гнилой в середке, гнилой. Все гниет, все хуже, и хуже, и хуже»19. Другой признак, по его мнению, - быстрое течение времени, которое он чувствует на себе: «Да. Что писано, то сбывается. А в последнее время, сейчас, тоже это, наверное, знаете и замечаете, раньше слышал, раньше сеяли вручную и серпами жали зерно, а скота сколько было - мама говорила, по пять коров только дойных было, а от них телят сколько; а еще овец, свиней, лошадей, на лошадях же пахали. Все успевали делать. Сейчас пошел в магазин - пойдешь там, простоишь, простоишь, придешь - уже полдня все, и день кончился. "Последнее, говорит (это я читал сам), последнее время будет идти, как вода течет"... Все быстрее и быстрее идет»20. О приближении конца света, по мнению Доро-фея, свидетельствует и рост враждебности между людьми и государствами: «В последнее время, говорят, так сказано: "Будет царство на царство, язык на язык, друг на друга, брат на брата, сын на отца, отец на сына, дочь на мать, мать на дочь, тогда и, - говорит, - Господь придет"»21.

По убеждению Дорофея, конец света будет сопровождаться тем, что «Солнце померкнет, звезды падут, а луна в кровь превратится. Там на луне - брат брата порезал, там видели? Их видать прям... [Е.В. - Пятна?]. Да, ясная луна когда, брат брата зарезал когда, в кровь превратится»22. На вопрос, что будет происходить с людьми, Дорофей ответил так: «С людьми? Они... всё, говорит (так я слышал, даже читал), "всё будет происходить в мгновение ока", планета будет меняться, а люди будут в это время якобы в воздухе висеть, когда планета будет меняться»23.

Примечательно, что Дорофея, по его словам, всегда волновал вопрос о том, что будет с животными во время конца света: «Вот это я не знаю, я все думаю и хотел...грамотных людей нет, и так все думаю...вот думаю, останутся все. Ничего не сгорит на этой планете, ничего»24. Вопрос этот волнует Дорофея не случайно, поскольку его отношение к животным скорее ближе к буддийскому или даже джайнскому, чем к христианскому: по собственному признанию, он никогда не обидел ни одно животное, даже насекомое. Остается неясным, считает ли Дорофей животных наделенными душой и потому так беспокоится об их спасении (напомним, что, согласно христианскому учению, животные душой не обладают), либо надеется на их спасение в физическом смысле. Так или иначе, но границы «любви к ближнему» у Дорофея выходят далеко за рамки, отведенные христианством, и не ограничиваются любовью к людям. Любовь Дорофея радикальна, идея любви доводится им до своего логического конца: раз любить, так уж сразу весь мир.

Представления Дорофея о Страшном суде также не вполне стандартны для христианина: по его мнению, когда Бог будет судить людей, любую ложь или любое зло, причиненное кому-нибудь, он будет расценивать как убийство: «И что я вам говорю, что и себе, это я отвечать буду, если я что совру, Бог меня будет судить как убийцу. Там сказано Богом, в Божьем Писании: "Человеку, если кто человеку зло сотворит, тот и человека убивает"... Бог будет судить только так. Если я, допустим, по денежному... соседу или кому сделаю зло или пожелаю, то Бог меня будет судить как убийцу. Что я человеку горе сделаю, что я человека убиваю - Бог так это засчитывает»25. Из этих рассуждений Дорофея следует, что он не приемлет идеи соразмерности наказания и градации греха. Любой грех для него приравнивается к тяжкому - даже мысленный. Отсюда легчайшее малодушие, малейшее мысленное или осуществленное прегрешение ввергает человека в состояние тягчайшего греха и навлекает на него соответствующее наказание. И снова мы видим радикальную трактовку религиозной идеи - на этот раз идеи греха. Не этот ли радикализм в истолковании религиозных идей обусловливает поведение Дорофея, воспринимаемое окружающими как юродство? Не объясняет ли это тех крайностей в его поведении и образе жизни, которые так выделяют его даже среди столь набожных по современным меркам старообрядцев? Идея чистоты и нечистоты, грешности и безгрешия доведена в сознании Дорофея до своего логического конца. Он словно следует кредо: «Хочешь быть с Богом, хочешь быть безгрешным - иди в своей любви до конца и возлюби все, что движется и не движется, изничтожь в себе малейший грех, убей в себе даже ничтожные ростки алчности и тщеславия, откажись от всех благ, превышающих самый минимум, необходимый для твоего физического выживания». Как же будет восприниматься окружающими жизнь человека, который решил следовать такому кредо? Вот именно - как чистой воды юродство.

Однако вернемся к анализу эсхатологических воззрений Дорофея. Согласно его представлениям, на этот раз созвучных христианскому учению, во время Суда Бог будет «ставить» людей на две стороны новой планеты: на левой будут грешники, а на правой - богоугодные люди: «Господом сказано: "Горе, говорит, будет тому, кто будет поставлен на левую сторону, а на правую сторону - не вытерпит, говорит, человек, чтобы не засмеяться от той радости"»26. Поэтому Дорофей говорит, что всегда в молитвах просит для всех «на новой планете - правой стороны»27.

Все люди, даже еретики, по мнению Дорофея, спасутся, только не все попадут в Царство Божие: «Спасутся, спасутся... Вот я говорил про еретиков - еретики тоже спасутся, только они в Царство все не попадут. Сказано, я такое слышал: "Еретики в Царстве Божием не наследят", вот. А если крещеный в веру, и добрые дела тоже, а если такой, что пьянки, да ворует, да грабит, то такой не попадет туда. Над Богом...так говорит, тому, кто верующий да отступит, кто эти дела все делает, то суд будет больше ему, чем еретику»28.

К сожалению, мы не можем выяснить источник эсхатологических представлений Дорофея, - вероятно, они носят синкретический характер и заимствованы им из рассказов других старообрядцев и из тех «Божественных книг», которые у него, по его словам, были (возможно, есть и сейчас29).

 

Представления о рае и аде. Вполне в духе православной традиции Дорофей полагает, что Бог предоставил человеку свободу выбора между адом и раем: «А Господом так сказано, он не хочет, чтоб принудительно: "Выбирай, говорит, на произволение - или царство небесное, или муку вечную и тьму кромешную"»30. Однако, по мнению Дорофея, рай находится на земле: «А рай находится сейчас в земной дали, в Африке, на реке Евфрате... И он находится, называется он "земский рай", земной»31. Представления Дорофея и рае не вполне традиционны: так, он считает его настолько реальным, что подумывает о том, чтобы написать письмо в телецентр «Останкино» с просьбой заказать телевизионный сюжет о рае.

Кроме того, его представления о рае несут на себе отпечаток двоеверия, явные следы славянских дохристинанских верований. Дорофей убежден, что в раю обитает птица Алконост: «Живет там, сказано, птица райская под названием Алконост. Когда она поет красиво, когда она, говорит, спевается, сама про себя забывает. А кто услышит, как она поет, тот Богу душу отдает, умирает»32. Как известно, согласно представлениям древних славян, Алконост - мифическое создание, обитательница славянского рая - Ирия; «лик у нее женский, тело же птичье, а голос сладок, как сама любовь»33. Считалось, что услышавший пение Алконоста от восторга может забыть все на свете. Вне всякого сомнения, данный мотив в рассказе Дорофея представляет собой пример двоеверия, соединения славянских мифов с христианством. Кроме того, и само славянское название рая - Ирий - также часто встречается в повествовании Дорофея34.

Дорофей также описывает «дом царя Давыдова», который, по-видимому, также находится в рае: «И еще есть, Дом царя Давыдова называется (и уже не раз слышал то, что раньше говорили). Четыреста пятьдесят окон, и каждый день открывается (это я давно слышал, только я не от единоверного, а от другого слышал, их еретиками называют1,5, что Богу не молятся, как мы, еретиками называют) - тот говорит, два окна открываются поочередно, их четыреста пятьдесят, два окна открываются, потом закрываются, на завтра следующие два, и вот так ходят всё. Никого, говорит, из людей никого нет. И вот хочешь посмотреть зайти туда, в этот дом, там охрана, стража стоит, не пустят тебя, если врешь, то не пустят тебя, они знают. Если врешь, то не пустят, а если не врешь, то как зашел, говорят, то всё, оттуда не выходит. Шум-гам, говорит, круглосуточно, и никого нет. Есть, говорит, такая полоса, или линия, если, говорит, кого хо-чут избить, так на ту полосу забежал - всё, бросают. Я говорю...с мамой разговаривал, я говорю: уже всё, бросают и уходят»36.

Между делом заметим, что известный библейский сюжет об изгнании Адама и Евы из рая Дорофей не ставит в вину женщинам. Примечательно, что он, напротив, считает, что «женщин больше к Богу можно привести, чем мужчин... Это я знаю, я вот говорил, приходилось, что я маме говорил, а она мне говорила, что они мне [женщины] еще примером будут, приходилось мне таких видеть людей. Они еще крепче, они, ну...доброе делают, вот такие люди, и Бог приводит их ко спасению»37.

Описанные нами выше представления Дорофея о рае относятся к «земскому раю», конкретному месту на земле. Сам же Бог, по мнению Дорофея, обитает на седьмом небе, где находится Его Престол. Еще одно представление - о «Царстве божием» - относится ко времени, последующему за Страшным судом. Продолжая известный библейский мотив о богатом человеке, верблюде и игольном ушке, Дорофей говорит, что богатые могут спастись только посредством милостыни: «Вот что я скажу: если человек с жадностью собирает имение, так то он, сказано Божественным Законом, горше пьяницы осудится. Пьянице, говорит, не на что пить, он отрезвляется, а собирающий имение никогда не отрезвляется. Это Божьим Законом сказано, вот. «Неудобно, говорит, верблюду во иглиное ухо пролезти, так и богатому в Царство Небесное попасть». И так еще сказано: богатый спасается ради бедных (ну, нищие называются), он дает нищему, он за него исполняет, за милостыню, а милостыня его уже там... Ради, говорит, бедных, и богатые. Вот это сказано Богом тоже»38. Милостыне Дорофей придает большое значение: «милостыню, если, допустим, даст человек, если он неверующий такой, ему здесь Бог дает в сто раз. Если, допустим, дал рубль, то он ему где-нибудь засчитает, сто рублей он где-нибудь получит. А если кто-нибудь невидимо даст, так сказано: «одна чтоб правая рука дала, левая не знала» - тайная милостыня считается, то оно так сказано: «летит до самого седь... (вот видишь, небо? [показывает на небо]. Семь таких небес, и два века, что мы видим - сотая часть того, что есть)... и летит эта милостыня до самого Престола сразу, до Божьего Престола, тайная. Если дашь это. А если такие, кто верующий -ему здесь дается сто раз, и еще там. Так сказано: «Радуйтесь, говорит, и веселитесь, яко мзда ваша много нб небе»39.

Небеса являются, по убеждению Дорофея, и обиталищем Ильи-Пророка, разъезжающего по ним на огненной колеснице: «...он щас на огненной колеснице едет. И я читал в календаре - ему подчинены громы и молнии. Он... посылает плодородие на землю. ... Он безродный жил, родителей нет, он один жил, скитался... Он не знает своих именин: вот, или за три дня вперед вот эта гроза, грозы, или после... А если бы знал свои именины, разгромил бы всё, вот он какой. А так он - его просишь, он все исполняет, я про него даже читал в газете»40. Помимо хрестоматийного примера двоеверия, в мировоззрении Дорофея обнаруживается и весьма колоритное представление о том, что на небесах тоже есть своя техника: «И едет он, сказано, на огненной колеснице. И я всё говорил - какая-то там техника тоже есть»41.

Царствие небесное - куда попадут спасенные после Страшного суда -также описывается Дорофеем ярко и через простые образы. Оно значительно отличается от земного, нынешнего мира: «Будет все новое, небо новое и земля новая»42. Примечательно «гастрономическое» описание Царствия Небесного Дорофеем. Во-первых, там будет вдоволь еды для всех: «Буренкиного добра будет и пчелкиного добра... будет хоть купайся, это кто на праву сторону попадет, никакого ограничения ни в чем не будет»43. Во-вторых, запасы будут при потреблении не убывать, а приумножаться: «...допустим, взял я сейчас в магазине покилограмма - это мне на вечер, на завтрак останется. А тогда будет - если взял, допустим, полкило, то будет килограмм или полтора... не уменьшаться будет, а наоборот, умножаться будет всё»44. В-третьих, все там будет вкуснее: «А еще я вам скажу, я это никому не говорил... будет крупное то лакомство, и вкуснее естественной [пищи]»45. Кроме того, все болезни у людей превратятся в цветы: «У кого что болит... на том месте цветы будут, на лице или где»46. Кто же терпел лишения при жизни, «тому Бог дает там»47.

Ад, согласно представлениям Дорофея, находится под землей, и в нем обитают грешные души: «Ад, он находится под землей, так сказано. Там, скажу еще, в этом...находятся грешные души, а которые праведные, ну христьяне, которые все те, что находятся... Грешные еретические души, они находятся в аде, в темноте, темно все время»48.

Об адской горечи Дорофей рассказал такую притчу: «Вот идет один богоугодный человек... Видит - череп человека, заголовок, так написано: "Смерть грешника с горы прилетает". Видит череп человека, он, говорит, его ткнул посохом (костылем, по-нашему): "О, человечек, кто есть еси и откуда?". А он ему отвечает: "Я, - говорит, - был жрец (жрец, в то время), - говорит, - еретической церкви". И уже потом... спрашивает его под конец: "А бывает ли вам в темноте, - говорит, - отрада какая?". Он и говорит: «Когда, - говорит, - христианы молятся за своих, в пятницу вечером под субботу, тогда, - говорит, - и нам малый свет бывает за их". А так, говорит, он спрашивает дальше, старец: "А хочешь, - говорит, - покаяться?" "Я, - говорит, - попрошу Господа, да воскресит тебя". А он, говорит, спрашивает: "А скажи, - говорит, - мне, будет ли еще смерть?"

-           "Будет", - говорит. "Тогда, - говорит, - не надо. Мне, - говорит, - еще и так горечь адская не прошла". Семьдесят лет прошло, а горечь адская не прошла, вот"49.

Что касается ангелов и бесов, то, как считает Дорофей, и те, и другие - бесплотны. На вопрос, где обитают ангелы - на небесах, с Богом, или в раю, Дорофей ответил: «Вот этого я не скажу, но они везде»50. «Они [ангелы] бесплотные. Они летают, я спрашивал. Только сдунешь, он уже там. Они бесплотные»51. Ангелы помогают человеку, учат его добру. На сороковой день после смерти они возносят человека к Богу52. Бесы обитают не в аду, а на земле, они витают возле человека и подстрекают его на дурные поступки, но не вселяются в него: «Они не вселяются, они возле него, они, сказано так, я слышал такое: человеку сорок лет, так возле него их сорок. Смущают, если... то на убийство, или на воровство, или на грабеж там, или - всяку пакость чтоб человек делал, учат их научают»53. Бороться с бесами можно только молитвой и богоугодным поведением. Бес может человека склонить ко сну во время молитвы: «А то бывает, что сон наведет. Сатана, он же сильный. Их же [бесов] бьют, кто старше их... Бес его называют, врагом... Мама говорила: "Бесом назовешь - он любит, врагом назовешь - он не любит"»54. Как считает Дорофей, человек никак не может определить, что ему говорит ангел, а что - бес, поэтому он должен всегда и во всем следовать «христианскому закону»55.

Примечательно, что Дорофей верит также в существование таких мифических персонажей как лешие. Он рассказывает: «Моей тетки - бабушкиной сестры муж - он... в молодости на покосе был... Подошел к нему старичок... «Пойдем, - говорит, - со мной». «Ну, пошли». Шли-шли. Отсюда шли - или в Домикане, или в Татакане, я уж не знаю. Ну пошли они далеко (я и сам еще не был в том месте, я еще думаю - там же реки были, надо было еще реку переходить). Дошли они, дошли, говорит, лягли спать, всё, конфетами угощал, а потом обнялись, а когда проснулся - ничего, говорит, никого нет, ни старика, никого, а обнял, говорит, толстый дуб... а возле дуба, говорит, - кал конский, вот»56. Причем произошедшее Дорофей описывает не просто как действие темных сил, а как чудо, места которому нет в нынешнем мире. «Это щас говорят: "А пошел ты к черту". Раньше, бабка жила (она мне бабка), так рассказывала... Села мать на крыльце - мать, кажется, или бабушка, - была девчушка, года четыре ей. Дома были, крыльцо высоко. Она хулиганила, она ей сказала: "Иди ты, - говорит, - к лешему" или "Леший бы тебя забрал", "К лешему иди". И все, и нет девчонки той. Они искали-искали (тогда они молились же) - трое суток искали, нигде не могли найти. А потом из-под крыльца вышла. Они спросили ее - "А меня, - говорит, - дед за руку держал". Так. А щас ничего этого уже не будет: сказано - в последнее время чудес никаких не будет, а раньше чудеса были. Чудо»57. Явные языческие представления о старичке-лешем и «деде» адаптируются в сознании Дорофея к христианской парадигме, трансформируясь в представления о «чуде», исходящем от Бога: «от человека ничего не возможно, от Бога все возможно»58.

Интересно также рассмотреть соблюдение религиозных предписаний и обрядов Дорофеем. Несмотря на то, что он не посещает общие молитвенные собрания, он является одним из немногих старообрядцев в Грибовке, кто неукоснительно соблюдает пост (в частности, отличие от многих не ест растительного масла, за исключением субботы и воскресенья). Бывает, что он не ест мяса, масла, рыбы даже не в пост. Кроме того, Дорофей, хотя и ведет достаточно странный образ жизни, по свидетельству его троюродной сестры Лукерьи, всегда знает, когда какой праздник, следит за календарем.

Остается неясным, соблюдает ли Дорофей запрет работать по праздникам; с одной стороны, он вроде как ставит под сомнение необходимость этого правила: «если воскресенье да праздник, я на своих, на верующих говорил, если воскресенье да праздник, то грех поработать, а если раздражить человека, чтоб ходил и проклинал - это, говорю им, не грех?»59. С другой стороны, он говорит, что Благовещение - «Праздник такой, что, говорит, девица косы не плетет, птица гнезда не вьет, девица косы не плетет»60.

Что касается икон, Дорофей, по-видимому, не очень в них нуждается, хотя и не отрицает: «Была у меня маленькая, и есть еще Богородичная икона, она деревянная, там, далеко стоит. Это была умершей хозяйки [т.е. матери - Е.В.], так она стояла и стоит. А так, у меня была маленькая, может, слышали, иконина - такие маленькие, Николы-Чудотворца, его была. Утащили у меня, обворовали. А у меня все ценное утащили, маму похоронили, так у меня все-все утащили»61.

При этом он признает, что молиться можно и без икон: «Можно [уверенно]. На восток. Можно. И притом необязательно, говорил же вам, необязательно стоять; мысленно даже»62. По-видимому, изредка Дорофей исполняет и полный ритуал - стелет специальное полотенце для молитвы и т.д.: «А у нас так принято, у нас на коленках не стоят. Есть такое, что ложиться на землю, и вот там - подрушник называется, такая вот... или платочек там, где постилать на могилках там, подрушник... И вот сядь да земные поклоны, там семнадцать поклонов земных»63. Однако это считает необязательным.

Лукерья в беседе упоминала, что Дорофей знает много молитв; сам Дорофей на вопрос, какие он молитвы знает, ответил: «А какие там...оно есть в уставчике, я тебе говорю, в уставчике какие, их исполняешь... Исусову молитву скажу: "Господи, Исусе, Сын Божий, помилуй меня, грешника" - грешного или грешную, если женщина»64.

Жестких требований к молитве Дорофей не предъявляет - молиться, по его мнению, можно «хоть как, хоть с кем... Даже вот так, что я скажу: в любом месте, в любое время, и не то, что говорить или там стоять, так исполнять, а даже мысленно»65. Дорофей, по-видимому, соблюдает запрет не молиться за умерших каждый день: «С пятницы на субботу, это в Великий Пост, а то каждый день нельзя, за умерших нельзя молиться. Вот сегодня вечером только можно да завтра, ну, наверное, в воскресенье можно, до солнцезаката»66. По его убеждению, у умерших (святых?) можно просить чего-либо: «Есть, есть человек... он... как сказать... он умерший, вот, и его просишь - он любому помогает. Кому просишь - тому и помогает. Вот ты его просишь и думаешь - за кого ты исполняешь»67. Какому именно святому молится Дорофей, для нас осталось загадкой.

Дорофей уверен о том, что спасти человека, даже если он не крещен в веру, можно, если сорок раз в молитве упомянешь его имя. Кроме того, Дорофей в ходе беседы признал, что часто молится «за всех», чтобы молитвой спасти их: «А только то, что если Бога просить: "Помилуй их всех", и все. Вот, допустим, за весь мир, так не будешь говорить, что весь мир, а скажешь, вот, допустим... Ну, скажу про себя, что, как Богом сказано, ну, я говорю, братьям, людям...я говорю так, когда прошу за весь мир, так он же знает, начинаешь когда: "Господи, помилуй весь мир, по Твоему Писанию, весь мир человеческий, весь род человеческий, вот, по Твоему Писанию". И начинаешь тогда: "Господи, помилуй всех" - тогда не обязательно кланяться, бывает, что и в это, оно в молитве кланяешься, так сколько поклонов, и начинаешь перебирать, там пятьдесят поклонов, служба есть такая: "Господи, помилуй всех, Господи, помилуй всех". Богородице: "Богородице Дево радуйся, обрадованная Мария, Господь с Тобою; благословенна Ты в женбх и благословен плод чрева Твоего, яко родила еси Христа Спаса-Избавителя душам нашим". Вот проговоришь, и опять: "Господи, помилуй, Господи, помилуй". А так - Исусову молитву... в любое время»68. Как видим, само содержание обеих молитв совпадает с общепринятыми; только в молитве Богородице вместо слова «обрадованная» употребляется «благословенная».

Гораздо интереснее то, что Дорофей всерьез воспринимает возможность спасти через молитву «весь мир», т.е. буквально все человечество. Единственное, что его смущает и одновременно волнует - тот факт, что население планеты уже перевалило за шесть миллиардов, а ведь надо как минимум сорок раз произнести молитву за каждого человека. Как же успеть за жизнь совершить столько молитв и поклонов? Вопрос этот давно мучает Дорофея, а спросить ему не у кого: «И вот я хотел спросить, если допустим, за весь род человеческий, а их шесть, седьмой десяток миллиарда уже, это считай, по поклону, так это человек за свою жизнь он столько не исполнит, это если по 40 раз. А если 100 раз или 1 ООО раз ему столько -так конечно лучше»69. И снова мы видим радикализм Дорофея в толковании религиозных истин: если уж молиться о спасении - то не только за себя или близких, а за все человечество сразу, за все (теперь уже) семь миллиардов. А не в спасении ли мира видели свою функцию, свое предназначение «классические» юродивые?

 

Обращение к юродству и образцы для подражания. Одним из самых таинственных аспектов религиозной жизни является момент непосредственного обращения человека к миру религии, или, иными словами, момент его религиозного обращения. Когда и почему человек переступает грань между безверием и верой, между «стандартным» для его окружения религиозным поведением и юродством? Как и по какой причине происходят коренные перемены в его психике, приводящие к трансформации его религиозного самосознания и идентичности? Многие исследователи, включая классиков - психологов, религиоведов, - предлагали свои, порой диаметрально противоположные, трактовки этого процесса. Предлагались и трактовки конкретно юродского поведения; перечислять их все здесь не имеет смысла70, отметим лишь, что большинство из них делает упор на внешние факторы. Мы же полагаем, что религиозное обращение, в том числе приводящее к юродству, почти всегда имеет внутренние причины, связанные с экзистенцильными вопросами71, терзающими человека, и лишь отчасти спровоцировано внешними событиями. Итак, вернемся к Дорофею и зададимся вопросом: что его привело к юродству?

Обращение Дорофея к юродству72 можно связать с экзистенциальным страхом - страхом перед смертью, пережитым им во время опасных сплавов по порогам р.Архары. Это подтверждается признанием самого Дорофея. По словам его троюродной сестры Лукерьи, в молодости за ним ничего странного не наблюдалось: «Он когда молодой, ничего, нормальный был, а вот как старше стал...»73. Она же отмечает, что как-то он с ней поделился и признался, что в то время, когда они жили на пасеке, он очень боялся плавать через пороги на реке и поэтому «испортился». «Да, нормально у него все было, шофером в Архаре работал - говорит Лукерья. -А потом что-то... Он говорил, что...они в бегах, вообще в тайге жили в бегах... "плавал по речке, - говорит, - я и испортился... все боялся, там водопады такие страшные... Едешь и думаешь: «проеду или не проеду?»... Я, - говорит, - и испортился от этого"»74. Итак, можно говорить о том, что Дорофей свое особое психическое состояние осознает. Но связывает ли он сам его с юродством, считает ли это подвигом, знает ли примеры юродства, которым может следовать?

Известно, что многие юродивые имели пример для подражания - они либо были учениками других юродивых, либо заимствовали определенные схемы поведения из житий юродивых или из устных рассказов о них. В нашем случае живой пример отсутствовал, изустные предания - тоже, зато точно известно, что Дорофей хорошо знаком с житием Андрея Юродивого и знает его почти дословно75. На вопрос, нравится ли ему эта книга, Дорофей ответил положительно и прокомментировал: «Он Бога ради, он у Бога просил, чтоб, чтобы уродливым был. Ну как сказать...он жил так... Вот, скажу, как он жил. Он днем ходил, как... ну как сказать... как дураком считают, а ночью он работал Богу, и ночью, и так может где... И деньги кто даст ему, он бросал, бросает, и вроде чтоб не узнали его»76. Интересно, что в 2005 г., когда в Грибовку на практику приехали студенты-филологи, которые после долгой беседы с ним оставили ему деньги, сам Дорофей поступил так же, как и Андрей (да и многие другие юродивые) - не принял деньги, побежал за ними и все вернул77.

Дорофей почти дословно смог пересказать житие Андрея Юродивого: «А он такой был... он у Бога был. Хорошим рабом был - раньше покупали рабов, - хороший был, хозяйственный. А потом он взял, попросил у Господа, ради Господа что-нибудь терпеть, что-нибудь такое...и был великий глас... А потом у него хозяин был. Так он увидел, что такое, везде пообъехал, чтобы вылечить его. А потом ему сказали: "Нет, ничего, - говорят, - не получится, это ему от Бога"1*. Семьдесят лет прожил...[???]... Полмесяца его... полмесяца зимой так лежал, тело его, Господь приходит, Христос, и говорит: «Что, - говорит, - ты?» - "Издыхаю", - говорит (ну, издыхаю - умираю, по-нашему), "Издыхаю", - говорит. Вот полмесяца, две недели, лежал он, тело его в снегу зимой, а он у Господа был там. Пришел оттуда, пришел оттуда... встал и пошел»79.

Сравнив его пересказ с текстами жития80, мы заметили, что Дорофей упустил из жития ряд эпизодов - в основном это были описания чудес (видение с двумя ратями - светлой и темной, видения демонов и ангелов, эпизод с «гробным татем», эпизод с бесами, которые в образе эфиопов шли за Андреем, видение Богородицы). В основном Дорофей в своем пересказе делал упор на биографические моменты и на то, что Андрей принял на себя подвиг юродства ради Бога, терпел насмешки и холод, за что и смог попасть к Богу. Возможно, такой упор на биографии и на личном общении с Богом в рассказе Дорофея не случаен, - по нашему мнению, это означает, что для Дорофея именно эти моменты, именно индивидуальный, личностный характер юродства и непосредственный контакт с Богом, более важны. А это, возможно, свидетельствует об отождествлении им себя с персонажем жития.

При этом Дорофей пересказал эпизод жития, в котором Андрей попадает на небеса, к Богу, но не упомянул о том, что Андрей разговаривал с Господом и «услышал из Его уст три слова, которых после никому не смог пересказать»81. Примечательно, что Дорофей упоминает о том, что каждого человека на небесах ждет подарок - причем он знает какой, но об этом никому не скажет, люди сами узнают об этом, когда попадут на небеса. Дорофей уверен, что подарок этот хороший: «у Бога плохого нет»82. В данном суждении Дорофея, на наш взгляд, проявляется его претензия на особые, доверительные отношения с Богом, - видимо, характерная для юродивых.

Отметим напоследок, что при непосредственном общении Дорофей не создает впечатление безумного: речь его достаточно последовательна и связна; он обладает отличной памятью, несмотря на более чем семидесятилетний возраст; он спокоен, общителен и доброжелателен и создает впечатление счастливого и гармоничного человека. Отсюда вопрос о его психических отклонениях, казалось бы, отпадает. В основном отклонения видны в его образе жизни, поведении, отношениях с единоверцами и остальными односельчанами, что сближает его с юродивыми.

Итак, анализируя образ жизни и воззрения Дорофея Ивановича Мешкова, мы пришли к следующим выводам:

наиболее ярко сходство Дорофея с юродивыми проявляется в его образе жизни: его внешний вид, условия жизни и поведение достаточно необычны и во много схожи с поведением юродивых (жизнь среди мусора, отсутствие постели и каких бы то ни было бытовых условий, нежелание стричь волосы и т.д.);

страницы биографии, в частности группа инвалидности, связанная с психическим расстройством, также указывают на необычное функционирование его психики, что тоже, по всей видимости, характерно для юродивых;

в качестве причины указанных расстройств можно предположить состояние сильного страха, пережитое им во время прохождения через пороги на реке. Это сближает Дорофея с юродивыми, поскольку переживание состояния сильного страха перед обращением в юродство было характерно для многих известных юродивых;

жизнь и воззрения Дорофея отличаются крайним аскетизмом и глубокой религиозностью, постоянным пребыванием в «ином мире», полной сосредоточенностью на религиозных вопросах;

проявленные Дорофеем в ходе беседы качества (доброжелательность, способность логически мыслить, хорошая память, начитанность, знание «божественных книг» и др.), а также сведения о его успеваемости в школе позволяют сделать вывод, что, несмотря на некоторые отклонения в образе жизни и в поведении, Дорофей проявляет себя достаточно адекватно при непосредственном общении с ним, а его умственные способности хорошо развиты;

характер отношений Дорофея с другими старообрядцами Грибовки: его отстраненность от них, непосещение общих молитвенных собраний, нарушение принятых норм и особенно желание приблизить своих единоверцев к истинному, в его понимании, христианству («обскабливание» мира, в чем, согласно житиям, и видели свою функцию юродивые) снова сближает его с таким видом подвижничества как юродство;

то, что подобное поведение стало замечаться за Дорофеем в зрелом возрасте, а также то, что его умственные способности в школе были расценены выше средних, свидетельствуют, что оно не является проявлением врожденного заболевания, а представляет собой результат особого пути развития его сознания; отметим, что, как правило, юродивые становились таковыми уже в сознательном возрасте и многие из них при этом были образованны;

религиозные представления Дорофея пронизаны старообрядческими идеями и несут явные следы двоеверия; он с готовностью встраивает в свою мировоззренческую парадигму разнородные образы и сюжеты, даже заимствованные из непроверенных источников (например, от так называемых «еретиков»);

важное место в религиозных представлениях Дорофея занимают эсхатологические представления, убеждение в скором конце света;

Дорофей придерживается не всех религиозных предписаний и обрядов, хотя очень строго соблюдает пост; большее значение Дорофей придает не внешней обрядности, а внутренней, подлинной религиозности, нравственной чистоте;

Дорофею свойственно трактовать основные христианские идеи и практики радикально: любовь в его понимании должна быть направлена на все живое, а не только на ближних; грех не имеет градации, поэтому даже малейшее мысленное прегрешение приравнивается к тяжкому греху; молитва должна быть направлена на спасение не только себя и своих ближних, но на спасение всего человечества. Из этого радикализма, на наш взгляд, и проистекают все особенности его образа жизни, сближающие его с юродивыми.

Обрисовав в целом жизнь и мировоззрение Д.И. Мешкова, ответ на вопрос о юродстве Дорофея мы оставляем на усмотрение читателя: возможно, перечисленное покажется кому-то недостаточным. Нам же довольно того, что Дорофея считают юродивым те люди, которые его окружают, а значит, факт юродства уже наполовину состоялся: ведь юродство немыслимо вне общества. К тому же четких критериев юродства не существует. Напомним: даже в церковной традиции отсутствуют точные способы демаркации юродства, да и светских подходов к выделению его основных характеристик имеется множество, о чем мы уже упоминали в первой части данной работы.

 

Если все же признать Дорофея юродивым, то можно выдвинуть следующие предположения о юродстве в целом:

во-первых, юродивые могут осознавать свое состояние не только как подвиг, но и как «испорченность», при этом пытаясь обосновать и оправдать свое поведение, опираются на священные тексты, на жития (или пример) других юродивых;

во-вторых, религиозные идеи той традиции, в рамках которой существует юродивый, трактуются им радикально и доводятся до своего логического конца: юродивый не признает компромиссов и не ищет обходных путей, он убежденный ригорист;

в-третьих, иррационализм юродивого (пресловутый «отказ от мирского разума»), приписываемый ему окружающими, является прямым следствием его радикализма в трактовке основных религиозных идей, а не самоцелью: понятые радикально и постоянно претворяемые в жизнь религиозные идеи настолько трансформирует его образ жизни и поведение, что последние воспринимаются окружающими как безумие;

в-четвертых, театральность (часто упоминающаяся как неотъемлемая черта юродства83 наряду с «антиповедением») не является обязательным аспектом поведения юродивого ни для него самого, ни для окружающих: юродивым могут считать и не «буя», а вполне тихого и спокойного человека, что подтверждается также и материалами житий;

в-пятых, прямыми следствиями радикализма юродивого являются также его полное самоотречение, абсолютное погружение в «мир иной», смещение акцентов и жизненных приоритетов, крайний аскетизм и отчужденность;

в-шестых, юродивый верит в свою способность достичь той степени духовной чистоты, которая, по его мнению, ставит его в особые отношения с Богом, что позволяет ему претендовать на спасение «всего мира» в буквальном смысле;

в-седьмых, поведение юродивого воспринимается окружающими как иррациональное, однако его духовный мир может быть вполне гармоничным и подчиненным строгой внутренней логике, а соответствие его жизненных целей поведению и образу жизни свидетельствует о нем скорее как о здоровой личности84, не терзаемой внутренними противоречиями: их юродивый снимает тем, что бескомпромиссно и беззаветно следует своим религиозным идеалам, выступая в роли своеобразного «сверхверующего».

Наконец, попробуем ответить на вопрос о возможных причинах обращения к юродству. По нашему мнению, оно вызывается как внутренними, так и внешними (в меньшей степени) причинами, которые накладываются друг на друга и при определенном стечении обстоятельств склоняют человека к юродству. Основным внутренним мотивом, побуждающим человека к юродству (и к религии в целом) является, на наш взгляд, экзистенциальный страх - острое осознание человеком того факта, что он находится один на один с этим непонятным и полным страдания миром, отвечающим на его вопросы о смысле всего сущего и своего собственного существования лишь немой тишиной. Если пережитый экзистенциальный опыт человек не может исчерпывающе рационально объяснить и найти из него выход, то он терзается внутренними противоречиями и вопросами, на которые не может найти ответа. Это мучает его, разъедает изнутри, и со временем может привести к тяжким психическим расстройствам, вызванным сильным дисбалансом между Я-идеальным и Я-реальным. Есть и другой путь - найти такую мировоззренческую парадигму (зачастую совпадающую с религиозной традицией, внутри которой индивид обитает), которая снимает эти противоречия, создавая для индивида некую новую, параллельную реальность. Реальность эта будет тем радикальнее, чем выше степень экзистенциального кризиса, пережитого человеком. Ценности и приоритеты в ней будут совсем иными, а потому и представления о ratio и irratio для человека, принявшего ее, кардинально изменятся. Существуя в ней и последовательно, безукоризненно играя по ее правилам, он сможет чувствовать себя вполне комфортно и гармонично, в то время как окружающими его образ жизни будет восприниматься как обычное либо «святое» безумие - юродство.

 

Автор: Евгения Андреевна ВОРОНКОВА – канд. филос. наук, ассистент кафедры религиоведения Амурского государственного университета.


 

Библиографический список

  1. Красников А.Н. Феноменология религии // Религиоведение. Энциклопедический словарь / под ред. А.П. Забияко, А.Н. Красникова, Е.С. Элба-кян.-М., 2006.-С. 1107.
  2. Забияко А.П. Феноменология религии (статья первая) // Религиоведение. - 2010.-№ 4. - С. 152-164.
  3. Забияко А.П. Феноменология религии (статья вторая) // Религиоведение. -2011. -№ 1. - С. 114-126.
  4. Шкуратов И.Н. Феноменологическая психология // Словарь философских терминов / под ред. В.Г. Кузнецова. - М.: ИНФРА-М, 2007. -С. 617-618.
  5. Воронкова Е.А. Юродство: взгляд изнутри (анализ мировосприятия современного юродивого). Статья первая. // Религиоведение. - 2011. - № 2. -С. 94-105.
  6. Грушко Е.А., Медведев Е.М. Русские легенды и предания. - М.: Экс-мо, 2006.-С. 14-15.
  7. Иванов С.А. Блаженные похабы. Культурная история юродства. - М.: Языки славянской культуры, 2005. - С. 150.
  8. Ковалевский И. Юродство о Христе и Христа ради юродивые Восточной и Русской церкви. Исторический очерк и жития сиих подвижников благочестия. - М., 1902. - 183 с.
  9. Воронкова Е.А. Юродство как транскультурный религиозный феномен: Дис. ... канд. филос. наук. - Благовещенск, 3 февраля 2012 г. - 216 с.
  10. Крюков Д.С. Экзистенциальные факторы динамики самосознания и Я-концепция верующего // Религиоведение. - 2012. - № 3. - С. 153-165.

_____________________________________

1 См.: Элбакян Е.С. Феномен советского религиоведения // Религиоведение. -2011. -№3. -С. 154. В этой же статье Е.С. Элбакян подчеркивает и излишнюю теоретизированность отечественного религиоведения.

2 Относительное большинство статей (в сумме 34,7% от общего количества статей), опубликованных в журнале «Религиоведение» за последние 10 лет, помещены в рубрику «История религии», а также в рубрики «Религии России» и «Религии Востока», которые тоже в основном содержаг статьи по истории религии. В то же время количество статей по психологии и феноменологии религии составляет в сумме всего 6%. (См.: Кобызов Р.А. Религиоведение на страницах научно-теоретического журнала «Религиоведение». К 10-летию основания. // Религиоведение. - 2011.-№3. - С. 165-166.)

3 См.: Красников А.Н. Феноменология религии // Религиоведение. Энциклопедический словарь / Под ред. А.П. Забияко, А.Н. Красникова, Е.С. Элбакян. - М., 2006. - С. 1107; Забияко А.П. Феноменология религии (статья первая) // Религиоведение. - 2010. -№4. - С. 152-164; Забияко А.П. Феноменология религии (статья вторая) // Религиоведение. - 2011. - № I.C.I 14-126

4 По этому поводу см. подробнее: Шкуратов И.Н. Феноменологическая психология // Словарь философских терминов /Под ред. В.Г. Кузнецова. - М.: ИНФРА-М, 2007. - С. 617-618.

' Исходное утверждение автора о том, что большинство современных отечественных научных публикаций посвящено истории религии, - верное. Но дальнейшее раскрытие тезиса не вполне адекватно реалиям религиоведческих исследований. Посыл относительно того, что изучение истории религии связано преимущественно с пониманием внешней стороны религии, не вполне правомерен. В той же феноменологии религии, о которой автор далее пишет, именно через архаику классики феноменологии пытались понять внутреннюю, психологическую сторону религии. Напротив, можно изучать современность, «живых» носителей религиозного мировоззрения в аспекте внешних сторон религии (прим. ред.).

6 Первая статья была опубликована во втором номере журнала «Религиоведение» за 2011 г. См.: Воронкова Е.А. Юродство: взгляд изнутри (анализ мировосприятия современного юродивого). Статья первая // Религиоведение. - 2011. -№ 2. - С. 94-105.

7 Эта тема рассматривается в работах С.А. Иванова (см., напр.: Иванов С.А. Блаженные похабы. Культурная история юродства. - М.: Языки славянской культуры, 2005). Также она раскрыта в диссертационном исследовании автора (см.: Воронкова Е.А. Юродство как транскультурный религиозный феномен: Дис. . .канд. филос. наук. - Благовещенск. 3 февраля 2012 г.-216 с).

8 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым (с. Грибовка Архаринского района Амурской области, 17-19 марта2006 г.)//Личный архив Е.А. Воронковой.

9 Там же.

10 Как уже упоминалось нами в первой статье, Дорофей изредка смотрит телепередачи – в частности, «Слово пастыря». Тем самым он совершает двойное нарушение старообрядческих норм - слушает проповедь «никонианина» и самовольно подвергается пагубному воздействию телевидения.

" Там же.

12 Там же.

13 Там же.

14 Там же.

15 Там же.

16 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым (с. Грибовка Архаринского района Амурской области, 26.06.2008 г.)// Личный архив Е.А. Воронковой.

17 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 17-19 марта 2006 г.

18 Там же.

19 Там же.            ,

20 Там же.

21 Там же.

22 Там же.

23 Там же.

24 Там же.

25 Там же.

26 Там же.

27 Там же.

28 Там же.

29 Дорофей утверждает, что все «Божественные книги» у него отобрали либо украли.

30 Там же.

31 Там же.

32 Там же.

33 Грушко Е.А., Медведев Е.М. Русские легенды и предания. - М.: Изд-во Эксмо, 2006. - С. 14-15.

34 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 26.06.2008 г.

35 Здесь Дорофей демонстрирует удивительную для старообрядца «всеядность»: он с легкостью впитывает сведения даже от человека, который заведомо старообрядцем не является, и органично включает эти данные в свою картину мира.

36 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 17-19 марта 2006 г.

37 Там же.

38 Там же.

39 Там же.

40 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 26.06.2008 г.

41 Там же.

42 Там же.

43 Там же.

44 Там же.

45 Там же.

46 Там же.

47 Там же.

48 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 17-19 марта 2006 г.

49 Там же.

50 Там же.

51 Там же.

52 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 26.06.2008 г.

53 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 17-19 марта 2006 г.

54 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 26.06.2008 г.

55 Там же.

56 Там же.

57 Там же.

58 Там же.

59 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 17-19 марта 2006 г.

60 Там же.

61 Там же.

62 Там же.

63 Там же.

64 Там же.

65 Там же.

66 Там же.

67 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 26.06.2008 г.

68 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 17-19 марта 2006 г.

69        Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 26.06.2008 г.

70 Краткий обзор подходов к изучению юродства см.: Воронкова Е.А. Юродство как транскультурный религиозный феномен. / Дисс. на соиск. ... кандидата филос. наук. - Благовещенск, 3 февраля 2012 г. - С. 24-50.

71 Глубокий экзистенциальный анализ этого процесса представлен, на наш взгляд, в работе Д.С. Крюкова, опубликованной в этом же номере. (См.: Крюков Д.С. Экзистенциальные факторы динамики самосознания и Я-концепции верующего // Религиоведение. -№ 3. - С. 153— 165).

72 Вопрос о сознательности этого обращения мы оставляем открытым.

73 Стенограмма беседы с Л.И. Борисовой // Материалы полевых исследований в с. Грибовка Архаринского района Амурской области, сентябрь-октябрь 2005 г. (личный архив Е.А. Воронковой).

74 Там же.

75 Заметим: многие из знаменитых юродивых, в том числе Андрей Цареградский, согласно их житиям, подражали тем, о ком они прочли в книгах (см. Иванов С.А. Блаженные похабы. Культурная история юродства. - М.: Языки славянской культуры, 2005. - С. 150).

76 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 17-19 марта 2006 г.

77 Из личной беседы с М. Семеновым, Благовещенск, 2005 г.

78 Примечательно, что троюродная сестра Дорофея, Лукерья, в отношении его использует то же самое выражение: «ут Бога ему такое».

79 Там же.

80 См.: Молдован A.M. «Житие Андрея Юродивого» в славянской письменности. - М.: «Азбуковник» (Институт русского языка им. В.В. Виноградова РАН). 2000. - 760 с, а также другие издания.

81 Ковалевский И. Юродство о Христе... С. 133.

82 Стенограмма беседы с Д.И. Мешковым... 26.06.2008 г.

83 Например, такой подход представлен в работах A.M. Панченко, Д.С. Лихачева, отчасти С.А. Иванова и других видных отечественных исследователей. См., напр.: Панченко A.M. Смехкак зрелище // Лихачев Д.С, Панченко A.M. «Смеховой мир» Древней Руси. - Л.: Наука, 1976. -204 с; Иванов С.А. Блаженные похабы. Культурная история юродства. -М.: Языки славянской культуры, 2005. - С. 150.

84 Это следует из попытки истолкования нами юродства в рамках классических теорий психологии религии - У. Джемса, К. Ясперса, З.Фрейда, К.-Г. Юнга, Э. Фромма. Подробнее см.: Воронкова Е.А. Юродство как транскультурный религиозный феномен: Дис. ...канд. филос. наук. - Благовещенск, 2012. - С. 145-166.


Источник: журнал Религиоведение, №3/2012

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100