Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 182 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ, СЛИШКОМ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ...

Печать

Михаил ЖЕРЕБЯТЬЕВ

 

...

Российские парламентские выборы 2011 года вслед за смутными ощущениями надвигающегося где-то поблизости, рядом, но всё же еще подспудно, революционного распада империи, обнажили поляризацию политических предпочтений россиян. На поверку оказалось: сегодня в стране уже нет большинства - не то, что верящего, но даже сколько-нибудь доверяющего действующей власти. Высокие персональные рейтинги губернаторов – ярославского Вахрукова, воронежского Гордеева, белгородского Савченко, да и "национального лидера", кстати, тоже - автоматически не конвертировались в привычный, на уровне 60 % "с гаком", результат "партии власти". С другой стороны, снижение показателей "Единой России", что называется, "несмотря и вопреки", указывает на наличие в обществе запроса на перемены. Пускай, пока и самого общего свойства, что отчасти подтверждается голосованием за представленные в бюллетенях партии.

Вместе с тем, голосование 4 декабря обнаружило запрос на перемены избирателя по широкому спектру проблем, не только накопившихся за 20 лет, но искусственно подмороженных в мертвое путинское десятилетие. А вот символом запроса на новое (ещё до результатов выборов) – стал один факт (или, точнее, артефакт) религиозной жизни. Пожалуй, впервые в постсоветской истории России квазирелигиозное событие предшествовало политическому. По замыслу власти, поклонение великой православной святыне - Поясу Богородицы – аккурат перед самыми выборами должно было внести в общество умиротворение, подтвердить единение народа с властью и РПЦ МП и даже принести в прямом смысле плод, т.е. мистически помочь россиянкам с решением демографических и семейных проблем.

Но неожиданно возникшая 10-километровая очередь в храм Христа Спасителя в непосредственной близости от Кремля власть же и удивила, и испугала. Феномен ноябрьского московского стояния на набережных ещё предстоит изучать, но первым из представителей власти откликнулся неутомимый кремлёвский ньюсмейкер по врачебно-санитарной части Геннадий Онищенко, посоветовав россиянам мысленно, а не физически обращаться со святыней.

Каждый шёл к поясу со своими болями и за своим счастьем в главный храм "титульной Церкви", но происходящее в целом оставляло впечатление стихийного протеста. Его эффект только усиливали регулярные репортажи государственных телеканалов, а разная тональность в подаче сюжета - от официозно-апологетической до светско-аналитической, с робкими попытками разобраться в существе неведомого ещё России социального явления, – только подстёгивала общественный интерес. Среди этих сюжетов точно не было ни одного некорректного ни по отношению к святыне, ни по отношению к людям, пришедшим ей поклониться. А посему призывы святейшего Кирилла к покаянию инакомыслящих не дали никакого результата, и не могли его дать. В отличие от времён хрущёвских религиозных гонений, когда власти регулярно предъявляли народу попов-расстриг и "сектантов", порвавших со своим "тёмным прошлым", никто пока не последовал призыву предстоятеля РПЦ МП. И с этим руководству "титульной Церкви" страны тоже приходится считаться. Как и с тем, что убеждённые атеисты не препятствовали поклонению. Но это, впрочем, не означает, что они не могли высказать своего отношения к происходящему, следуя собственным мировоззренческим установкам.

Правда, история со спецпропусками в предвыборном контексте разрослась до отдельной ключевой темы в сюжете о паломничестве в Россию афонского пояса. И это тот случай, когда первый сигнал пошёл от "верхов". Значит, и там ждут перемен, то есть "не могут" жить по-старому. Первой выложила в сети образчики спецпропусков для чиновников никто иная, а Ксения Собчак - "плоть от плоти" нынешней политической элиты.

Латентно - как через итоги голосования, так и в поклонении святыне - общество предъявило претензии и к качественному состоянию самого себя. Почти каждый живущий в России взрослый гражданин не раз в жизни задавался вопросом: "Почему мы, русские (россияне), разобщены и не можем сообща отстаивать свои интересы, а когда это требуется - активно противостоять давлению власти?" Разумеется, проблема самонеорганизованности русского общества стара и многопланова, но раз власть виновата во всём, то и в этом тоже. Хотя, впрочем, так же бессмысленно отрицать, что в этом расхожем суждении как "улицы", так и "кухонь" есть немалая доля правды. "Русская власть" (термин политолога Лилии Шевцовой) может существовать лишь в условиях аморфного и, как следствие, предельно атомизированного общества. Именно это состояние социума гарантирует массовую опору бонапартизму постсоветского образца. Когда-то при переходе от советского к постсоветскому времени социолог Юрий Левада эмпирически определил уровень поддержки политического режима населением, достаточный для самовоспроизводства власти, существующей вне политической конкуренции. Речь шла о власти, организованной по советскому образцу, не готовой уступать бразды правления другой политической силе – той, что легитимно, через акт народного волеизъявления, доказала поддержку своим программе и лидерам. Исследователь определил этот критический уровень советской власти в 40 % поддержки населения. Таким образом, поддержка власти в России сегодня перешла этот критический уровень, а все попытки демонстрации более высокого рейтинга "ЕдРа" выполняли роль страховки. Так что уроки Левады, зная о них или по наитию, нынешняя власть усвоила.

У феномена аморфного общества есть и собственная "оборотная" сторона. Власть считает обществом исключительно назначенную ею же "общественность". Не переговорная площадка, вопреки официальным заверениям власти, а проводник влияния на массы - вот главная задача назначенной общественности.

Неприятие интеллектуалами действий власти (от "третьего срока" до силовых разгонов протестных послевыборных манифестаций) не может завершиться ничем иным, кроме как процессом общественной консолидации. Позиции власти достаточно сильны, но, как оказывается, не настолько, чтобы помешать гражданской солидарности. Её лицо - "доктор Лиза" Глинка с продовольственными пакетами у проходной изолятора временного содержания.

И чем сильнее будет становиться российское гражданское общество, тем больше оно даст шансов для вхождения в горизонтальные (сетевые) общественные связи отдельным рядовым представителям РПЦ МП. Только так бесправные клирики смогут вырваться из жёстких административных рамок, установленных иерархией "титульной Церкви". Но одновременно к иерархии, говорящей от имени "всей полноты Церкви", отношение гражданского общества будет все более и более прохладным.

А значит, РПЦ МП не сможет рассчитывать на то место, которое в условиях польского политического кризиса 1980-х заняла католическая Церковь в качестве независимого модератора переговорного процесса власти и оппозиции, выступавшей в ту пору представителем интересов всего польского общества. Это достаточно важный момент, если учесть, что часть общественных деятелей (Ю. Рыжов, Г. Сатаров) уже сегодня высказываются в пользу именно такого формата взаимодействия общества с властью ради предотвращения всеобщего обвала, весьма вероятного с учётом природы российской власти - когда все политические институты совмещает в одном лице президент.

 

Источник: Портал-Credo 

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100