Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 135 гостей и один зарегистрированный пользователь на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



"ВИНОГРАД" ЕЩЕ ЗРЕЕТ

Печать

Галина БАБИЧ

 

...Многоженство – это не две жены по разным углам комнаты

 

Разговоры о легализации полигамии как попытка «культурного наступления» ислама на ряд актуальных для российского большинства ценностей

Каждый раз, когда на горизонте общественных дискуссий вдруг вырастает тема многоженства, мы думаем, что это происходит из-за остроты проблемы. Мол, зашкаливает количество полигамных браков на километр конкретной республики, и теперь мусульмане желают поскорее получить право на полноценный гарем за счет добропорядочных налогоплательщиков. Но это не так.

Исламская модель общества в России нуждается в систематическом, последовательном пиаре, и актуализация время от времени вопросов полигамии (здесь и далее под полигамией будет пониматься полигиния, многоженство) отлично служит этой цели. С одной стороны, это своего рода «тест на толерантность» россиян. С другой – попытка «культурного наступления» ислама на ряд актуальных для российского большинства ценностей.

Заявления о возможности легализации многоженства пока выполняют лишь функцию поддержания градуса беседы, и не более того. В самом деле, возможно ли всерьез поднимать этот вопрос в стране, где большая часть населения не имеет никакого представления об институте полигамии? Ведь узаконенное шариатом многоженство – это не просто две жены по разным углам комнаты. Это учреждение контроля над выполнением всех необходимых условий и обязательств, защита прав и установление гарантий для каждой из сторон.

Полигамия же в том виде, в каком она существует сегодня в ряде республик, имеет характер местной традиции, народного обряда, но никак не регламентированной процедуры, что вполне обусловлено исторически, объяснимо особенностями менталитета и диктуется общественным укладом. К тому же рост числа полигамных браков на Кавказе, отраженный социологами в их немногочисленных исследованиях, – это не столько результат активной исламизации населения, ведь сам ислам не предполагает обязательности такой формы брака, сколько слегка «отягощенная» признаками традиционности модная тенденция.

Следует учесть, что регистрация в органах загса на Кавказе не имеет сакрального значения. Здесь преобладает гражданский брак, как его принято называть в светском обществе. Достаточно пригласить имама домой – и новая семья создана. Для рожденных в этом браке детей современным законом предусмотрена довольно простая (при взаимном согласии родителей) процедура установления отцовства, а имущественные отношения при желании регулируются дополнительными гражданско-правовыми договорами. Все это однозначно свидетельствует об отсутствии острой потребности в государственном регулировании не только полигамных, но и моногамных брачных отношений.

Когда речь идет о добровольном вступлении женщины в полигамный брак, о соблюдении определенных шариатом условий и общественном поощрении и принятии такой формы брака, то у многоженства в целом – вполне приятные «бонусы»: улучшение демографической ситуации, материальная поддержка и психологическая защищенность большего числа женщин, а в ряде случаев и укрепление авторитета мужчины в социуме.

Но на практике добровольность не всегда осознанна и полноценна, особенно когда невеста слишком молода. Мужья часто не так уж ревностно выполняют предписания относительно материального обеспечения каждой из своих семей. «Параллельные» жены не всегда в восторге от существования друг друга, особенно если существовать им приходится на одной территории, и их внутреннее и внешнее психологическое напряжение с годами может только нарастать.

На практике существуют и так называемые тайные браки с «транзитными» женихами, оставившими законную супругу на родине. От них рождаются такие же «тайные» дети, и распад этой семьи – наиболее частый и закономерный исход подобных отношений – не влечет за собой для мужчины абсолютно никаких последствий.

Женщины в ряде республик бывают никак не осведомлены о своих правах и подвержены психологическому давлению со стороны будущего мужа или его родственников. Они лишены поддержки со стороны общества, поскольку негласные установки ставят их в зависимое положение, а выход за пределы своего социума травмирует и лишает условной «неприкосновенности».

И в этом смысле, конечно же, легализация института многоженства позволила бы разрешить кое-какие проблемы. Например, обязать мужчину к выполнению необходимых требований: постоянного и достаточного для всех семей дохода, равномерного распределения средств на все семьи, очередности в посещении своих жен и т.д. Или гарантировать женам при разводе право на часть совместно нажитого в таком браке имущества.

Но правда в том, что добросовестные многоженцы и без требований законодательства действуют в соответствии с шариатом, который гарантирует женщине защиту и обеспечение. А недобросовестные, как известно, всегда придумают, как обойти закон.

Когда официальные лица говорят о легализации многоженства, они не предлагают готовой модели внедрения института полигамии в действующее российское законодательство, вероятно, намекая на уже разработанные в шариатском праве положения. Но все понимают, что невозможно просто взять часть шариатского права и «перенести» ее на другую плоскость, сохранив правовое пространство вокруг абсолютно нетронутым.

К тому же как-то нелогично будет, признав право мусульман на полигамию, оставить без внимания такие вызовы, как хиджабы в учебных заведениях и мечети в крупных городах. Интуитивно всякий обыватель это осознает, а потому если и выступает против многоженства, то недоволен он не наличием нескольких жен у соседа, а потенциальным вторжением ислама во все другие области и сферы общественной жизни.

Обществу придется долго и тщательно отвечать на ряд других, неожиданных, сложных и подчас риторических вопросов – не только правовых, но и этических, нравственных, общечеловеческих.

Следует определиться, разрешить ли многоженство только для мусульман и как это согласуется с конституционным правом граждан РФ на равенство вне зависимости от религиозной принадлежности (не говоря уже о равенстве полов). Если под легализацией понимать регулирование мусульманских полигамных браков государством, какие компетентные специалисты от государства будут заниматься этим вопросом и какой орган будет уполномочен готовить этих специалистов? Должно ли государство повысить компетенцию имамов в мечетях или имамы в мечетях должны способствовать повышению компетенции государственных органов? На кого, в конце концов, ляжет вся тяжесть финансирования этих просветительских усилий?

Если же следовать модели, когда регулирование вопросов брака, развода, деторождения и наследства отдается на откуп религиозным организациям, то придется признать и необходимость создания шариатских судов, для полноценного функционирования которых нужны подготовленные кадры и уже сформированное экспертное сообщество, налаженное делопроизводство и финансирование, библиотека утвержденных источников и доступность всех перечисленных ресурсов в каждом регионе. А главное – единство мусульманского сообщества в вопросах авторитетности соответствующих мнений.

Возможно, для Чечни и Ингушетии действительно актуально такое общественно-юридическое регулирование: процент полигамных браков здесь значительно выше, кадры активно «выращиваются», разногласий между мусульманскими деятелями почти нет. Но для Карачаево-Черкесии, Адыгеи или Кабардино-Балкарии многоженство не так актуально. В Дагестане, при высоких показателях «полигамности», слишком ощутима напряженность между лидерами мнений. А в Татарстане, где полигамные браки официально считаются исключением, взят курс на «мазхабную монополию».

И выходит, что модифицировать семейный кодекс, а вместе с ним наследственное, имущественное и другое право «в угоду» мусульманам, возможно, приятный шаг в отношении межрелигиозного климата в стране. Но для того чтобы «подстроиться» под нужды и чаяния каждой отдельно взятой республики, а внутри республики – под каждую религиозную традицию и каждую национальную общность, потребуется обсудить, внести, принять и издать миллионами брошюр тысячи законов и актов, заседая в сотнях залов и выпивая неисчислимые литры бюджетной минеральной воды. То есть задействовать ресурсы, пригодные и уместные в решении по-настоящему актуальных гуманитарных задач.

 

Источник: НГ-религии

 

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100