ПОРОГ "СУВЕРЕННОЙ ДУХОВНОСТИ"

Печать

 

 

Алексей БУРОВ

 

po spalamРоссия – та же проблема, иные условия *

 

Россия вовсе не подверглась или слабо подверглась влиянию основных исторических феноменов, присущих западной цивилизации, среди которых: римское католичество, феодализм, Ренессанс, Реформация, экспансия и колонизация заморских владений, Просвещение и возникновение национального государства. Семь из восьми перечисленных ранее отличительных характеристик западной цивилизации – католическая религия, латинские корни языков, отделение церкви от государства, принцип господства права, социальный плюрализм, традиции представительных органов власти, индивидуализм – практически полностью отсутствуют в историческом опыте России.

 

 

Так пишет С. Хантингтон в «Столкновении цивилизаций» (1996). И всё же Россия — страна Западной цивилизации, ее окраина. Основы Запада: Библейская вера, Греческая философия, Греко-Римская государственность, формировали и Россию, но слабее; притом никакого иного культурно-значимого начала у России не было; культурное значение Орды неотличимо от нуля. Русская Православная Церковь была изначально слаба своим отрывом не только от латинян, но и от греков. При Иване IV она была, вместе со всем обществом, крайне запугана; при Алексее Михайловиче обескровлена расколом, а при Петре напрямую подчинена гос. бюрократии. Примечательно, что Библия на русском была издана позже, чем перевод «Капитала». За XIX век, однако, Россия совершила гигантский шаг вперед; ее высшие достижения в искусстве, литературе и, позже, философии полноценно вошли в золотой фонд Запада.  Почти все достижения культуры, которыми русские люди гордятся — той поры; перед этим расцветом все бывшее до него представляется совершенно ничтожным. Этот подъем был прерван марксистской революцией; начавшееся в пореформенной России религиозно-философское движение было уничтожено большевиками, вместе с РПЦ.  Революционный крах либерального проекта в России случился по той же причине, о которой шла речь выше, но случился раньше, чем в других странах Запада. Слабое, бюрократизированное, архаизированное, ассоциированное со старым режимом христианство никак не могло конкурировать в умах интеллигенции с «научной», прогрессистской, напористой эрзац-религией; преимущественно безграмотный народ мог выглядеть христианским лишь при поверхностном взгляде, ну и гражданские свободы не имели ни той истории, ни той практики, ни той веры в них, что на Западе; так что победа марксизма не была уж слишком удивительной. Слабое Христианство было быстро добито слабым же либерализмом; плоды победы пожала марксистская эрзац-религия. Во время Второй Мировой Войны, на месте убитой РПЦ была создана организация под тем же названием, под полным контролем спецслужб; по сути то была структура КГБ, каковой она и оставалась до конца СССР и, в значительной степени, до сих пор. С философией в СССР дело обстояло в общем так же, как и с религией: то, что называлось кафедрами марксистско-ленинской философии, на деле представляло собой идеологическую структуру Компартии и КГБ, со всеми вытекающими отсюда следствиями. Русский марксизм умер своей смертью, за свой век пройдя все фазы утопической религии: детские мечтания кружков, юношеская романтика революции, тяжелая зрелость массовых убийств, тотального страха и рабства, старческое ослабление хватки, усиливающийся маразм, впадение в мечтательное детство и смерть. На выходе из утопии было общество, чьи ценности могли определяться лишь дарвинистскими примитивами биологической и социальной жизни; все остальное, все духовное, было практически разрушено эрзац-религией, тоже почившей. «Нового человека» советская власть создала, правда, не вполне такого, каким он изображался в советских учебниках. Советским людям долго внушали, что на проклятом Западе правит чистоган, и человек человеку волк. Помимо того советский человек знал, что люди на Западе живут богато. Ну а раз так, то вывод очевиден: надо жить хищниками, вот и будет счастье. Мечты о построении либерального рая на таком чудном болоте были, разумеется, чистой наивностью. Бывшие советские люди устроили то, что могли: пиратскую войну за сундук мертвеца, завершившуюся агрессивно-мафиозной тиранией сильнейшего из кланов, того же КГБ. Принимая в расчет господствовавшие цинизм и материализм, да еще и богатые арсеналы оружия массового поражения, следует возблагодарить Всевышнего: могло быть и много хуже.

Та задача мудрого сочетания свободы и религии, что стоит перед Западом, будучи весьма непростой и там, для России дополнительно осложнена наследственной слабостью этих начал гражданского общества, которым противостоят цинизм, мафиозные практики, развращенная церковь, имперский культ и Ислам впридачу. Поэтому перспективы русской жизни представляются, как всегда, очень завязанными на личность первого лица, характер его окружения. Тем, кому эти выводы покажутся неоправданно пессимистическими, задам вопрос — много ли в России, по их мнению, людей, что вынесли бы справедливый приговор даже ценой своей жизни, окажись они судьями? А сколько требуется для превращения мафиозного общества в либеральное? И как, сходятся эти проценты? Если да, то ваше представление о России оптимистичнее моего. Ну а с моим уровнем оптимизма, надежды на прогресс связываются только с долгосрочным подлинным просвещением, моральным возрождением русского общества, и, если повезет, с более приличной верховной властью. У невежественного и развращенного народа может быть лишь война кланов и тирания, но никак не либеральный порядок. Путинские годы с этой точки зрения — потерянные в значительной степени. Циничная власть лишь усиливала цинизм народа, да еще и соблазняла его захватническими амбициями; к этому добавился громадный отток умных и способных людей за границу. Церковь Московской Патриархии за постсоветские годы, кажется, не заявила о себе ни единым шагом, который прибавил бы уважения к ее весьма поврежденному авторитету. Все же закончу эту главку на позитивной ноте. Есть важный урок, вынесенный русскими людьми из своего марксистского опыта: в отличие от Штатов, в России популярность революционных эрзац-религий, Слава Богу, низка. Даже российские коммунисты не заикаются ни о диктатуре пролетариата, ни о светлом марксистском будущем. Прививку от утопических религий Россия получила неслабую, и, будем надеяться, надолго. 

 

*Фрагмент публикации альманаха «Лебедь» Опасная мудрость Запада

 

Источник