Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 298 гостей и один зарегистрированный пользователь на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ОХОТА НА ВЕДЬМ И ЭКСТРЕМИСТОВ

Печать

Роман ЛУНКИН

 

прот. Дмитрий Смирнов

Роман Лункин

Реакция общественности и правозащитников на заявления отца Дмитрия Смирнова 6 мая в эфире православного телеканала «Союз» о «сектах» и том, что их надо «громить», совершенно естественна – это, безусловно, высказывание ксенофобского характера.

Глава синодального Отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями отец Дмитрий, отвечая на жалобу телезрительницы, посоветовал бороться с «сектами» с помощью сил православных граждан и вернуться к советским временам.

Общий пафос критики в адрес священника, в том числе в материале «Экстремизм со свойственной ему прямотой», с комментарием к статье про «Сектантскую обиду», я понял так: православный священник, будь он главой отдела или простым батюшкой, является таким же гражданином РФ, как и все, а значит должен подчиняться законам и нести ответственность за свои поступки и слова. С этим трудно спорить – так оно и есть.

Однако есть довольно важные оговорки, которые не позволяют однозначно осуждать религиозного деятеля как экстремиста, особенно за критику иных конфессий и религий, к тому же если неправославные христиане и представители новых религиозных движений туманно называются сектантами. Упоминание Свидетелей Иеговы и мормонов, безусловно, в речи отца Дмитрия присутствует, но вряд ли в юридическом смысле можно будет привязать все, что говорил священник о сектах к «погромам» конкретных религиозных объединений, которые признаны и зарегистрированы в России - иеговистов и мормонов.

Необходимо признать, что в оценке любых религиозно мотивированных высказываний, нужно применять особый подход, нужна особая презумпция невиновности, а не убежденность в том, что сразу и ко всем надо применять уголовные статьи. Речи священников, пасторов, имамов часто отражают их личный миссионерский запал, который идет от стремления выразить и защитить их веру. В этом эмоциональном религиозном запале миссионеры забывает обо всех границах, о законных рамках, о политкорректности. Яркий пример – проповедник среди мусульман отец Даниил Сысоев.

В целом я вообще против того, чтобы осуждать граждан за разжигание межрелигиозной розни и вражды в условиях, когда понятие экстремизма и экстремистской деятельности столь размыто и применимо к самым разным ситуациям. Как справедливо отметил глава Центра «Сова» Александр Верховский во время слушаний в Общественной палате РФ, «Действия правоохранителей не соответствуют принципу определенности — никому непонятно, где конкретно начинается экстремизм. Не учитывается и степень опасности деяния. Закон охватывает и терроризм, и рисование гадостей на заборах».

Что самое интересное, этого принципа определенности не придерживаются и сами правозащитники, критикующие Церковь, в частности, отца Дмитрия Смирнова. Правозащитники защищают Свидетелей Иеговы, которых судят за провозглашение истинности  и уникальности своей веры, но хотят засудить отца Дмитрия Смирнова за то, что он также провозглашает превосходство своей веры несколько другими словами. Карельский правозащитник Максим Ефимов, известный тем, что прокуратур отправила его на психиатрическую экспертизу, обратился с заявлением в Генпрокуратуру РФ с просьбой привлечь отца Дмитрия Смирнова к уголовной ответственности как раз за пропаганду превосходства (иеговистов и мормонов он даже не упоминает). Стоит отметить, что Ефимов, действительно, ведет себя не слишком адекватно – в этому убеждаешься, когда читаешь его рассказ о встрече с архиепископом Петрозаводским и Карельским Мануилом, одним из лучших епископов-интеллектуалов в России. Никакие встречи с официальными представителями РПЦ мнения правозащитника не изменили, более того, он достаточно цинично относится к Церкви как таковой, хотя это такой же гражданский институт, как и другие.

Для меня очевидно, что ни Максим Ефимов, ни Pussy Riot, ни отец Дмитрий Смирнов, ни иеговисты и пятидесятники, ни мормоны не должны сидеть в тюрьме за то, что они свои взгляды считают истиной в последней инстанции и готовы спорить об этом до хрипоты. Как публичное лицо, которое подвергается ожесточенной критике, отец Дмитрий уже испытывает на себе весь груз ответственности, он сам и другие священнослужители создают тот образ Церкви, какой есть.

По поводу сект и сектантов надо сказать особо, потому что фактически – это ничего не значащий фантом, так как если спросить человека с улицы – кто такие секты? - то вы не услышите никакого конкретного ответа – это просто преступники, нечто страшное и сумасшедшее и все (единственные, кого вспоминают – иеговисты). Опасность в том, что часто все неправославные подпадают под это определение, преимущество в том, что нет правового определения «сектантов» и все зарегистрированные религиозные объединения уж точно формально не секты (в том чисел и иеговисты и мормоны).

Определение «сектанты» с налетом безумия и мошенничества – конечно – очень обидное. Однако для того, чтобы отвоевать себе место в правовом демократическом государстве с таким сильным институтом как Русская православная церковь, надо подавать в суд, делать свои экспертизы, добиваться признания если не слов секта и сектанты неприличными, то хотя бы публикаций, где конкретные церкви и движения обвиняются неизвестно в чем. Более опасны и неприемлемы, с этой точки зрения, совсем не высказывания религиозных деятелей, а статьи и призывы радикальных сектоборцев. Чтобы сделать маргинальным слово секта в общественно-политическом обиходе надо подавать в суд, кто бросает более конкретные обвинения и оправдывает их как «научные». Такие обвинения бросал и бросает Александр Дворкин, глава Экспертного совета при Минюсте и его ученики в регионах, они выступают экспертами в судах и прокуратуре. Но те, кого называют сектантами, мало активны в этом отношении.

К понятию «сектанты» и «секты», как к любому скандальному ярлыку, общество привыкло очень быстро. Сталкиваясь с реальными верующими – мормонами или харизматами, граждане, как правило, без подсказки, совсем не считают их «страшными преступными сектантами». Сектофобия – это то, что накопилось постепенно за последние 20 лет. Надо учитывать, что правоприменительная практика по религиозному экстремизму или разжиганию вражды на религиозной почве в России очень разная: религиозно мотивированные высказывания не могут однозначно трактоваться как преступные – каждый конкретный случай надо рассматривать отдельно. В любом случае – проповеди - это не повод, чтобы сажать священников.


Автор: Роман Николаевич ЛУНКИН, ведущий научный сотрудник Института Европы РАН, аналитик Службы «Среда»

 

ReligioPolis

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100