Регистрация / Вход



ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ

Печать

 

 

Александр НЕЖНЫЙ

 

volterВ 1741 году в Лилле и в 1742 году в Париже была поставлена трагедия Вольтера «Магомет».

Почти два месяца назад в пригороде Парижа восемнадцатилетний чеченец Абдуллах Анзоров с криком «Аллаху акбар!» зарезал сорокасемилетнего учителя истории Самуэля Пати, затем отрезал ему голову, сфотографировал обезглавленного, отправил обращение к Президенту Франции, называя его правителем неверных, пытался убежать от полицейских, сопротивлялся и был застрелен. Неделю назад Анзорова похоронили в Чечне, в деревне Шалажи, его исторической родине, где он никогда не был, так как родился в Москве, а шести лет отроду оказался во Франции.

Попробуем понять, как связаны между собой два эти события – трагедия Вольтера и убийство Пати.

За что поплатился жизнью учитель истории, посмертно награжденный орденом Почетного легиона? Один из уроков он посвятил принятой во Франции свободе выражения своих взглядов, что - в том числе – доказывали, по его мнению, карикатуры на пророка Мухаммеда, пять лет назад опубликованные в журнале «Шарли Эбдо». Он их показал классу. (Надеюсь, все помнят, что после выхода номера «Шарли» с карикатурами на редакцию напали исламисты, убившие двенадцать (!) ее сотрудников).

Узнав об этом, Анзоров решил покарать нечестивца.

И покарал.

От всего этого веет какими-то древними мóроками, идолами, требующими человеческих жертвоприношений, кострами, в которых сгорают вероотступники. Надо было бы всем миром заболеть сердцем от такого злодеяния, - но наша жизнь с ее перехлестывающей через край ненавистью, затмением разума и опошлением веры давно приучила нас к проявлениям самого жестокого варварства. Однако: а что же потом? А потом выступил хор «защитников ислама», и Рамзан Кадыров, в этом хоре исполняющий сольную партию, из своего родового аула взялся поучать Францию, перепутавшую «демократизм» со «вседозволенностью» и «демонстрацией непозволительного отношения к исламским ценностям». «Провокация», указал Кадыров. Хор грянул: «Исламофобия!»

Позвольте вам указать, уважаемый Герой России, и вы, господа правоверные, и вы, молодые бородатые люди, нагрянувшие к посольству Франции с требованиями прекратить провокации против мусульман, - все вы несколько передергиваете. Разве Самуэль Пати явился в город Грозный, или в деревню Шалажи, или в аул Центерой, где на радость простым чеченцам высится дворец Рамзана, дар Аллаха всемилостивого и милосердного, - разве в эти благословенные места приехал из Парижа учитель истории, чтобы показать гражданам Чечни карикатуры на пророка? Разве он пришел в Чечню, или Тегеран, или в Стамбул, в гости Эрдогану, этому мешковатому турецкому господину, оспаривающему у Кадырова первенство в защите ислама? Кто бы тогда стал возражать, что Самуэль или провокатор, или безумец, решивший подергать за усы любимого тигра Кадырова. Но он говорил о свободе слова у себя, в пригороде Парижа, во Франции. В той самой стране, в двери которой постучали с просьбой о помощи тысячи чеченцев и которая их приняла, обогрела, дала работу и сказала: живите, чеченцы! Вам плохо в Чечне, нехорошо в России – но Франция дает вам прекраснейшую возможность новой жизни. И как же повели себя пришельцы в гостеприимном, но все-таки чужом доме? Они принялись указывать хозяевам, что им можно, а что нельзя; более того – взяли за правило жесточайшим образом карать французов за то, что на своей земле, у себя дома они ведут себя не так, как этого бы хотели пришельцы. Президент Франции пусть с опозданием, но взялся защитить основополагающие ценности своей страны, ее право глядеть на мир своими глазами – и тут же получил в ответ «провокатора», а Эрдоган и вовсе облаял его крепкими турецкими выражениями.

Заметим: не француз казнил мусульманина из-за того, что тот исповедует веру, неприемлемую для европейца. Мусульманин убил француза, «защищая пророка». Что же до свободы вероисповедания, то побойтесь Аллаха, господа исламисты! Гляньте, сколько мечетей позволила построить христианская Европа. Она – не знаем только, к добру ли, - согрела ислам на своей старой груди. В названии романа Елены Чудиновой - «Мечеть Парижской Богоматери» - не отразились ли греза радикального ислама, его тайный помысел о зеленом знамени над всем превратившемся в один имарат миром, темные мечтания людей, или вообще не прикасавшихся к Корану или знакомых с ним в изложении бесчестных толкователей? Вам, Герой России, выпало на роду защищать ислам? В таком случае не высасывайте из пальца «провокации» с понятным всем намерением обелить убийцу, а лучше обратите свой взор на Китай. Европа мечети строит – Китай их взрывает; Европа Коран издает – Китай его сжигает; Европа дает мусульманам крышу над головой – Китай гноит миллионы мусульман в тюрьмах и лагерях. И тут не безобидная карикатура, не лекция о свободе слова – тут самый настоящий геноцид по национально-религиозному признаку. Солдат Путина! Мастер единоборств! Истребитель шайтанов! Не отправиться ли вам защищать несчастных уйгуров? Спасать дунган? Выручать кыргызов? Братья по вере гибнут – а вы, Герой, хотя бы слово промолвили в поддержку гонимых и в осуждение не щадящей мусульман Поднебесной.

Религиозное рвение очевидно уступает политическому расчету.

Францию обвинить куда легче.

Однако знаете ли вы все, исправно совершающие намаз, что вы обвиняете великую французскую культуру? Задумались ли вы, постящиеся в Рамадан с рассвета и до заката солнца, кто воспитал французов в свободомыслии? Известно ли вам, мечтающим о райском блаженстве в приятном обществе полногрудых и черноглазых гурий, что век Просвещения внушил французам отвращение к религиозному фанатизму? Да, был такой великий век, блеск которого по сю пору слепит глаза и школу которого так или иначе прошли все цивилизованные народы. И среди его выдающихся деятелей по праву своего мощного ума и блистательного поэтического дара занимает Вольтер, «умов и моды вождь», по словам Пушкина. Враг религиозного ханжества, мракобесия всех цветов и оттенков, Вольтер в «Магомете» наделил своего героя – скажем так – не самыми достойными человеческими качествами. «На слепоте людей триумф построен мой», - говорит у Вольтера пророк. Есть в трагедии юноша Сеид, убивающий собственного отца старца Запира, проницательно разглядевшего суть Магомета.

Сеид, скорее всего, ровесник несчастного Абдуллаха; Сеид – сказано у Вольтера – «фанатик истовый, безумный и слепой»; он гибнет – как погиб и Абдуллах Анзоров.

Далеко видел Вольтер, не правда ли?

  • 14 декабря 2020

 

Источник

 

 

Ресурсный правозащитный центр РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии  Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info  РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение  Социальный офис
СОВА Информационно-аналитический центр  Религия и Право Информационно-аналитический портал