Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 303 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



К ВОПРОСУ О ДЕМОГРАФИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКЕ РПЦ МП

Печать

Продолжение - см. начало.

...RP: Тогда, как аборт в полупатриархальной стране, каковой СССР оставался довольно длительное время, стал массовым?

Михаил ЖЕРЕБЯТЬЕВ: Попытки представить аборт исключительно наследием советского прошлого, как это делает сейчас РПЦ МП,  несостоятельны.  Действительно, в СССР на определённом этапе и довольно поздно (в моём представлении где-то к 1960-м годам) он превратился в универсальное средство избавления от нежелательных беременностей.

Однако прежде аборт успел стать составной частью организованной системы врачебной помощи, которая уже к концу 1920–началу 1930-х гг. охватывала большую часть население страны.

Параллельные процессы, связанные с приоритетностью аборта в гинекологии, тогда происходили во многих странах мира.


-Откуда такое увлечение операцией?

Оно соответствовало общим представлениям об улучшении человеческой природы, популярным в первой трети XX века и даже пережившим II мировую войну. Тогдашние рекомендации к абортам видятся из дня сегодняшнего совсем уж нелепыми, вплоть до такого: «у вас родится некрасивый ребёнок». Т.е. целей сокращения численности населения или бедных с помощью аборта на том этапе никто не ставил и аборт в ту пору не воспринимался ни специалистами, ни массовом сознанием так, как его воспринимают сегодня.

Не прижился аборт разве что в Америке с её пуританскими традициями, а вместе с ней и в европейских и латиноамериканских странах, где господствовала католическая церковь. Это, что касается, инфраструктурных  условий и мирового фона российской проблемы на стадии её возникновения.

А вот что касается психологии восприятия аборта в России, здесь всё намного запутанее.

Т.е. сама процедура к 1960-м гг.  стала восприниматься женской частью общества как вполне рутинная, т.е. приемлемая, а, значит, заслуживающая того, чтобы к ней в нужный момент прибегать вновь и вновь.

С учётом свойственных женщинам более консервативным (по сравнению с мужчинами) способам мировосприятия и поведения, это означает, что кто-то из близких женщин, живших в то время, её уже проходил. Рискну предположить, что к рубежу 1950-60-х гг. практически каждая городская многопоколенная семья (3 -4 поколения) уже имела такой опыт.  В США то ли в конце 1970-х, то ли в начале 1980-х гг., короче, в разгар «холодной войны»,  проводился опрос  женщин, выехавших из СССР как раз на предмет распространённости абортов  в стране, уже к тому времени, «развитого социализма». Советская статистика была либо засекречена, либо искажена. Результаты обследований просто ошеломили американцев, – наверное, даже в меньшей степени специалистов – медиков и демографов, чем общественных деятелей и рядовых обывателей.

Реакция, надо сказать, вполне объяснимая, если учесть, что аборт во многих штатах находился под запретом и споры вокруг его легализации носят в США до сих пор политический характер.  

Акцентирую внимание снова вот на чем: опрос проводился среди советских горожанок, выехавших по еврейской линии. Мне представляется, этот опрос как раз зафиксировал то, что каждая советская городская семья за пару десятилетий до этого успела познакомиться с абортом.


- Когда по Вашему мнению селяне стали широко прибегать к абортам?

Уже к рубежу 1960-70-х массовый запрос на аборт начало давать село, прежде всего, конечно, русское.


- Как эти метаморфозы  можно объяснить, ведь советская мораль была достаточно строга?

Действительно, парадокс: нынешние иерархи РПЦ проклинают коммунизм как ложную идеологию и одновременно едва ли не денно и нощно славят т.наз. «Моральный кодекс строителя коммунизма», охотно ссылаются на него, приводят параллели с 10-ю Заповедями, говорят о евангельских корнях документа, его благотворном влиянии на жизнь советских людей. Общественная мораль и частная жизнь в советское время  длительное время сосуществовали в параллельных мирах. Частная жизнь плавно не трасформировалась в общественную, общественная могла оставаться почти в нетронутом патриархальном виде, тогда как представления в сфере частной жизни менялась и подчас, довольно стремительно. Сексуальность в советское время оказалась загнанной в пределы частной жизни с крайне ограниченным набором общественных, – прежде всего, - медицинских проекций. Кстати, в этом феномене кроется объяснение того, почему аборт оставался едва ли не единственным средством планирования семьи в СССР.

Т.е. условия планового хозяйства во всех отраслях экономики, в том числе и в медицине, помноженные на советский аналог пуританской морали, совсем не способствовали как развитию медицинских альтернатив абортам, так и элементарному сексуальному просвещению молодёжи и, как следствие, всего населения. Хотя, надо сказать, уже в начале 1970-х гг. элементы сексуального просвещения старшеклассников с гигиеническим уклоном пришли в городские школы. Знания преподносились опять же специалистами венерологами (сексологов в помине ещё не было). Так что нынешним противникам ювенальной юстиции, а вместе с нею и сексуального просвещения, следует об этом тоже не забывать. Конечно, в основном, функцию сексуального просвещения в СССР выполняла улица, а точнее, компании парней-подростков.  Они культивировали жёстокие патриархальные стандартны, без которых была невозможна социализация советского человека. Темы, обсуждавшиеся в этой среде и способы интерпретаций, опять же, оставались вне публичных отношений.


- Разве не безвыходность, - детей деть некуда, - толкала задавленных тяжестями  быта советских женщин в палаты "аботариев"?

- Это одно из заблуждений. Советская власть воспитывала человека-коллективиста, как раз она стремилась обеспечить население коллективными способами социализации - через ясли, детсады, интернаты, группы продлённого дня в школе, кружки, секции, дома и дворцы пионеров. Многодетные семьи материально жили труднее, но существовала система вовлечения в коллектив, которую нельзя было обойти.  Конечно, такая  инфраструктура существовала прежде всего в городах. Но в 1960-70-е гг. она в каком-то усечённом виде дошла и до села.

И вообще, советским людям власть внушала одну простую мысль. На это работала не только пропаганда, но и, пожалуй, даже больше неё вся художественная культура. Она связана со  сквозной для советской культуры темой войны. Взрослые могут погибнуть за святое и правое дело, но их детей советская власть не оставит в беде, - вот, собственно, о чём шла речь.

А то, что сейчас тиражирует  РПЦ МП - это довольно грубый перенос стандартов дня сегодняшнего - с приватизированными в массовом порядке детсадами - на ещё недавнее незабытое прошлое. Поэтому такие заявления отторгаются населением. Также, как и «теодицея войны», - будто бы Великая Отечественная была послана в наказание за грехи безбожия.


- А что тогда, если не экономическая безвыходность толкало и толкает женщин на аборты? 

- Причины абортативного поведения более глубоки и напрямую связаны с процессами урбанизации. Конечно, в отличие от прежних урбанизированных эпох, прежде всего от римской античности или эпохи «первой промышленной революцию»  на урбанистические стандарты XX века наложилась массовая доступная медпомощь. Собственно, тогдашня медицина и предложила всем аборт.  Но я хочу обратить внимание на другой феномен: даже в средние века жители Константинополя (наследники Рима Первого) отличались своим демографическим поведением от остальной – сельской - Европы. И вообще, это заблуждение, что до XXcтолетия человечество не регулировало рождаемость, а это делали либо эпидемии, либо войны.  И таких вещей совсем не понял или не захотел понять (не знаю) архимандрит Тихон (Шевкунов). Он не просто называет этот малоизвестный в общем-то факт снижения рождаемости константинопольцами в своём фильме о Византии, но даёт ему совершенно заидеологизированное и абсолютно морализаторское объяснение.  Его никак нельзя считать экспертным, потому что мораль является таким же следствием социальных процессов, как и остальные явления общественной жизни.   

Так вот, если бы советские женщины руководствовались одним чувством безысходности, не было бы такого количества внебрачных рождений. Их пик, наверное, пришёлся на послевоенные годы. Когда говорят, раньше женщины не рожали от кого попало, считая «нагуляного» ребёнка стыдом – тоже полная ерунда.  Вспомните "Семейный вопрос в России" Василия Васильевича Розанова. Всегда был фактор возраста женщины к которому общество относилось снисходительно. А про военное и послевоенное время и говорить нечего: безотцорвщина стала массовым явлением.  Экономических преимуществ положение матери-одиночке советской женщине не давало , но обижать сирых и убогих всегда считалось делом аморальным. Поэтому положение матерей- одиночек было и остаётся довольно двойственным. Даже сейчас  примерно 5-я часть всех рождений в России вне официального брака.


(окончание следует)

ReligioPolis

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100