Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 226 гостей и 4 зарегистрированных пользователей на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ УСЛОВИЕ

Печать

Антон КОМАРОВ 


Последний суд Пилата, стенная роспись православного храма Отделение церкви от государства как основополагающий принцип свободы совести

 

В современном российском обществе отношение к понятию «отделение церкви от государства» не однозначное. Закреплённый в Конституции страны, как государствообразующий принцип (ст.14), изложенный при этом очень ясно и недвусмысленно, он продолжает не только вызывать дискуссии и толкования, но и кривотолки. С одной стороны это обусловлено неразвитой, не прижившейся пока в России либеральной цивилизационной традицией, с другой - низкой правовой и политической культурой, а с третьей – тем, что религиозные объединения почти никогда в нашем Отечестве не были отделены от государства в действительности, а некоторые из них, как можно констатировать, даже опасаются такого отделения. А.С.Комаров, Костромской государственный университет им. Н.А.НекрасоваСодержание принципа отделения религиозных объединений от государства предполагает, что государство не имеет никаких идеологических пристрастий, в частности, в области религии; утверждает равенство всех религий перед законом и их самостоятельность. Это означает, также, что в своей профессиональной деятельности государственные чиновники не должны руководствоваться собственными идеологическими убеждениями, а осуществлять свою деятельность исключительно в рамках действующего законодательства. Законодательство же страны должно обеспечивать равенство возможностей её граждан, строгое соблюдение и охрану признанных законом прав и свобод граждан, их уважение и равенство.

Практически каждое крупное и развитое религиозное объединение имеет своё понимание взаимоотношений с государством. Так, унаследовавшая во многом византийскую традицию государственно-конфессиональных отношений и исторически формировавшаяся в тесной взаимосвязи с государством, русская православная церковь всегда стремилась к укреплению взаимоотношений со светской властью, надеясь на сохранение для себя особого статуса. При этом, в странах, где РПЦ МП не является крупнейшей религиозной организацией, её служители активно выступают за соблюдение основных принципов свободы совести и понимают её значимость[1]. Некоторые христианское деноминации в основу своего вероучения положили принцип свободы совести именно в том виде, в котором он провозглашён в ныне действующей российской Конституции, то есть, признают полное отделение религиозных объединений от государства, как единственно приемлемого и справедливого их существования. При такой дифференциации взглядов на этот вопрос государственно-конфессиональные отношения остаются актуальной проблемой. Этот вопрос снова поднимался в предвыборной беседе В. В. Путина с представителями традиционных религиозных объединений страны в начале февраля 2012 г. Он предложил иную, отличную от сложившегося в советские годы концепцию светскости государства, которая по его словам «должна заключаться в том, что между государством и религиозными организациями должен установиться совершенно другой режим взаимоотношений – режим партнёрства, взаимной помощи и поддержки»[2]. Конечно, предвыборные речи кандидатов в президенты – это особая область политической психологии, но всё же было бы не справедливо не обратить внимание на это заявление, прозвучавшее во всех СМИ.

Путин, как кандидат в президенты, к моменту произнесения этих слов ещё не «вошёл во вкус» предвыборной гонки, чтобы обещать всем и всё, но не столько будущий, сколько уже сложившийся в период его правления режим государственно-конфессиональных отношений, он уже определил. Нескрываемое «партнёрство и взаимную поддержку» власти и самой крупной отечественной конфессии можно было наблюдать на всех каналах телевидения во время последних выборов Патриарха Московского и всея Руси, когда один из претендентов на этот высокий чин пользовался симпатиями правящего тандема, активной уличной поддержкой прокремлёвских молодёжных движений. Вряд ли в настоящее время в России можно серьёзно говорить об установившемся светском характере государства, когда инаугурация Президента также проходит при активном участии Патриарха Московского и всея Руси. Не свидетельствуют о светскости государства длительное пребывание государственных чинов на процедуре прощания с умершим патриархом. Несмотря на то, что в тексте Основного Закона и конкретно в вышеуказанной статье нет двусмысленности и недосказанности, вертикаль власти на всех уровнях не обременяет себя строгостью в соблюдении правовых принципов и рамок, сформулированных нормами Конституции. При подавляющем численном превосходстве светских людей и атеистов в одном из символов государства – государственном гимне РФ провозглашается «Хранимая Богом родная земля». При таких обстоятельствах гимн вряд ли может выполнять одну из основных своих функций – объединительную для всех граждан страны. В статье кандидата философских наук Т. Л. Белкиной[3] также подробно характеризуется и «воцерковление» молодого поколения через различные образовательные мероприятия и курсы, а также через возрождение военного духовенства и его практику. Всё это имеет место в современной государственно-конфессиональной политике. Проф. И. Я. Кантеров отмечает[4] засилье непрофессионального и однобокого освещения на телевизионных каналах религиозных тем. Фактически государственные СМИ стали рупором религиозных представлений «большинства». Меньшинство в этой системе существует только как «сектантство», которое подаётся исключительно одноликим и крайне непривлекательным. В рамках государственного судопроизводства рассматриваются иски против теории эволюции, Бхагават-гиты и т. п. в том числе по обвинению в «экстремистском содержании». При таком положении дел отделение религиозных объединений от государства остаётся только декларируемой юридической нормой.

Такое положение «светскости» российского государства существует не один год, что позволяет недоумевать по поводу «режима партнёрства» государственной власти и религиозных объединений в программной речи В. В. Путина. Отделение церкви от государства в советский период, на который В. В. Путин ссылается, трактуется им с точки зрения политика, а не юриста, религиоведа или историка. Эта трактовка крайне предвзята. В ней он смешивает и содержание самого понятия, существовавшего в науке до КПСС, и декрет об отделении церкви от государства 1918 г., остающийся до сих пор непревзойдённым в плане гуманизма и справедливости законодательным актом российского государства в области религии, и саму политику коммунистов в отношении религии. Уже привычный в своём стремлении к профанации, политический детерминизм усматривает непосредственную причину гонений на религию именно в отделении религиозных объединений от государства как таковом. Однако столь вульгарная оценка признанного цивилизационного правового принципа обусловлена нарочитым отдалением России от мировых гуманитарных процессов, противопоставление России цивилизованному миру. В этот процесс активно вмешиваются крупные религиозные монополии, особенно РПЦ МП, провоцируя ещё большее десантирование России от общечеловеческих ценностей. Декларируя своё нравственное отделение от политики, некоторые религиозные объединения активно вмешиваются в политические процессы и используют политические механизмы для решения собственных корпоративных задач.

Так в статье С. Б. Филатова характеризуется эта деятельность: «РПЦ приобретала исключительные возможности присутствия в армии и других правоохранительных структурах, в учреждениях здравоохранения и российских представительствах за рубежом, а также особые права по защите и лоббированию своих интересов в различных органах власти. Поразительно, что всего этого РПЦ добилась в результате закрытой деятельности в бюрократических структурах»[5]. В нашей стране, не имеющей развитого гражданского общества и при низкой правовой культуре, подхватываются и широко распространяются идеи такой трактовки права на свободу вероисповедания, как «права православных изучать свою религию в светской школе». При этом изначальный конституционный принцип перекручивается таким образом, что трактовка, не имея формального противоречия с «буквой» закона полностью искажает его «дух». А так как российская юридическая практика опирается чаще на толкование, а не на сам закон, то на практике «допущенное» становится «обязательным». Если то, что допустили ещё немного пролоббировать, то в результате это выражается в том, что было с «Основами православной культуры», ставшими на практике обязательными. Таким образом, в российской действительности утвердился примат толкования над законом вместо необходимого для действительного построения правового государства примата закона над толкованием.

Верховенство закона является до настоящего времени незаменимым принципом построения современной государственности и регулирования отношений в системе личность – общество – государство. Попытки поиска «самобытного пути» до настоящего времени остаются тупиковыми и потому не подлежащими общественному экспериментированию. Русская народная мудрость гласит: «От добра добра не ищут». Мировая цивилизация накопила богатейший теоретический опыт анализа юридических норм, форм государственного устройства, принципов построения государственности, поэтому нежелание его изучать и использовать является неоправданным поведением. Установленный в Конституции принцип отделения религиозных объединений от государства является положением идеально отвечающим нормам современной юридической науки и создающим наиболее благоприятные условия для формирования государственно-конфессиональных отношений и построения гражданского общества. Он основывается на принципах справедливости, гуманизма, правового равенства, государственного суверенитета и др. Реализация всех этих принципов возможны только в их взаимодействии и это тоже обеспечивается только при подлинно светской государственности.

Последовательное соблюдение принципа отделения церкви от государства позволит обеспечить освобождение массового сознания от псевдорелигиоведческой дихотомии «церковь-секта» «традиционная-нетрадиционная религия» и др., способствовать преодолению ксенофобии, росту религиоведческой культуры общества, легализации некоторых старейших отечественных религиозных объединений, до настоящего времени не имеющих юридического статуса и т. д. В последнем особенно должно быть заинтересовано государство, основной целью которого является создание максимально благоприятных условий для формирования гражданского общества в стране, как своей собственной опоры. Современное правовое государство возможно только при наличии развитого гражданского общества. «Светское государство в силу своего мировоззренческого нейтралитета призвано рассматривать все конфессии как элемент гражданского общества и потому должно выстраивать отношения с ними исключительно в качестве правовых, базирующихся на формальном равенстве сторон и четком определении их юридического статуса»[6]. Попытки при любом удобном случае выйти за рамки научной терминологии и бросить не православному верующему или светскому нонконформисту обвинение в сектантстве никак не способствуют общественному согласию. Научно обосновано, что так называемое российское сектантство или точнее сказать альтернативное православию христианство имеет столь же давние исторические российские корни и самобытную высокодуховную культуру и не может рассматриваться вне российской исторической действительности. Оно - такая же часть российского общества, тоже состоит из российских граждан, обычно русских по национальному происхождению и имеет право на столь же последовательную защиту своих гражданских прав и интересов со стороны государства, как и так называемые «традиционные религии». В условиях многоконфессиональности страны равенство религий перед законом, а не охрана т.н. «традиционных ценностей» должно являться определяющим принципом построения государственно-конфессиональных отношений. Такой подход также содержится в Конституции страны (ст. 13).

Без последовательного соблюдения принципа отделения религии от государства невозможно обеспечение подлинной свободы совести в стране. Религиозные отношения очень сложны и разнообразны. Кроме собственно религиозных объединений в них включены также и различные носители нерелигиозных идеологий, а также научного мировоззрения. Паритетные отношения между ними, обеспечивающие социальную стабильность, возможны только при соблюдении государственного нейтралитета в религиозных отношениях. Кроме того, российская история имеет богатый многовековой опыт различных притеснений граждан на почве религиозной нетерпимости, где такие притеснения всегда имели место только при отсутствии должного государственного нейтралитета в этом вопросе. Свобода совести обеспечивает возможность общественного многостороннего диалога, что благотворно влияет на взаимопонимание между его участниками. Она обеспечивает идеальные условия для появления свободных, живых мыслей, творческой инициативы, общественного прогресса. Без свободной конкуренции идеологий, обеспеченной светскостью государства, появление этого невозможно.


Автор: Антон Станиславович КОМАРОВ – выпускник аспирантуры при Костромском государственном университете им. Н. А. Некрасова


Библиографический список:

 

  1. Актуальные проблемы современной философии и политологии. – Кострома: КГУ им. Н. А. Некрасова, 2006 г., 132 с.
  2. Зайцев Е. В. Церковь в контексте социальных проблем современности. — Заокский: Источник жизни, 2009. — 160 с.
  3. Кантеров И. Я. Новые религиозные движения в России (религиоведческий анализ) М., 2006. - 472 с.
  4. Конституция Российской Федерации. – М.: «Юридическая литература», 1993. – 96 с.
  5. Митрополит Астанайский и Казахстанский Александр «Религиозная свобода - есть самое благоприятное условие для проповеди истины Христовой».// http://religioved.com/interviews/guest_of_the_week/88-mitropolit-astanayskiy-i-kazahstanskiy-aleksandr-religioznaya-svoboda-est-samoe-blagopriyatnoe-uslovie-dlya-propovedi-istiny-hristovoy.html.
  6. Религия и конфликт — М. : РОССПЭН, 2007. — 287 с. — (Религия в Евразии).
  7. Стенограмма встречи Владимира Путина с представителями традиционных конфессий// http://www.religare.ru/2_92411.html.


[1] [5].

[2] [7].

[3] Белкина Т. Л. К вопросу о светскости Российской Федерации.//[1]– сс. 48-49.

[4], [3], сс. 403-407.

[5] С. Б. Филатов. Традиционные религии, «русская цивилизация» и суверенная демократия.//[6], с. 20.

[6] [2], с. 67.

 

 

ReligioPolis

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100