Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 137 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



РЕЛИГИОЗНЫЕ РАЗДЕЛЕНИЯ КАК ФАКТОР МИРОВОЙ ИСТОРИИ

Печать

Анатолий ПОГАСИЙ 

А.К.ПогасийХристианство в своей сути - единое и вселенское, поэтому любые разделения посягают на саму идею Церкви. Василий Великий, «вселенский отец и учитель Церкви» [31, с. 339], видит причину этих разделений в слабости у некоторых христиан чувства взаимной братской любви и уважения: в случаях разномыслия они ставят мнение свое или своей партии выше мнения всякого другого лица, не соглашаются подчинить его даже голосу целых церквей во всей вселенской Церкви, всех хотят учить, а сами ни у кого не считают возможным учиться.

Разногласия, в результате которых в церкви образовывались различные партии, прекращавшие в дальнейшем между собой церковное общение, обычно были двух видов: догматические и канонические. Первые касались самих основ христианского учения и с конца II в. за ними закрепилось название ересей, вторые - вопросов церковного управления; к разделениям такого рода применялся термин «схизма»1, в I-II вв. озна­чавший всякие церковные разделения.

Что можно считать основными предпосылками догматических разделений? Ответ нужно искать в некоторых особенностях самого христианства: отсутствии каких-либо рациональных доказательств его главного постулата - божественного рождения и воскресения Иисуса Христа, а также в парадоксальности основных идей (одновременной трансцендентности и имманентности Бога, его триипостасности, двухприродности Христа и т.п.). Кроме того, следует отметить отсутствие прямых литературных источников, исходящих от основателя религии. Все это неизбежно приводило к расхождениям в трактовке тех или иных положений христианского учения, особенно в первые века его существования, когда среди общин ходило множество различных евангелий (по некоторым оценкам -около пятидесяти) и посланий апостолов.

К примеру, проблема понимания божественной сущности Христа. Как уже говорилось, этот основной вопрос не поддается рациональному объяснению и, следовательно, допускает множественность толкований, которые стали именоваться христологическими ересями.

Помимо христологических ересей, заслуживает внимания связанная с ними так называемая антитринитарная ересь - учение П-Ш вв., отрицающее догмат о Троице и настаивающее на принципе единой личности Бога-Отца. В основе его лежит идея о том, что Христос не божественен по своей природе, а посему не приносил искупительной жертвы, в которой и не было необходимости по причине отсутствия первородного греха, так что человек в своем естестве изначально добр и беспорочен. Дух Святой также является лишь творением, а не божеством (ересь македониан, IV в.). Подоплекой антитринитарианства (или унитарианства) стало стремление некоторых богословов и священнослужителей возвысить значение разума в ущерб вере, попытка объяснить духовные истины с позиции человеческой логики.

Само существование множества богословских направлений и школ (александрийская, антиохийская, константинопольская, иерусалимская, римская) все время ставило под вопрос единство Церкви. Различные взгляды на некоторые библейские положения, зачастую приводившие к отклонениям от догматов, расшатывали сознание верующих и толкали их в объятия очередных ересиархов. Для приведения этих взглядов к единому пониманию и пришлось созывать соборы, на которых разрабатывалась и утверждалась система вероучения и культа, оценивались различные богословские концепции, определялись способы борьбы с ересями и т.д. Семь из них, наиболее авторитетных и представительных, проходивших в IV-XIII вв., православная церковь именует Вселенскими2.

Основной целью Вселенских соборов было установление единства Церкви. На них окончательно была определена догматика, а также сформированы канонические нормы и богослужебные правила. На первый взгляд может показаться, что Церковь достигла своей цели, поскольку со времени соборов и до разделения церквей в 1054 г. еретические расколы были незначительны. Однако такое положение объясняется еще и тем, что в этот период, с одной стороны, активизируется противостояние Востока и Запада, а также борьба пап со светскими монархами и между собой за власть, с другой, - нарастает реальная угроза со стороны исламского мира. В такие времена, как известно, внутренние распри временно прекращаются.

На стадии первоначального христианства (до создания институциональных религиозных структур - I-II вв.) церковные разделения имели своей причиной, в основном, разницу в толковании догматов, «насколько возможно говорить о догматах в первые века христианства, до окончательного утверждения строгой догматики» [30, с. 6]. С появлением духовно-административной иерархии возникла необходимость установить единые нормы и правила церковной жизни, т.е. того, что стало именоваться каноном -моральной и юридической нормой, правилом христианской жизни. Церков­ное (каноническое) право использует слово «канон» именно в этом значении3 , а также в смысле дисциплинарных постановлений: апостольских, со­борных и святоотеческих правил (Каноны св. апостолов, Апостольские постановления, Правила Никейского (325 г.), I Константинопольского (381 г.), Ефесского (431 г.), Халкидонского (451), Трулльского (пято-шестого со­бора 691-692 гг.), II Никейского (787 г.) соборов. Помимо правил Вселен­ских соборов, для восточных церквей общеобязательными являются так­же правила некоторых поместных соборов (Анкирского, Неокесарийского, Константинопольского (двукратного) и т.д. К святоотеческим правилам относятся, например, правила Дианисия Александрийского, Григория Неокесарийского, Афанасия Великого, Григория Богослова, Кирилла Александрийского и ряда других отцов и учителей Церкви [23, с. 483].

Казалось бы, и здесь все работает на ту же благую цель: установленные правила позволят укрепить единство Церкви. Но не таков человек, чтобы жить в кем-то определенных рамках! Более-менее справившись с отклонениями от основных догматов, Церковь столкнулась с новой напастью - расколами на почве нарушения канонов.

Разумеется, самым значительным и знаменательным для судеб мира церковным расколом, названным «Великим», было разделение вселенского христианства на Восточную (Православную) и Западную (Римско-католическую) церкви. В истоке этого раскола лежало множество факторов: догматический (например, принятие Римско-католической церковью в 589 г. догмата о filioque - учения об исхождении Святого Духа не только от Бога-Отца, но и от Бога-Сына, что противоречит Никейскому символу веры); канонический (исторически и географически сложив­шееся различие в обрядах, организационной структуре церквей, административно-дисциплинарные разногласия) и, наконец, в полной мере проявившийся политический фактор - противостояние между Западной Римской и Византийской империями, папским Римом и патриаршим Константинополем, длившееся с VI в., когда с подачи франкского короля Пипина Короткого римские папы перестали быть подданными византийского императора и стали самостоятельными светскими владыками [23, с. 196], а затем, во второй половине IX в., когда папа Николай I «открыто заявил о своих властолюбивых притязаниях в отношении к Востоку и намеревался подчинить своей юрисдикции и Византийскую церковь» [28, с. 58].

Впрочем, в ряду причин разделения Востока и Запада как в Риме, так и в Константинополе лежали не только внешне-, но и внутриполитические факторы. Это проявилось, например, в спорах при патриархах Тарасии, Никифоре и Мефодии, а особенно ярко - в середине IX в., когда в недрах Византийской церкви образовались две непримиримые церковные партии - игнатиан и фотиан, названные так по имени двух Константинопольских патриархов - Игнатия и Фотия. Борьба этих партий касалась не только церковных разногласий, но и политических проблем, что впоследствии отразилось на отношениях с Римом (созванный Фотием в 867 г. собор предал анафеме папу Николая I, осудив его за незаконное вмешательство в дела Восточной церкви - так называемый «фотиев раскол»).

К маю 1054 г. противоречия достигли высшей точки, и, когда в Константинополь для переговоров приехали папские легаты во главе с кардиналом Гумбертом, всем стало понятно, что Рим поставил ультиматум: либо покорность безо всяких условий, либо разрыв. 15 июня патриарх Михаил Керуларий прервал переговоры; на другой день легаты положили на престол собора Святой Софии буллу об отлучении патриарха от Церкви и уехали из Константинополя. В ответ Керуларий созвал собор, который предал анафеме легатов и разослал послание, предостерегавшее все Восточные церкви от общения с Римом. Это был уже окончательный раскол некогда единой Церкви (впрочем, таковой - в смысле цельной, единородной, тождественной - она никогда и не была). Поэтому термин «единая» стоит рассматривать, скорее, как единство административной подчиненности Риму в многообразии традиций, канонов и даже догматов (например, спор о filioque).

Дробление православия на мелкие церкви (древние восточные (ориентальные) Церкви - Армянская, Коптская, Сирийская и т.д.) не породило большого количества новых ересей. Это объясняется, возможно, тем, что провозглашение автономности церквей сразу же перевело их под юрисдикцию соответствующего государства, которое использовало альянс с церковью для государственного управления и контроля, а также жестко пресекало ереси.

Западную же (католическую) церковь, оставшуюся целостной, ожидали великие испытания. В этой внешней монолитности одновременно шли два как бы взаимоисключающих процесса: с одной стороны, усугублялись застойные явления (не надо забывать, что инквизиция в этот период строго следила за единообразием взглядов и всякое инакомыслие кара­лось пытками и костром); с другой, - в недрах католицизма зрело глухое недовольство мыслящих людей вероисповедной политикой пап, которые не только исключили большинство верующих из активной религиозной жизни (например, запрет под страхом смерти простолюдинам читать Библию), но и бесцеремонно перекраивали древние христианские догматы (небиблейское учение о значении добрых дел для спасения и в связи с ним -учение о «сверхдолжных заслугах» святых, об индульгенциях и чистилище) [6, с. 94]. Так и должно было произойти: духовный монополизм всегда приводит к застою, потом к брожению, а затем - к взрыву.

Такие брожения не заставили себя долго ждать. В эпоху крестовых походов и расцвета монашеских орденов появились так называемые «бюргерские ереси» - амальрикане, катары, альбигойцы, вальденсы4, отдель­ные идеи которых были реализованы в эпоху Реформации, а последовате­ли вальденсов сохранились до нашего времени.

Антагонизм, развивавшийся в недрах католической церкви и достиг­ший своего апогея к началу XVI в., разрешился, наконец, Реформацией, породившей, в свою очередь, двух непримиримых близнецов - христиан­ский гуманизм5 и протестантизм, подобно тому, как два брата - Исав и Иаков - дрались в утробе своей матери Ревеки, жены Исаака, родившей потом родоначальников двух враждующих народов (Кн. Быт., 25:21-23).

Раскол Западной церкви имел своим основанием те же рассмотренные нами ранее догматические, канонические, политические и личные причины.

С догматической стороны протестантизм (сначала в лице Мартина Лютера (1483-1546), а затем его последователей) расходился с католицизмом, во-первых, в вопросах соотношения Священного Писания и других источников: первый признает Священное Писание (Библию) единственным авторитетом для церкви (Sola Scriptura - «только Писание»); остальные писания (церковное предание, папские указы, труды отцов и учителей Церкви, деяния Вселенских соборов) являются вторичными, человеческими творениями, играющими вспомогательную роль. Во-вторых, Реформация по-иному интерпретировала проблему предопределения, грехопадения, оправдания и спасения. Человеческая природа, согласно основным протестантским воззрениям, после грехопадения подверглась таким глубоким извращениям, что «ничего здорового или неразвращенного не осталось в человеческом теле и человеческой душе, в его внутренних или внешних силах» [7, с. 585]. Поэтому человек ничего не может совершить для своего спасения; он получает его как дар от Бога (Sola Gratia - «только благодатью») по вере (Sola Fide - «только верой»). Также по милости Бога человек получает и искупление, дарующее оправдание и прощение грехов, т.е. возможность спасения.

Исходя из этого, Реформация несколько иначе расставляет акценты в сотериологии6 при рассмотрении соотношения веры и добрых дел. С точки зрения лютеран, дела - критерий истинности и действенности веры, ее плоды. Более радикальные кальвинисты (реформаты, пресвитериане) и веру, и добрые дела относят к действию благодати (человек сам по себе, без действия Святого Духа, не может творить добрые дела) [2, с. 68].

Если согласно католическому учению спасение вне церкви (католической) невозможно, то протестантизм провозгласил другой принцип: Sola Christo - «Только Христос», что означает достаточность крестной жертвы Иисуса Христа для искупления, оправдания и спасения и недопустимость другого посредничества между Богом и человеком (Дева Мария, церковь, святые угодники, мощи и реликвии и пр.).

С точки зрения канонической, Реформация коренным образом изменила весь церковный строй. Если раньше Лютер, чтобы вернуть церковь к библейским основам, обращался к папе, то когда он убедился, что «римские бреши не подлежат ремонту», в письме «К христианскому дворянству германской нации» призвал уже императора и князей, «как облеченных властью христиан», реформировать церковь, поскольку духовенство оказалось неспособным к этому. «Он атаковал «три стены Рима», т.е. утверждения, что Рим не подвластен юрисдикции светской власти, что только папа компетентен толковать Писание и что никто, кроме Папы, не может созвать Собор» [29, с. 55-56].

О политических причинах церковного раскола XVI в. можно сказать следующее. Автор книги «История Реформации» Льюис В. Спиц отметил, что немецкий историк Леопольд фон Ранке в свое время сформулировал постулат, гласящий, что церковная и политическая история неразрывно связаны между собой. В отношении Реформации этот постулат про­явился более явно, потому что политическая ситуация в Германии в то время значительно отличалась от ситуаций в других странах. Эти особые условия и создали предпосылки для успешного реформаторского движения. Следует, однако, отметить, что сами по себе политические предпосылки не могут объяснить ни религиозной сущности, ни богословского содержания протестантского реформирования Церкви.

Применительно к Реформации можно говорить и о социальных корнях этого церковного раскола. К началу XVI в. в Европе, по некоторым подсчетам, было от 65 до 80 млн. жителей, более шестидесяти королей, князей (как светских, так и церковных) и других высших правящих особ. Появление новых классов - буржуазии и пролетариата, новые технологии в добыче полезных ископаемых, кораблестроении, книгоиздании, модернизация промышленности в целом во многом изменили расстановку экономических, политических и социальных сил. Рыцарское и дворянское сословия теряли свой традиционный статус и уходили с политической аре­ны, за исключением небольшой части сумевших приспособиться к окружающей действительности.

Необходимо сказать несколько слов и об экономических причинах Реформации. Широко известен тот факт, что католической церкви принадлежала треть всей недвижимости в Европе (в т.ч. в Германии), которой она завладела «посредством официальной аферы, названной «отчуждением в пользу Церкви» и проводимой во имя Божие, в то время как имуществом распоряжались служители Церкви» [29, с. 22-23]. Немецкие князья хорошо знали это, как и то, что две пятых доходов Германии утекало через церковные каналы в Рим. При этом материальное состояние высшего духовенства, поставляемого тем же Римом (да еще и за деньги!), резко отличалось от большинства рядовых священников, особенно сельских, ведущих полунищее существование. И такое положение существовало практически в большинстве стран Европы - Англии, Шотландии, Фландрии, Швеции и т.д., поэтому неудивительно, что Реформацию поддержали тысячи церковных служителей.

В Реформации проявилась еще одна причина (помимо рассмотренных нами догматических, канонических, политических и т.д.): роль личности в процессе раскола - нравственные, деловые качества его идеологов и участников. Как правило, личностные качества, как причина церковных разделений, не являются самостоятельными, но в значительной степени влияют на их начало и течение. Однако иногда личность инициатора разрыва с господствующим вероучением и основателя новой религиозной общины может являться и главной его причиной. Таковыми бывают идео­логи различных апокалипсических движений, - например, английская про­рочица Джоанна Саузкотт (1750-1814), объявившая себя «женой, облеченной в солнце» и «женой агнца» из Апокалипсиса, основала общину, названную по ее имени саузкоттитами (саузкоттами). После смерти пророчицы деятельность общины продолжалась и впоследствии дала начало новым подобным группам - Христианские израилиты и Ветвь Давидова (Дом Давида). Основателя последней - Дэвида Кореша - также можно отнести к числу тех, чья личность стала основной причиной религиозного разделения и даже добровольного самосожжения7 множества учас­тников общины (75 человек).

Реформация по своим последствиям сопоставима с Великим расколом XI в., а по некоторым показателям даже превосходит последний. Если сегодня число последователей католицизма насчитывает от 892 [22, с. 374] до 943 [21 ] млн. человек, а по данным Ватикана -1,13 млрд. человек, или 17,4% мирового населения [8], число исповедующих православие, по раз­ным данным, колеблется от 160 [25, с. 252] до 215 [4, с. 24], 220 [22, с. 408], а по данным Московского Патриархата [10] - даже 227 млн. человек (чуть более 4%), то протестанты составляют от 400 [25, с. 282] до 720 млн. человек [21], или около 12% населения планеты.

Что касается географического показателя, то православие распространено, в основном, в Восточной Европе, на Ближнем Востоке и в Северной Африке; весьма небольшое количество православных верующих проживают также в Америке, Японии, Китае. Протестантизм же сегодня охватывает практически весь мир, достигая этого как путем активной мис­сионерской деятельности, так и в результате разделения самих протестантских конфессий, что присуще им по самой природе Реформации.

Принято считать, что XVI в. ознаменовался тремя эпохальными событиями - Ренессансом, Реформацией и Гуманизмом. Возврат к античным (с точки зрения культуры), а значит, языческим (с точки зрения религии) ценностям породил гуманиста, человека «античной философии, литературы и искусства», который был признан «идеальным отражением героя наступающей новой эпохи» [23, с. 260]. В противовес Реформации, которая в своей теоцентричности призывала Церковь к возврату к древним библейским ценностям, Гуманизм, стремясь к абсолютной свободе (в том числе и от Бога), насаждал антропоцентризм и антиклерикализм. При этом, однако, религиозная обусловленность человеческого сознания пока не исчезает. Это потом, в XIX в., Гуманизм в соединении с материализмом дадут марксистский атеизм, а тогда, в XIV-XVI столетиях, антропоцентризм гуманистов имел религиозную окраску. Франческо Петрарка пытался примирить христианство с платонизмом, Эразм Роттердамский и другие философы-гуманисты утверждали, что христианство возникло на основе античной культуры. Во всяком случае, гуманизм в той или иной мере привносил в христианское мировоззрение элементы греческого язычества, тем самым последовательно разрушая христианский теизм и внедряя пантеизм и деизм.

Исходя и этого, гуманизм явился одной из предпосылок позднейших религиозных разделений, особенно когда во второй половине XIX в. на подготовленную им почву упали зерна идей Е. Блаватской, Г. Олкотта, Е. Рерих, А. Безант о «синтезе религий» на основе индуистских или буддистских учений и христианской идеологии. Результатом этих религиозно-философских исканий стало появление множества течений «Нового века» («New Age») - религиозно-мистических групп, не объединенных жесткими организационными структурами, не имеющих четко сформулированной вероучительной доктрины, практикующих сплав различных верований - от пифагорейства и теософии до шаманизма. Главная проблема заключается в том, что многие последователи движения «Новый век» входят в традиционные конфессии, привнося туда элементы своих идей и практики и вызывая недовольство верующих авторитарными, на их взгляд, порядками в церкви и отсутствием возможности свободно выражать соб­ственные воззрения. Подобное влияние вносит смятение в умы верующих и подталкивает к расколу согласно описанному в начале главы алгоритму.

Таким образом, исследуя историю христианства, мы видим, что она представляет собой, с одной стороны, «нескончаемую борьбу с бесконечным количеством отклонений от христианского вероучения и культа» [30, с. 11], а с другой, - борьбу самих христианских церквей между собой на основе собственного понимания догматов и церковных канонов.

Проделав краткий экскурс в историю церковных разделений, подведем еще более краткий итог, попытавшись (не претендуя на абсолютность и законченность) их типологизировать.

Типологизация, особенно когда дело касается столь неоднозначных вещей как религия, всегда относительна. Например, говоря о причинах разделений - догматических, канонических, политических, экономических, личных, - сложно подвести какую-то одну из них под конкретный раскол. Чаще мы имеем дело с комплексом причин, поэтому весьма важно установить главную из них, увидеть второстепенные и определить место тех, которые оказались лишь поводом.

Причины разделений можно классифицировать по следующему принципу: собственно богословские (догматические), касающиеся основ учения христианства в целом (например, заложенные в символах веры -Апостольском, Никео-Царьградском, Афанасьевском), или отдельных конфессий (католическая, православная, протестантская догматики). Догматические причины в наиболее чистом виде характерны для церковных разделений I-IV вв., когда она (догматика) только еще формулировалась.

Канонические8причины стали проявляться во времена формирования церковно-административных структур, особенно после IV в. Разно­гласия в этом случае касаются устройства общинной жизни, церковной дисциплины, различных постановлений и правил (например, постановле­ний Вселенских соборов). Чаще всего канонические основания проявля­ются во внутриконфессиональных разделениях, когда не затрагиваются доктринальные основы. К таковым можно отнести расколы в Русской Православной церкви 20-х гг., современные расколы в Украине, Молдове, Эстонии [27].

С другой стороны, как уже говорилось, отступление от догматов одно­временно является и каноническим нарушением [9], поэтому каноничес­кие причины практически всегда наличествуют в церковных расколах.

Политические причины непосредственно связаны с государственно-конфессиональными отношениями. Всякие изменения в государственном строе в той или иной степени отражаются на религиозных отношениях, но не всегда становятся источником церковных разделений. Таковыми они могут быть при наличии определенной государственной религиозной политики, направленной либо на уничтожение религии как таковой (Советский Союз, Китай), либо на укрепление одной религии за счет других (исламские государства), а также в случае геополитических изменений. Примером служит присоединение к СССР Западной Украины, Западной Белоруссии, Бессарабии и стран Прибалтики в 1939-1940 гг., когда советские спецслужбы, используя свой опыт организации церковных расколов в РПЦ 20-х гг., почти полностью уничтожили существовавшие там униатскую, католическую, лютеранскую и реформатскую церкви.

Распад СССР вызвал обратную религиозную ситуацию. Правительства отделившихся государств (Украина, Эстония, Молдавия) с целью подчеркнуть свой суверенитет подтолкнули некоторых сепаратистски настроенных православных иерархов к отделению от РПЦ и созданию национальных церквей. В этих случаях (с позиции РПЦ) отделившиеся структуры нарушают церковные каноны, но первичными причинами разделений все равно остаются политические.

Если пойти еще дальше в глубь истории, то само принятие императором Константином христианства взамен язычества имело ярко выраженную политическую окраску: христианское социально-политическое и этическое учение вполне отвечало нуждам и стремлениям тогдашнего Рима9.

Как мы уже убедились, политическая составляющая почти всегда при­сутствует во всех религиозных разделениях, больших и малых. В глобальных (Великий раскол, Реформация) - потому что они перекроили мир со всеми вытекающими внешнеполитическими последствиями; в локальных (расколы в русском православии XVII и XX вв., современные расколы в католицизме и протестантизме и т.д.) - поскольку те затрагивают не только церковь, но и - в разной степени - жизнь всей страны. В последнем случае многое зависит от государственной религиозной политики. Например, Российская империя политически и законодательно поддерживала и защищала Православную Русскую церковь как «первенствующую и господствующую» и ограничивала или запрещала другие религии.

Законы против прозелитизма в Греции, где православие конституционно закреплено в качестве государственной религии, вызвали целую серию судебных процессов в Европейском суде по правам человека (кстати, почти все их Греция проиграла) [24, с. 506-627, 548-563]. До расколов дело, правда, не дошло, но добавился очередной клин между Греческой право­славной церковью и инославными конфессиями.

Отсутствие четко сформулированной концепции государственно-конфессиональных отношений и, как следствие, несовершенное законодательство, допускающее произвольное толкование, продолжают создавать межкон­фессиональную напряженность, которая негативно отражается на обще­ственном спокойствии в России [См. 11-20].

Политические причины занимают неодинаковое место в известных нам случаях церковных расколов. В Великом расколе они играли главную роль, а спор вокруг filioque или разного понимания евхаристии - скорее богословское обоснование отделения от власти римской церкви10 (хотя для самих богословов это, вне сомнения, имело большой смысл).

Что касается Реформации, то, наоборот, ее изначальной причиной стало различное понимание основных христианских доктрин (догматов) тогдашней католической церковью и Мартином Лютером (соотношение добрых дел и веры в вопросе личного спасения, право папы римского прощать грехи вперед и за деньги (индульгенции), посредничество церкви между человеком и Богом и т.д.). Разоблачение злоупотреблений католической иерархии поддержали не только простолюдины, но и высшие слои германского общества, увидевшие в этом повод избавиться от политической и экономической эксплуатации папского Рима.

Однако дальнейшее распространение Реформации (принятие ее идей монархами и высшей церковной иерархией многих европейских стран) выдвинуло на первое место уже политические резоны: пример Германии показал все выгоды освобождения от римской зависимости (духовной, политической, экономической), в том числе и возможность для светских властей получить полный контроль над церковью.

Экономические основания никогда не озвучивались в качестве первопричины церковных разделений, но зачастую подразумевались наряду с политическими. Выше приводились некоторые цифры, отражающие доходы той же католической церкви, полученные от подконтрольных ей духовно-административных структур, расположенных в разных странах мира. Нежелание Восточных церквей отдавать доходы Риму было одной из весомых причин Великого раскола; этот же фактор явился стимулятором быстрого распространения Реформации.

Немало и более мелких церковных разделений имело своей причиной желание их лидеров наложит руку на материальный доход от общины. Как правило, данная причина конкурирует со стремлением руководителя к духовной власти над верующими (например, корейский бизнесмен Сан Мен Мун, основавший так называемую «Церковь объединения», или «Ассоциацию за объединение мирового христианства», обладает огромным духовным воздействием на своих адептов и одновременно получает баснословные прибыли от принадлежащих ему многочисленных предприятий, где почти бесплатно работают члены его религиозной организации).

 

В этом случае есть основание говорить о причинах религиозных разделений, связанных с личными11 качествами человека. К таковым можно отнести Юрия Кривоногова, который, судя по предыдущей деятельности (он работал в Киевском институте невралгии и психиатрии и исследовал методы воздействия на человеческую личность), явно стремился использовать свои знания для психологического и психического контроля над последователями созданного им вместе с бывшим комсомольским работником Мариной Цвигун («Мария Дэви Христос») учения, лежащего в основе общины «Белое братство».

Другой пример - некий Сергей Тороп, объявивший себя новым мессией, Сыном Божиим, проводником Духа Святого - Виссарионом. Автору настоящей работы доводилось встречаться и с ним, и с его приверженцами, но до сих пор неясно, что лежит в основе его почти безграничной духовной власти над ними. Понятно, что это связано именно с личностью основателя «Церкви Последнего завета», однако мы не будем останавливаться на анализе феномена Виссариона (как и Ю. Кривоногова, Сан Мен Муна и т.д.), поскольку это не является целью нашей работы, а отошлем интересующихся к трудам А. Баркер, Л.И. Григорьевой, целенаправленно изучавшей данное явление, а также И.Я. Кантерова и других исследователей новых религиозных движений [1, 3, 5].

Теперь рассмотрим церковные расколы по их последствиям. С этой позиции их можно подразделить на следующие виды.

  1. Разделения, вызвавшие глобальные изменения как в христианском мире, так и на уровне человечества в целом. Это прежде всего Великий раскол и Реформация, расчленившие христианство на три различные по своей догматике и каноническому устройству ветви.

По мнению автора, подобные последствия, хотя и в несколько меньшей степени, вызвало отделение восточных церквей, не принявших определе­ния Халкидонского собора 451 г. о двух природах Христа (Армянская Апостольская, Коптская, Эфиопская, Сирийская, Маланкарская, Эритрейская церкви). Некоторые исследователи считают, что это был первый серьезный церковный раскол, сохраняющий свои последствия до сегодняшнего дня. «Дело в том, что именно разделение с дохалкидонитами было первым, по настоящему потрясшим Церковь. Без анализа природы этого разрыва нельзя говорить и о более позднем разделении православия и католицизма», - пишет Г. Беневич, автор вступительной статьи к церковно-историческому справочнику «Восточные христианские церкви» [26, с. 15].

  1. Расколы преимущественно канонического характера внутри конфессий (греческие, румынские и болгарские старостилъники; немецкие, голландские, французские, швейцарские и т.д. старокатоликип; расколы 20-х и 90-х гг. в Русской Православной церкви; расколы в баптизме и пятидесятничестве XX в. и т.п.).
  2. Разделения внутри отдельных общин (например, выделение из пятидесятнических (а то и баптистских) общин радикально настроенных групп - харизматов).

Возможна также хронологическая классификация расколов, правда, весьма условная, поскольку одни учения и основанные на них религиозные группы, просуществовав некоторое время, исчезали, другие действовали несколько веков, а некоторые существуют до настоящего времени.

  1. Появление общин I-IV вв., основанных на множестве отличных друг от друга учений, обусловленных отсутствием кодифицированного Священ­ного Писания - канона (различные учения гностического происхождения, донатисты, антитринитарии, манихеи, монтанисты).
  2. Расколы IV-X вв., вызванные несогласием с общехристианскими догматами и канонами, установленными Вселенскими соборами IV-VIII вв. (антропоморфиты, ариане, несториане, богомилы, иконоборцы).
  3. Великий раскол IX-XI вв.          и
  4. Расколы XIV-XVI вв., предшествовавшие Реформации (последова­тели учения Д. Уиклифа, гуситы).
  5. Реформация XVI в. (протестантизм).
  6. Расколы XVI-XVIII вв., вызванные реформационными процессами в христианстве (анабаптисты, меннониты, методисты, старообрядческий раскол, русский протестантизм - стригольники, жидовствующие, хлысты, духоборы, молокане).
  7. Расколы XIX-XX вв. эпохи «развитого капитализма» (расколы в РПЦ 20-х - 90-х гг., баптисты, евангельские христиане, пятидесятники, хариз-маты).
  8. Расколы начала XXI в. (раскол в Русской Православной церкви За рубежом в связи с воссоединением с РПЦ Московского Патриархата; в ELKRAS и Церкви Ингрии в России).

Систематизировать расколы по географическому признаку вряд ли удастся: это явление имеет распространение по всему миру. Можно лишь говорить о некоторых специфических национально-культурных компонентах в расколах, происходящих в разных странах, - например, в Африке. Помимо Египта, где традиционно проживают христиане-копты, христианство распространено в Южной Африке, Уганде, Камеруне, на побережье Либерии и представлено католичеством и протестантизмом; в последнее время активизировались также православные миссии [23, с.84].

Особенно ярко культурный компонент проявился в религиозных разделениях, вызвавших появление так называемых «черных» сект, объединяемых общим термином «афрохристианство» [30, с.9]. Христианство, пришедшее из Средиземноморья и несшее с собой европейскую культуру, не могло в таком виде привиться на африканскую культурную почву. Поэтому с неизбежностью оно стало принимать в себя элементы местных языческих религий, что в общем-то не ново: достаточно вспомнить русское православие, на котором до сего дня ощущается налет древнеславянских верований. Однако специфика афрохристианства заключается не столько в этом, сколько в идее негроидности Иисуса Христа и, соответственно, богоизбранности чернокожей расы13.

Отсюда вытекает тезис об изначальном искажении христианства европейцами, которые, к примеру, все черное связывают со злом, а белое - с добром; в Африке, естественно, это приобретает прямо противоположный оттенок.

Перечень таких афрохристианских сект достаточно велик14, как велико и различие между ними ввиду множества входящих туда местных верований: Ассамблея Бога, Африканская апостольская церковь, Африканская методистская епископальная церковь, Баптистский комитет, Кимбангу, Легион Марии, Макумба, Объединенная туземная африканская церковь, Центральноафриканская церковь и т.д.

Закономерно возникает желание классифицировать расколы по типам порожденных ими религиозных структур: церквей, деноминаций, конфессий, сект и т.п. Однако, на наш взгляд, такая классификация будет слишком субъективной и некорректной в силу неопределенности приведенных терминов. Например, слово «церковь» означает и мистическое «тело Христово», куда входят прошлые, настоящие и будущие поколения христиан, и общность христиан, объединенных по конфессиональному принципу, и строго оформленная преемственная иерархическая структура, и даже «дом Божий» - храм. Причем католическое, православное и протестантское понятия церкви отличаются друг от друга.

Деноминация (лат. - denomination - наделение специальным именем, переименование, обозначение) - в общем смысле - группа лиц или предметов, объединенных одним названием. В религиоведении этот термин чаще всего употребляется для обозначения религиозной организации, находящейся в стадии становления от секты к церкви (в определении протес­тантского теолога Х.Р. Нибура). Однако, с одной стороны, это же слово используется как синоним терминов конфессия или вероисповедание, а с другой, - признаки, которыми определяют деноминацию15, могут быть присущи любому религиозному сообществу

О понятии секта мы выше уже говорили и пришли к мнению, что этот термин не имеет и, судя по всему, не может иметь четкого определения ввиду отсутствия его объективных признаков. А конфессия почти идентична вероисповеданию и различия между ними - лишь вопрос точки зрения субъекта, использующего эти термины.

Исходя из сказанного, классификация расколов по приведенному критерию объективно невозможна.

 

Библиографический список

  1. Баркер А. Новые религиозные движения. - СПб.: Изд. РХГИ, 1977.
  2. Вестминстерское Исповедание Веры. - 3-е изд. - Одесса: Free Presbyterian Publications, 2000.
  3. Григорьева Л.И. Религии «Нового века» и современное государство: Монография. - Красноярск: Изд. СибГТУ, 2002.
  4. Джонстоун П. Операция «Мир». - СПб.: Библия для всех, 1997.
  5. Кантеров И.Я. Новые религиозные движения в России (Религиоведческий анализ). - М., 2007.
  6. Католицизм: Словарь атеиста / под. ред. Л.Н. Великовича. - М.: Политиздат, 1991.
  7. Книга Согласия. Вероисповедание и учение Лютеранской церкви / пер. с англ. К. Комарова. - Минск: Фонд «Лютеранское наследие»; WORLD WIDE PRINTING, 1998.
  8. Количество мусульман в мире впервые превысило число католиков [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.centrasia.ru/ ntwsA.php?st= 1206911160, свободный.
  9. Лурье Г., игумен. О чем шумим? Разногласия истинно-православных церквей русской традиции и пути их преодоления [Электронный ре­сурс]. - Режим доступа: http: www/portal-credo.ru/site/print. PhP?act =news&ia=47905, свободный. 
  10. Общее количество православных верующих в мире оценивается в 227 млн. человек // Православный образовательный портал «Слово» [Элект­ронный ресурс]. - Режим доступа: http://www/portal-slovo.ru/rus/news/1063/ Sprint/, свободный.
  11. Погасий А.К. К вопросу о принятии Закона о свободе совести в Татарстане // Религия и право. - 1998. - № 4-5. - С. 15-16.
  12. Погасий А.К. Закон новый - порядки старые // Религия и право. -1999. -№ 6. - С. 25.
  13. Погасий А.К. Законодательство и права верующих // Религия и право. - 2007. -№ 3. - С. 20-21.
  14. Погасий А.К. Религия, образование, право // Права человека в России и за рубежом. Материалы международных научно-практических конференций «Правовые средства обеспечения и защиты прав человека: российский и зарубежный опыт» (Москва - Пенза, 5-6 апреля 2007 г.); «Религия в изменяющейся России: проблемы исследования религии и защита свободы совести» (Пермь, 22-25 апреля 2007 г.). - М.: Изд. МНЭПУ, 2007. -С. 280-288.
  15. Погасий А.К. Церковь и государство: опасный тандем // Акцент. -1998. - июль.
  16. Погасий А.К., Андурский Е.Я. Церковь и государство // Ислам и христианство в диалоге культур на рубеже тысячелетий. - Казань: Изд. центр «Арт-кафе» ТРО ВОИ, 2001. - С. 282-285.
  17. Погасий А.К. Церковь и государство: опасное сближение // Лютеране в Сибири: Сб. статей. - Омск-Эрланген: Изд.ОмГТУ, 2000. - С. 267-269.
  18. Погасий А.К. Проблемы межконфессиональных отношений и пути их разрешения // К культуре мира - через диалог цивилизаций: Материалы международной научной конференции: В 2 т. - Т. 2. - Омск: Изд. ОмГТУ, 2000. - С. 49-52.
  19. Погасий А.К. нарушение права на свободу совести как фактор, угрожающий целостности общества // Вестник ТИСБИ. - № 1. — Казань, 1999. - С. 64-65.
  20. Погасий А.К. Государственно-церковные отношения: исторические параллели // Религия в современном обществе: история, проблемы, тенденции: Сб. статей. - Казань: Залман, 1998. - С. 56-57.
  21. Протестанты, кто они? [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.Faithreactor.ru/toda6822c34, свободный.
  22. Религиоведение: Учеб. пособие / под ред. А.В. Солдатова. - 5-е изд. - СПб.: Лань, 2004.
  23. Религиоведение. Энциклопедический словарь. - М.: Академический Проект, 2006.
  24. Религиозные объединения. Свобода совести и вероисповедания. Религиоведческая экспертиза: Нормативные акты. Судебная практика. Заключения экспертов / сост. и общ. ред. А.В. Пчелинцева и В.В. Ряхов-ского. - 2-е изд., испр. и доп. - М.: Юриспруденция, 2006.
  25. Религия в истории и культуре: Учебник для вузов / под ред. проф. М.Г. Писманика.-2-е изд., перераб. и доп. - М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.
  26. Роберсон Р. Восточные христианские церкви. Церковно-исторический справочник / пер. с англ. и вступ. ст. Г. Беневича. - СПб.: Высш. религ.-философ. школа, 1999.
  27. Русская Православная церковь и нынешние церковные расколы [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.religio.ru/dosje/16/ 245.html, свободный.
  28. Соколов И.И. Лекции по истории Греко-Восточной церкви: В 2 т. -Т. 1. - СПб.: Изд. Олега Абышко, 2005.
  29. Спиц Л.В. История Реформации: В 2 т. - Т. 2. Возрождение и дви­жение Реформации / пер. с англ. И. Борягина. - Минск: Фонд «Лютеранское наследие»; WORLD WIDE PRINTING, 2003.
  30. Таевский ДА. Христианские ереси и секты I-XX веков. Словарь. -М.: Intrada, 2003.
  31. Христианство. Энциклопедический словарь: В 2 т. / ред. кол.: С.С. Аверинцев (гл. ред.) и др. - М.: Большая Российская энциклопедия, 1993. - Т. 1.

 

Об авторе: Анатолий Кириллович ПОГАСИЙ - канд. ист. наук, д-р философии, действительный член Международной Академии «Информация, связь, управление в технике, природе, обществе», профессор кафедры психологии и социально-культурной работы Казанского института Восточной экономико-юридической гуманитарной академии, ст. научный сотрудник Института религии и права.

 

 

Сноски:

1              Греч. - раскол.

2              Католическая Церковь, помимо первых семи, признает Вселенскими также еще 14 соборов 1Х-ХХ вв.

3              Каноном также именуется перечень книг Священного Писания Ветхого и Нового Заветов, правила литургических чтений, уставы церковного пения, иконописи, монашеское келейное молитвенное правило и др.

4              Христологические и антитринитарные ереси, последователи которых выступали как про­тив основных догматов католицизма, так и против самой официальной католической церкви, которую называли «дьявольской силой».

5              Не путать с гуманностью - человеколюбием. Гуманизм - религиозно-философское учение, главной идеей которого является приравнивание, а затем и возвышение человека над Богом, определение его как «меры всех вещей». Более развернуто о гуманизме будет сказано ниже.

6              Сотериология - раздел теологии, раскрывающий учение о спасении.

7               Впрочем, это официальная версия американского правительства. Последовавшее затем независимое расследование поставило ее под сомнение. На сегодняшний дегь окончательно не  установлено, имело ли место са 7 мериканского правительтсва. Последовавшее затем независимое расследование поставило ее под сомнение. На сегодняшний дегь окончательно не  установлено, имело ли место самосожжение или дом сгорел  во время штурма. Со слов очевидцев, свидетельства которых на месте трагедии слышал автор настоящей книги, дом, глее располагалась община (г. Уэйко, штат Техас), загорелся в результате артиллерийского обстрела. Эти события многие американцы называют «позором Америки».

8              Слово «канон» является полисемантическим термином, поэтому в целях недопущения его множественного толкования мы используем его в том смысле, который традиционно сложился применительно к церковным разделениям - нарушения моральных и юридических норм, пра­вил христианской жизни, дисциплинарных постановлений (апостольских, соборных, святооте­ческих правил) и т.п. [23, с. 483].

9              Мы не рассматриваем богословскую точку зрения на данный вопрос.

10             В качестве подтверждения этого тезиса можно привести тот факт, что сейчас вследствие коренного изменения политической обстановки идет интенсивная работа по поиску компромисса между католической и православной церквями в отношении спорных теологических вопросов.

11             В связи с понятием «личные качества» можно говорить о психологических и даже психиатрических проявлениях личности.

12             Последние, конечно, отрицают некоторые современные католические догматы (о непогрешимости папы, о непорочном зачатии Девы Марии, filioque и т.д.), но остаются в рамках христианских догматов и католичес- кого вероучения.

13             Они основывают это свое утверждение на цитате из Библии: «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему» (Быт. 1:26). В дальнейшем из этой идеи возникла так называемая «черная теология» - «разновидность протестантской, преимущественно американской, контекстуальной теологии, представляющей христианство как идеологию социального и национального освобождения африканских народов, выражение их духовного опыта» [23, с. 1184].

14             По некоторым подсчетам - более пятидесяти [30, с. 28-30].

15             Р.А. Кобызов насчитывает их 20 [23, с. 282].

 

 

Источник: Научно-теоретический журнал "Религиоведение", №4/2009

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100