Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас один гость и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ОТКРОВЕННОЕ ИНТЕРВЬЮ

Печать

 

протоиерей Георгий Коваленко, УПЦ МПО просветительских планах и информационных неудачах, о будущем церковных СМИ и фестивалей СМИ православных, о разделениях в среде церковных журналистов — почему это происходит и как этому противостоять — рассказывает в своем интервью протоиерей Георгий КОВАЛЕНКО, назначенный главой Синодального просветительского отдела УПЦ МП.

 

 

 

Отче, Вы пришли в церковную журналистику более 20 лет назад. Наверняка были какие-то планы, представления — как всё будет развиваться, чего сможете достигнуть. Спустя годы, как Вы оценивате, что удалось, а что нет?

Мне трудно говорить о планах. Ведь двадцать лет назад мы пришли на фактически пустую территорию. Мы создавали церковные медиа, не имея аналогов в истории Церкви, но желая исполнить те задачи, которые Господь ставил еще перед своими апостолами, говоря им: «Идите, научите все народы».

И в этом смысле нам повезло жить в то время, когда создавались первые православные газеты, первые церковные телевизионные и радиопрограммы, появился интернет вообще, как средство коммуникации, и православный интернет в частности.

Мы делали церковное дело, несли церковное послушание и меньше всего заботились о каких-то планах. Но честно можно сказать: тогда казалось, что многие наши проекты будут более удачными, что нам удастся создать единое церковное информационное пространство.

Вы проводили Фестивали СМИ православных именно для того, чтобы это пространство формировалось. Как бы Вы сейчас охарактеризовали состояние процесса: он замедлился, остановился или прекратился?

Я думаю, мы продолжим проводить фестивали, потому что ФестСМИ – это один из наших самых удачных проектов. Он действительно создавал внутрицерковную, просветительскую, миссионерскую сеть не в соответствии с чьими-то планами или представлениями, а такой, какая она есть в реальности.

Церковная жизнь — это всегда реальность, каждый просветительский проект зависит от огромного количества составляющих, каждый по-своему уникален. Практически невозможно создавать «под кальку» тот или иной проект не то, что в разных регионах страны, но в разных приходах, в разных епархиях — настолько все зависит и от ситуации в регионе, и от правящего архиерея, и от тех людей, которые делают проекты.

С самого первого фестиваля нами была найдена оптимальная форма: мы не поучали приехавших к нам с периферии людей, а дали им возможность говорить самим и сами их слушали. И мы увидели, что в нашей Церкви достаточное количество людей просветительски заряженных, готовых трудиться и создавать информационные и миссионерские проекты. Задачу отдела – бывшего информационно-просветительского – мы всегда видели не в выстраивании системы сверху, а в координации и поддержке тех, кто уже работает на этом поле.

Думаю, эта деятельность продолжится, потому что большинство из тех проектов, которые объединил Фестиваль СМИ православных, были как раз проекты просветительские. И что-то подобное ФестСМИ будет существовать и в будущем, потому что это проверенная временем площадка для общения, обмена опытом и созидания нового.

Из-за печальных событий в нашей стране за последние полгода наблюдался массовый «расфренд» православных людей в социальных сетях, многие вообще прекратили общение, многие, даже священники, публично оскорбляли и унижали друг друга. Это помимо прочего помешало и проведению в этом году Фестивалей СМИ православных.

Как Вы думаете, что можно сделать, чтобы ситуацию исправить и возможно ли это вообще?

Это наша реальность: вся страна живет в состоянии войны, в том числе, войны информационной. И большинство людей, тесно связанных с информацией, оказались неготовыми разграничить пространство политическое и церковное, отделить свои земные пристрастия от евангельской территории единства и любви.

Мы всегда приглашали на наши фестивали людей с разными взглядами. Даже тогда, когда у нас в Церкви были достаточно неспокойные времена — в связи с болезнью Блаженнейшего, фестивали проводились. Мы находили что-то общее, независимо от того, кто из какой епархии приехал.

Сейчас и политическая обстановка в стране, и война сделали невозможным общение между людьми, которые ранее считали, что их общению вообще ничто не сможет помешать. Это данность. Можно сколько угодно по этому поводу сокрушаться, но так есть.

Нам всем придется уврачевывать эти раны, придется искать ответы, что же произошло, почему мы прекратили общение друг с другом, почему мы друг друга не желаем видеть (ненавидеть – одна из возможных этимологий этого слова – нежелание видеть) и почему мы не готовы вести диалог, а каждый претендует на обладание полнотой правды.

Все эти годы мы пытались быть площадкой для людей с разными взглядами. Но оказалось, что разномыслия  внутрицерковные примирять проще, чем политические или геополитические пристрастия.

Возвращаясь к вопросам о журналистике, спрошу: как Вы думаете, почему церковные СМИ за все эти годы так и не стали полноценными средствами массовой информации? Какой вообще, на Ваш взгляд, должна быть церковная журналистика?

Мне кажется, что церковные СМИ так и не смогли найти своего формата и не смогли в полноте ощутить своего читателя. А возможно, читателя и нет. Опыт показывает, что человек приходит в храм не для того, чтобы читать газету. Пришедший в храм человек не нуждается в каком-то дополнительном информационном сопровождении веры и своего воцерковления.

С другой стороны, мы все прекрасно понимаем, что существует проблема религиозного просвещения, существует проблема катехизации, миссионерства даже в воцерковленном обществе. И, наверное, это не проблема церковных СМИ, это проблема нашей Церкви в целом. Потому что говорить о том, что нам помимо восстановления храмов и регистрации общин удалось восстановить просветительское и образовательное служение, думаю, пока преждевременно. И отсутствие этой системы просвещения в масштабах всей Церкви, отсутствие системы образования — как в воскресных школах, так и в светской школе, в частности и при помощи медиа — думаю, является одной из причин, почему на сегодняшний день нет ни одного церковного медиапроекта, могущего конкурировать с ведущими светскими СМИ.

С другой стороны, наверное, есть объективные причины, потому что законы современных медиа и законы проповеди Евангелия существенно отличаются.

Но это не значит, что мы не должны искать формат, как на понятном современному человеку языке говорить о Евангелии и вечных ценностях. Иногда сегодня более удачными получаются те площадки и эфиры, которые нам предоставляют светские СМИ. Мы за это им благодарны, в том числе, тем православным людям, которые в этих СМИ работают.

Какой должна быть церковная журналистика?

У меня нет ответа на этот вопрос. Я не журналист и никогда не рассматривал свое служение, в том числе и по созданию информационных проектов, как журналистику.

Наверное, должно вырасти следующее поколение — воцерковленных людей, одновременно профессиональных журналистов, которые смогут найти форматы, более понятные широкой аудитории, чем те, которые мы сейчас имеем. Потому что, повторюсь, наша проблема в том, что наши проекты для более широкой, как нам кажется аудитории, на самом деле делаются на языке внутрицерковном. А внутри Церкви потребности в медиа практически не существует, и это реальность сегодняшнего дня.

Какие Вы видите недостатки в работе нынешних церковных СМИ? В том числе тех, которые Вы сами создавали или возглавляли.

Критиковать всегда проще, чем что-то делать.

Мне кажется, вообще не стоит вести разговор в контексте «хорошо — плохо», потому что это реальная церковная жизнь, реальная церковная деятельность людей. А церковная деятельность — это все-таки богочеловеческий процесс.

На сегодня мы имеем, пожалуй, лучшее из возможного, при этом прекрасно понимая, что оно далеко от совершенства. Такая моя характеристика, конечно же, не повод прекращать заниматься информационной или просветительской деятельностью, но необходимо трезво оценивать ситуацию.

Еще раз повторюсь: церковный человек живет в реальности и исходит из реалий. Поэтому, делая просветительские проекты, не нужно расстраиваться из-за небольших тиражей или низкой посещаемости. В конце концов, христианин себя нормально ощущает и в меньшинстве. Хотя, конечно же, необходимо стремиться охватить проповедью Евангелия максимальную аудиторию.

С другой стороны, наверное, здесь как в притче о сеятеле: далеко не вся почва, в том числе и среди тех, кто считает себя воцерковленными, готова принять то евангельское семя, которое сеется по-настоящему церковными СМИ. А как говорил один православный журналист и редактор, если церковные СМИ не говорят о Христе, то они не нужны вовсе.

Вы назначены главой новосозданного просветительского отдела. Как думаете, в какой информации о Церкви сейчас нуждается общество, какую информацию оно примет?

Я воспринял это разделение — на информационный и просветительский отделы, как определенный знак. Как указание Церкви на то, что самым важным в нашем публичном делании является просвещение.

Очень часто мы тонем в ежедневном потоке информации, забывая говорить о главном. Более того, информационный поток обрушивается на нас, требует комментариев, реакции, ответов на те вопросы, которые есть в обществе. Таким образом, мы увлекаемся земным, попыткой говорить о земном и меньше уделяем внимания просвещению, как проповеди.

Мы всегда пытались любую информацию использовать как повод проповедовать Христа, но, наверное, пришло время выстраивать некую общецерковную и общенациональную систему, чтобы человек четко понимал: именно в этом месте ему будут говорить о вечном. Чтобы те ресурсы, проекты, которые мы будем пробовать создавать, соответствовали тому, что мы слышим в Херувимской: «Всякое ныне житейское отложим попечение». Иногда нужно откладывать все житейские попечения, чтобы действительно понять, о чем говорит Церковь, к чему она призывает и куда указывает путь.

Каким должно быть современное просвещение, ведь в нашем обществе буквально каждый слышал о Боге Троице и о Христе. Что теперь нужно говорить, как просвещать?

Этот процесс всегда актуален, потому что просветительство — это всегда передача живой веры. Вера передается от человека к человеку. Более того, как любил говорить Блаженнейший Митрополит Владимир, «вера не доказывается, она показывается».

Показывание веры невозможно без многолетнего пребывания в вере, без определенных личных преображений. Это актуально для каждого поколения, для каждого человека. У каждого свой ритм — именно поэтому Церковь не устает читать одни и те же евангельские тексты, произносить проповеди, почитать и передавать истории о святынях и святых. Всякий раз это семя сеется на новую почву, потому что приходят все новые и новые люди, и каждый из нас пытается, насколько это возможно, делиться своим опытом, понимая, в том числе, всю степень и собственного несовершенства.

Мы пытаемся и сами идти, и другим помогать. И в то же время просим других о помощи на пути ко спасению.

Какие планы просветительского отдела на ближайшее время?

Думаю, мы должны провести ревизию просветительских проектов. Вновь посмотреть под новым углом на все, что делается в этой сфере жизни нашей Церкви. Потому что такое наименование, как «просветительский», — более широкое, чем информационно-просветительский. К просветительским проектам можно отнести не только СМИ, но и акции…

Например, одно из направлений деятельности, которые я вижу, это вопросы защиты и укрепления общественной морали. В этом смысле у нас есть союзник – Национальная экспертная комиссия по вопросам защиты общественной морали.

Также важно заниматься возрождением древних и созданием новых традиций именно общественного, вне территории храма, празднования религиозных праздников, являющихся в Украине государственными или почитаемыми в народе. Мы должны фактически создавать эти новые формы, наполнять празднования христианским смыслом. Чтобы не получилось, что Рождество Христово превратится просто в Рождество, а святой Николай будет восприниматься не как реальный человек, святой, а как герой из рекламы шипучего напитка.

Очень важно попытаться внести смысл и найти формы, которые бы наполнили содержанием те дни, в которые традиционно люди обращаются к Церкви, к религии, к традициям. Тут огромное поле для деятельности.

В каком виде всё это будет, зависит от того, какие у нас есть силы в наличии, кто те люди, которые это будут делать, и где нас, как церковную структуру, будут готовы видеть как соработников или, по крайней мере, хотя бы генераторов идей и консультантов.

Последний вопрос — кстати, о «житейском попечении». Не секрет, что православные СМИ никогда не выходят на самоокупаемость, а последние события в стране так вообще не пошатнули, а буквально подорвали финансовое состояние почти всех церковных медиапроектов.

Какие есть пути, чтобы православные газеты, журналы и сайты не прекратили существование?

Я всегда руководствовался принципом: «Ищите прежде Царства Небесного, остальное приложится вам». И эти 20 лет были примером того, что принцип работает. То, что угодно Богу, будет существовать.

Более того, мне никогда не нравилось такое определение, как «независимые СМИ». Но теперь я по-иному смотрю на эту формулировку. Церковные СМИ независимы не от Церкви, они независимы от финансирования. Потому что в той или иной степени все они — альтруистический, волонтерский порыв, желание послужить Богу. И тут очень важно находить баланс и, реально оценив имеющиеся возможности, создавать те просветительские проекты, которые смогут существовать.

Важно понимать: у нас не будет другого шанса. Мы не скажем Богу, вот, если бы у нас было финансирование, мы бы таких проектов понасоздавали…

Каждому из нас Господь дал таланты. Кому-то — таланты материальные, кому-то - творческие. Мы, церковные люди, можем объединять усилия и создавать реальные проекты, участвуя каждый своими талантами.

При этом не думаю, что стоит грустить, если какой-то проект закрывается. Значит, на это есть причины, такова воля Божья.

Поэтому, скажем так, нам нужно искать возможности и создавать проекты в новых условиях, тем паче, что рассчитывать на бюджетное финансирование Церкви не приходится. Церковь живет на пожертвования, а это такая вещь, которую невозможно просчитать или спрогнозировать.

Более того, в то время, когда вся страна озабочена сбором помощи переселенцам, воинам, вдовам, сиротам, думаю, Церковь должна научиться помогать, а не просить. Там, где люди объединяют усилия, возникает синергия. Поэтому мы должны объединяться. И задача любой общецерковной институции, в данном случае Синодального просветительского отдела, — объединить усилия всех, кто трудится на ниве церковного просвещения, и попытаться создавать проекты наиболее эффективные, наиболее реальные в нынешней, в том числе и экономической ситуации.

Беседу вела Юлия Коминко

 

Источник: Православие в Украине

 

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100