Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 304 гостей и 2 зарегистрированных пользователей на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ТОТ, КТО В ТВОЕЙ ГОЛОВЕ (окончание)

Печать

 

Начало

matric1

(...)

Их можно научить выходить из ИСС?

Ну, моя дорогая, выход из ИСС - это не слишком трудно, вопрос, за какое время.

 

Эти «жертвы пси-террора» все люди случайные?

А вот не совсем случайные. И не все. В общем, то, что люди рассказывают, что они как будто под камерой наблюдения - это правда. Врачи трактуют это как признаки мании преследования, но это не совсем так. Мы же очень чувствуем, когда за нами наблюдают, из машины, со стороны. Это бывает интуитивное временное явление. Когда такое чувство при перегрузке годами, рекомендуется его в связи с оперативной необходимостью перевести в разряд не "тревожного состояния", а в разряд "возможна запись". Особенно если есть реальные основания.

 

Ты веришь во все, что видишь и слышишь в поле?

Во всё. Только я потом всё время проверяю. Не один раз. Всё время.

 

Ратников рассказывал о методе «автоматического письма», при котором пишущий отключает сознание и записывает то, что «слышит». Анализировать информационную ценность записи не его задача, так? Ты пробовал сам редактировать свои записи?

Понимаешь, иногда текстовая печатная информация видна в субвизуальности перед глазами. Видишь, как она появляется. И при закрытых глазах и при открытых. Это скорее не редактирование, а постоянное внесение поправок, при выяснении тех или иных особенностей происходящего, по разным причинам, которые не могли быть выяснены ранее.

 

Какие-то сложности со зрением, слухом, с движениями тела были при "наплывах" инфополярной реальности? Проблемы с аккомодацией?

Были, ещё какие были сложности. И зрение так подсело нормативное, что я думал - всё, доигрались. Потом стабилизировалось на обычный возрастной уровень. У меня всю жизнь "единица" была. Уши так закладывало, я считал, что слуху тоже конец. Переспрашивал по нескольку раз, не слышал. Это не по нескольку дней - месяцы и годы. Особенно, если передавалась информация на Москву - при расчётном времени поступления данных в ведомство субзвук просто "взрывался" в изменениях поступающей обратно информации. Обратная информация  мне доступна только избирательно, не по моей воле. Но в неё включаются, я думаю, все мысли, мотивации, опыт сотрудников разных ведомств, которые так или иначе прикоснулись к моему письменному сообщению. Всё их подсознание, всё наполнение памяти.

 

Ты всегда различаешь реальный пласт и иллюзорный? Ты их не путаешь? Материальная реальность от тебя не уходит?

Я никогда не прекращал одновременного анализа текущей реальной обстановки вместе с новостями по телевизору, СМИ и другим. Но сначала информации инфополярной было так много, она поступала с такой активностью, что практически закрывала текущую нормативную. Приходилось много что делать, чтобы встать в перекрёсток и той и этой: перебирать множество старых документов родителей, своих и фотографии... Такое ощущение было, что поле очень внимательно "запоминает" все самые маленькие детали... Включая номера документов и фамилии, имена всех, кого я мог вспомнить за жизнь, кого знал...

Мы не касались темы взаимоотражений между уровнями жизни, но то или другое действие, проведённое на одном уровне, сразу же или после или до того (пространство и время) отражается в других уровнях. Соответственно, передавая какую либо "оперативную информацию"  в какую-либо сторону, по расчёту, ты изменяешь характер соответствия твоего ЕИС в поле по отношению к действующим законам, и не только своей страны, но и международным,  и их ЕИС. И от успеха этого зависит твоё состояние. Но при задействовании тех, других или третьих сторон они тоже изменяют это соответствие, вне зависимости от тебя...

 

Как чувствуют себя сотрудники, в подсознание которых ты вторгаешься? А сколько, кстати, человек в стране работает так же, как ты?

Я ни в чьё сознание никогда не вторгаюсь, вторгается поле, исходя из обнаруженных данных, в интересах безопасности. Это решение, которое принимается без меня. Но с учётом меня. Сколько сотрудников? Да, не знаю, Мария... Честное слово. Но по моим оценкам - минимальное количество, может, даже единицы. Исходя из того многолетнего кошмара с запредельной круглосуточной перегрузкой. Я и боевой-то перегрузку не могу назвать, это раз в десять хуже. Ты как бы одновременно "подлежишь уничтожению, любой ценой" и одновременно как бы "уничтожения не допустить, объект должен быть реализован"... Разные сущности. Разные активные уровни чувствительной жизни.

Знаешь, я как-то в году 2003-м, когда переходы были активны, находился в крайней психоперегрузке... Уже много времени, безо всяких перерывов. Я спал всего по паре часов в день, много дней. Субсреда настолько была агрессивной. И вот дома присел на тахту и чувствую вдруг - поле превышает активность и потом стена в сторону соседей начинает на меня "набегать" как бы... И вдруг такое ясное понимание, очень отчётливое - сейчас через доли секунды я начну видеть, что у них, соседей в квартире... И возможен переход... Как я ушёл только с этого уровня... Не увидел, но понял на всю жизнь: это возможно.

Это называется ассоциативный дуализм языкового знака. Пока своими руками не потрогаешь, можно все книжки перечитать – без толку. Само по себе понимание и восприятие имеет собственное информационное значение в информационном поле. При изменении начинается то, что, собственно и совпадает кое с какими другими ЕИС. Тогда я сразу ушёл под свой статус офицера разведки, который не был в работе несколько лет после увольнения. Иначе бы точно крышу снесло. Статус задерживал перегрузку на уровне разума. Но я в какой-то степени понимаю «жертв» - у них никакой защиты... Ни шанса...

 

Когда ты сидел у окна в темной комнате, не видя и не слыша реальности, сжигая себе мозги терабайтами информации, к тебе отношения не имеющей, кто следил за  тобой? Кто контролировал твое состояние?

Я тебе что-то объясню на категории "природоведение", условно. Представь, что я по каким-то причинам оказался в амазонских джунглях или сибирской тайге. Ну, не знаю - авиакатастрофа, что ли. Имея всего лишь советское высшее образование (даже не академию) и опыт службы там-здесь. И мне по сложившимся, не от меня зависящим условиям, пришлось прожить в этом всём десять лет. Без денег, без документов, без средств спецсвязи и оружия. А государство меня не нашло или даже не искало. Вот ты бы меня спрашивала, а я бы отвечал тебе на вопросы - про змей и кокаин, про местные условия, про жару и листья, про запахи кустов и неизвестные плоды, как одному плохо и что нужно с этим делать, как искать и определяться без карты, что такое тайны тайги или джунглей, о которых говорят и думают, что так не бывает. На любой вопрос. Это мой личный опыт. Но заметь, я тебе почти ничего не говорю о контактах с местным населением, с одиночками-охотниками, с какими-то племенами и с представителями местных и государственных властей. Обозначил, что это было приоритетным, и всё. Может, никто не хотел узнать, как самолёт падал? А может, меня кто-то дома или из сослуживцев ненавидел? Не знаю... Но десять лет - я почему-то был там... Какое-то сравнение несуразное, но хоть что-то...

Да не волнуйтесь Вы, Мария, за моё душевное состояние. Я за последние годы окончил институт, юрфак. Знаете, сколько там десятков подписей докторов и кандидатов в доктора наук, и за какой срок? И не один не признал во мне психически больного человека. В том числе и московские специалисты, в том числе и те, с кем я консультировался по некоторым вопросам. И не только в институте, но и в других некоторых организациях, где подписи на документах ставили люди известные и отвечающие за свои действия. На меня вообще реально люди реагируют, когда я с ними работаю. Правда, устаёшь, чёрт, извини... Приходится иногда применять привычный армейский способ сброса напруги - спиртное. Тоже нехорошо, мешает делам. Приходится крутиться. Терпеть до последнего, пока уже внутри усталость такая не наполняет...

А ты, Маша, знаешь, что покойный Академик Смирнов, которого в своё время прозвали отцом психотронного оружия,  утверждал, что психовоздействие нейтрализуется спиртным. И он-то и был одним из основных разработчиков в 80-е годы, под эгидой КГБ. Со своей женой. Русалкиной…

 

А когда ты начал «видеть и слышать» полностью все время? В Чечне?

Нет, под Москвой в 2002-м. Но на самом деле, я слышал один раз ещё в Забайкалье. Говорю же - там всякие чудеса бывают, дацаны, ламы. Народ более свободно думает. Машина может ехать по совершенно ровной дороге, входит в сектор видимости дацана и всё, скорость со 100 км/час падает до 15-20 км/час. И совершенно не понятно, почему. Выходит из видимости - сразу набор скорости, рассказывали. А вот там я столкнулся не со специальной информацией, а с общей... Остался как-то ночевать в канцелярии, в начале 90-х дело было - сон такой поверхностный, всё слышишь вокруг, каждый шаг дежурного или разговор бойцов в другом конце здания, я привык. И вот тут-то меня и прихватило. Голос очень громкий для меня, сверху: «Не ходи дорогой одной...» Ещё что-то. Но вот что характерно - ощущение, как будто я вишу над кроватью на высоте сантиметров 10-15, и не могу пошевелить ни рукой, ни ногой, ни пальцами, какие бы усилия ни прилагал. Пока голос вещал – ни в какую, обездвиженность. Потом разом всё отпустило. Я вылетел из канцелярии как пробка, начинаю рассказывать, - реакция такая у дежурного: "Бывает...."

А потом в “Х» я тоже «слышал», но не понимал этого, приписывал очень тонкому слуху. Я иногда принимал радиограммы и работал с Центром из группы при условиях, когда нормальный человек неподготовленный не может ничего услышать. Например, посторонних радиостанций в эфире штук 8, а может и больше, и соотношение сигнал-шум, примерно 1 к 15 или 20. Приём на восприятии, сигнал отсутствует.

Тогда, под Москвой, когда я попал в "агрессивное поле", я вдруг понял, всё, реально информация государственного назначения присутствует и сильно активна. И если даже выбраться как-нибудь из всего этого, то, во-первых, всё может повториться в любую секунду, в любой момент. А во-вторых, сил уже ни физических, ни моральных встать на ноги, упав, нет. А значит - придётся учиться жить в этой области, со всеми вытекающими условиями. А значит - я не буду из неё уходить, принципиально. Ни одной попытки выхода.

И вот тогда в поле, кое-что произошло. Изменилось информзначение по отношению к моему самостоятельному решению на "НЕВЫХОД". И я это почувствовал. Потрачены были годы. Никто ничего не понял. Было принято решение отрабатывать тему в качестве офицера разведки запаса (резерва - другое определение), который попал в чрезвычайную экстренную ситуацию, связанную с угрозой государству, в полном боевом режиме, не считаясь ни с чем... Первичное основание - утечка государственной информации. Я ничего тогда другого не мог определить по-настоящему, а дезинформация была крайне опасна. Мне пришлось уходить из Москвы, потому что, если бы меня отрегистрировали в таком состоянии, никогда, ни при каких обстоятельствах я ничего не смог бы сделать. И я знал об этом. Любая информация от меня при проверке пересекалась бы с психиатрией.

Теперь приходится восстанавливаться. Единственно, пока отрабатывалась безопасность, при передаче информации удалось параллельно чётко выставить "флажки", которые  среднему специалисту сразу будут ясны, в теме «разведка и контрразведка центрального уровня». Меня, конечно, просто посылают к дьяволу - но этого уже не убрать, так что "забивать будут ногами", я знаю, за что всё это...

Абсолютно честно, хочешь? Над моим сознанием, в темной ли комнате, в дикости и ненависти, всегда стоял символ ГРУ - офицер, попавший в сложнейшую разведывательную обстановку, которому не верит никто, ни ФСБ, ни свои, ни Минздрав, ни Минобороны, ни МВД. Но кое-кто в силу официальных инструкций, а не из-за личного отношения, был обязан мне верить. Всегда и везде. Национальная безопасность не прощает ошибок, если ты вдруг не поверишь в то, что на самом деле есть, но не умещается в твоём сознании. Поэтому в инструкциях предусмотрено всё, до мельчайших деталей. Я рассчитывал на сравнительный анализ моего описания ощущений и того что происходит в реальности, с базами данных МИ - 5 и китайской госбезопасности. А после этого эти данные сравнительного анализа увести на Москву. Вот и вся нехитрая операция. Это такое чувство, когда после пяти лет подхода к нужному месту тебе в обратную приходит письменный регистрационный ведомственный ответ: "Информация принята. Спасибо!"

Кстати, первых пять с половиной лет, после начала "активной фазы" (назовём так) в 2002-м году, я помнил каждый звонок, каждую встречу, о чём шла речь, с кем и с какой организации, в какой месяц, каждую бумагу, и какая цель в неё закладывалась, и чем обеспечивалась безопасность при передаче письменного текста. И множество мелочей в ситуациях и обстановках, связанных со спецслужбами, знакомыми, одноклассниками, однокурсниками и подружками, коллегами, сослуживцами и руководителями, с самого рождения за каждый год жизни, "поднятыми" из памяти. Необходимость "помнить всё" отпала в 2007-м, с получением официальной подтверждающей информации, определяющий мой правовой статус (и нескольких подтверждений, что информация верная и не имеет обратной силы).

 

Это отряд "Василиск"?

В-общем, как бы, так и есть.

 

У тебя обострилась определенного рода чувствительность в условиях сенсорной депривации. Ты напряженно вслушивался, не имея возможности подкрепить восприятие слуховой информации данными, получаемыми по другим каналам восприятия.

Во-первых, для того, что бы "слышать" радиосигнал при соотношении "сигнал-шум" 1:15 или 1:20 (шум сплошной) и десятке посторонних радиостанций в эфире, необходимы были некоторые условия. Во-вторых, чтобы  разведывательная группа специального назначения находилась на враждебной (сопредельной или оккупированной, либо условно таковой) территории, когда ясно понимаешь, что вокруг всё очень опасно, и малейшее промедление или некачественная работа при проведении радиосеанса разведывательной связи грозит пеленгацией и уничтожением группы. Во-вторых, дикая ответственность, а, следовательно, и желание "дотянуться" на слух до Центра, когда ловишь оттенки, а не сам сигнал (который физически принять на слух невозможно). Это чрезвычайно важно для группы и для командования. Ответственность.

В-третьих, точное знание, сколько кого и чего в Центре дежурит, в каком состоянии, где и как они ждут от нас разведывательной информации. Это "рисует" в субвизуальности "картинки", которые так или иначе связаны с состоянием передачи данных в субзвуке и нормативным положением дел. Только перечисленные показатели составляют значительное количественно-качественное отличие от комфортной аппаратной связистов в нашем тылу, на узле связи, где вряд ли есть необходимость вслушиваться до такой степени. Легче раз сто перейти на более приемлемую частоту. Совсем разные условия, выраженные в едином информационном значении по отношению к агрессивной (враждебной) субзвуковой и субвизуальной среде нахождения человека, который  "слышит" и "видит". Психонервные и психофизические перегрузки, боевые уровни напряжённости состояния сознания и так далее.

Фактически, субзвуковая и субвизуальная среда соответствует надсознанию, подсознанию и глубинному подсознанию. Когда люди не "видят" и не "слышат",  информационное соответствие проявляется в настроении, в появлении какого-то тревожного или радостного чувства непонятно в связи с чем, в свалившейся откуда ни возьмись усталости или внезапном ощущении опасности, или понимании, что в коллективе почему-то напряжённая обстановка, хотя вроде бы конфликт не виден.

 

Но психика ведь не всегда настроена на такой режим восприятия. Для того чтоб мозг начал так воспринимать, нужен сбой в его обычной работе. Черепно-мозговая или психическая травма, прием галлюциногенов, психотехническое кодирование, облучение определенных участков мозга электромагнитным излучением определенных частот, сенсорная депривация и прочее, что сходу в голову не пришло. Групповая или индивидуальная медитация. Конституциональные особенности, в конце концов.

Всё правильно. Чтобы начать вдруг "слышать" и "видеть", нужно совпадение целого ряда постоянно действующих условий в субсреде, согласованной с нормативной средой нахождения и психофизическим состоянием сознания. Это как минное поле и растяжка, которую ты сорвал. Подорваться может и ребёнок, и действующий военнослужащие, и женщина, и мужчина вне зависимости от возраста. Вопросник большой: кто ставил минирование? Какого оно характера? Какую цель преследовала установка мин? На основании каких данных минировалась местность и в каком масштабе? Как, с какой целью и в связи с чем человек (люди) оказался на заминированной местности - хоть гражданский, хоть военный, хоть "красный", хоть "белый", хоть "зелёный" по принадлежности?

 

Саша, как самолет падал? Что случилось под Москвой?

Просто была ситуация, когда мне очень нужно было определить возможное местонахождение человека на расстоянии 300-500 метров поздно вечером. Визуально - ночь. За этого человека я очень сильно беспокоился, на грани нервного срыва. Мобильный телефон у него был отключен. Криминогенная обстановка на местности сложная, местами в этом районе по-тёмному непредсказуемая. Мне пришлось применить некоторые навыки, полученные во время официальной службы в разведке: услышать то, что услышать обычному человеку невозможно и увидеть то, что среднестатистический человек ночью увидеть вряд ли сумеет, если искомое существует. В результате сильнейшая психонервная и психофизическая перегрузка и - "раскрытие" в субзвуковой и субвизуальной среде. На тот момент это так для меня не называлось. В общем сумасшествии, -- по-другому это и не назовёшь, когда попадаешь в незнакомую среду и начинает вдруг всё просматривать и прослушивать от горизонта до горизонта по каким-то причинам, -- кроме обычной агрессивной (защитной) реакции субсреды на меня (то есть, на внезапно появившийся инородный объект неизвестной степени опасности), явно открылось информационное соответствие с уровнями информационного поля, содержащими отрывочную текущую несистематизированную, непараметрированную пространственно-временную информацию международного, государственного, политического, научно-экономического, военного и подобного характера.

По первому ощущению: закрытое применение новейших специальных и военных информационно-технических средств неизвестного назначения. Позже я сделал вывод: такое "раскрытие" произошло именно из-за применения специфических навыков служебного (боевого) характера и поле это "зарегистрировало" как бы при первичном появлении и определении классификации по принадлежности и степени опасности инородного объекта (то есть, меня). А заодно зарегистрировало и мою реакцию, выраженную в информационном значении, что-то вроде: "Нужно переходить в боевой режим и докладывать в ведомство" и всё такое. Примерно так. Извини, и так пытаюсь максимально приблизить ассоциативные определения к реальным формулировкам.

 

Привет, Саша! Как дела твои?

Мария, как я рад слышать тебя, дорогая! Я тебя несколько дней не «слышу», мне уже как-то не по себе. Что там, случилось что ли что, опять куда-то влезла, переживай за неё. Это же не «Одноклассники» какие-то. Это почти телефон.

 

Слышать? Не пугай меня.

А что ты пугаешься? При стабилизации информации слышать в субзвуке для меня - это норма. Чувство дискомфорта отсутствует. Поле обладает огромным запасом слов, и можно с ним решать определённые вопросы. Оно соответствует выбранному варианту человека, с которым "говорит", как бы... Вот у меня лично, наверное, где-то три стороны общения основных. Или четыре, иногда трудно разобраться. Одна из сторон -- это уровень "старшего товарища по разведке или начальника Управления ФСБ" которые с тобой советуются. Как-то так, ассоциативно. С ними можно обсудить любую оперативную ситуацию. Но не факт, что всё из наших разборов обстановки окажется верным. Имеет рекомендательный характер.

 

Я могу попытаться опубликовать статью в виде интервью с тобой. Ты согласился бы выступить под своей фамилией? Это дало бы тебе возможность заниматься темой открыто. Но если нет, то можно и анонимно.

Ты примерно спрашиваешь: "Ты согласился бы со мной жить всю жизнь?» Никогда не встречая меня в физическом смысле слова. Ведь ты хочешь интервью с фамилиями разведки и контрразведки? Маша, я согласен. У меня свои оперативные интересы. Москва дала мне "добро" - по собственному усмотрению. "Всё разрешено". Под свою ответственность. Я дам тебе видео. Но нужно это как-то согласовать перед этим. И твою жизнь, и мою. После этого обычно не бывает живых. Приезжай.

 

Редактор командировочные платить отказался, сказал: «Ищи поближе к дому темы». Хочу признаться тебе, что в ходе нашей переписки у меня неоднократно сбивались настройки компьютерных устройств и периодически сильно давило на виски. Это случайное совпадение?

Это обычное информационное перераспределение вследствие получения данных (определённой служебной категории по значению и достаточно высокого международного и межгосударственного характера, при соответствующей официальной принадлежности). Очень сильные характеристики по воздействию. После перераспределения в поле обычно становится намного уютнее жить. Если бы наши переговоры просматривала служба перехвата китайской госбезопасности и норвежской разведки, твоё самочувствие могло бы быть ещё хуже, правда, временно. Информация включала бы очень сильные компоненты значимости. Я уже давно привык. Терпимо, если знаешь, в связи с чем это тебя "колбасит не по-детски". Да и знаешь, что ты тут "при всём" - сам же что-то сделал.

 

Саш, так нельзя жить. Ты можешь выйти из игры?

Есть такие игры, Маша, в которых ты навсегда. Я себя намертво забил в эту тему. Ты знаешь, что такое цугцванг?

 

Это при игре в шахматы, кажется.

В чрезвычайных ситуациях часто бывают крайне, казалось бы, безвыходные положения. Тогда начинаешь принимать решение за решением, которые по степени реально возрастающего риска ухудшают со всех сторон обстановку шаг за шагом, но и приносят минимум плюсов, за которыми и идёт основная охота в обстановке, в которой ты находишься, и находится всё. На них, эти плюсы, вся надежда... И вот, на самых последних этапах  -- выдержать уже нельзя, потом совсем нельзя, потом невозможно, потом всё, пошли необратимые процессы! И вот в этот момент как раз и случается! Выходы открыты - можно уходить! Только для того, чтобы последний период выдержать, нужно иметь очень, невозможно серьёзные основания! Если просто "у меня нехорошая жизнь, не сложилась, может попробовать так?", то сам себя похоронишь, даже до основного отсчёта не дойдёшь. 

 

RP

 

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100