Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 205 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



СОКРОВЕННЫЙ ЗАКОНОПРОЕКТ

Печать

Петр ИЛЬИНСКИЙ 

kuluaryВ то время, как вторые чтения по законопроекту "О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной и муниципальной собственности" согласно календарю Государственной думы РФ ожидаются уже 17 ноября 2010 года, законодательный орган страны не спешит доводить до сведения избирателей содержание того варианта текста, который намеревается рассматривать. Это обстоятельство можно объяснить двояко. Во-первых, существующей неписаной традицией, согласно которой обществу до поры вовсе не обязательно знать, в чем заключается закон, который ему предложат исполнять. Во-вторых, степенью спорности содержания документа, которому потребовалось придать статус Федерального закона.

В случае с проектом, предполагающем передачу культурного достояния народов России из государственной собственности в частную, каковой является владение Русской православной церкви Московского патриархата и других религиозных организаций, обе причины одинаково вероятны. Особенно, если отметить, что церковными пропагандистами упорно поддерживаются слухи о том, что РПЦ МП не довольна большинством поправок, внесенных в изначально антиконституционный законопроект, созданный под ее опекой. Исходя из методов и практики освоения светского пространства крупнейшей религиозной корпорацией России, такие "умиротворяющие" недовольства не могут не вызывать опасений, что дело обстоит совершенно наоборот, и кулуарно проработанный под контролем клерикального лобби законопроект ко вторым чтениям может оказаться еще более опасным для перспектив отечественной культуры, чем первоначальный вариант.

Своего рода индикатором справедливости таких опасений можно считать регулярное подтверждение представителями Московской патриархии своих радикальных взглядов на свое преимущество в обладании правами на культурное наследие. Показательными в этом отношении можно считать выступления юрисконсульта РПЦ МП монахини Ксении Чернеги, которая в большинстве формальных обсуждений представляет интересы Московской патриархии. Один из наиболее сжатых вариантов аргументации Чернеги, опубликованный  ресурсом "Накануне" в качестве клерикальных возражений на опасения противников скандального законопроекта можно считать конспектом подобных же выступлений. Поэтому этот текст допустимо рассматривать, как наиболее наглядный вариант изложения аргументов клерикалов в пользу захвата религиозными организациями культурного достояния России.

Из слов монахини явствует, что РПЦ МП до сих пор настаивает на том, что обсуждается не произвольная передача церкви памятников истории и культуры, а возврат церковного имущества, отобранного государством в годы безбожного лихолетья. Этот посыл является не соответствующим действительности и вводящим общество в заблуждение по поводу исторической принадлежности памятников культового назначения. В отличие от других религиозных организаций – мусульманских, христианских, иудаистских и прочих, все имущество государственной Православной российской церкви до революции 1917 года принадлежало государству и предоставлялось церкви для использования в религиозных целях. После национализации этого имущества, оно стало собственностью советской власти, а по окончании периода ее существования, осталось в собственности государства с новым статусом власти. При этом, церковь от государства в связи с его светским характером отделена по Конституции РФ, и никакого отношения к государственной собственности не имеет. Именно эти правовые условия и являются до сих пор препятствием к тому, чтобы православная церковь была вправе претендовать на мифический "возврат" не принадлежавшего ей культурного наследия народов России.

Монахиня сообщает, что в 2005 году началась передача государством в собственность РПЦ МП объектов культового назначения, которых к настоящему времени приобретено церковью около сотни. И добавляет далее, что "в России имеется около 17 тысяч культовых объектов, которые должны быть переданы Церкви. … То, что передано сегодня, это капля в море", не сообщая, что такая происходящая по договоренности между высшими чиновниками и руководством церкви передача противоречит Конституции РФ и нормам действующего законодательства РФ.

В ответ на опасения общества, что церковные организации при получении в собственность зданий могут выживать оттуда музейные организации, монахиня возражает, говоря, что "никто никого выкидывать на улицу не будет", "передача не состоится до тех пор, пока старый пользователь полностью не освободит помещения", "предмета для беспокойства я не вижу. Никакого притеснения старых пользователей не будет" и т. д.  Однако, практика свидетельствует об обратном даже в процессе овладения церковью государственными объектами в отсутствие регулирующего это в интересах церкви закона. Об этом свидетельствуют прецеденты выживания церковью музеев с нанесением ущерба музейным коллекциям в случаях с Соловецким, Рязанским, Псковским, Владимиро-Суздальским и другими музеями-заповедниками. Говорят о том и попытки рейдерства в отношении других, некультовых памятников истории и культуры, занимаемых государственными организациями, на которые РПЦ МП регулярно предъявляет свои права.

Отвечая на вопрос о возможности конфликта внутри православного религиозного сообщества монахиня отрицает вероятность такового на основании, что споры между "стяжателями" и "нестяжателями" происходили в иные времена, тогда как "в наше время говорить об этом не приходится". Однако, обострение противоречий между разными группировками и тенденциями внутри самой церкви продолжают проявляться множащимися связанных с этим скандалов. Как правило, они инициируются самой РПЦ МП (Боголюбово, миссионерский опыт Кураева в Молдавии, прецедент епископа Диомида и др.), однако в связи с интересом общества к реальной жизни этой религиозной организации, обстоятельства нарастания внутрицерковного кризиса становятся достоянием гласности.

Небезынтересным можно считать и такое заявление монахини, как "…храмы передаются нам в руинах. Они зачастую находятся просто в ужасном состоянии. Чтобы это увидеть, достаточно проехать по городам "Золотого кольца". Там две трети храмов находятся в безобразнейшем состоянии. Их Церковь должна забрать себе и восстановить. И какое же тут стяжательство?".

Проблема заброшенных гибнущих храмов давно поднимается светской общественностью, однако РПЦ МП, предпочитая бороться за получение в собственность сохраненных государством зданий, не требующих капитальных вложений, не интересуется брошенными культовыми объектами вообще. Поэтому, такой аргумент выглядит особенно смехотворно на фоне следующего заявления монахини: "В 90-х годах храмы, которые сейчас находятся в безвозмездном пользовании, были в ужасном состоянии. Я говорю это с полной ответственностью, поскольку многое происходило на моих глазах. Мы их восстановили с большими усилиями и теперь там можно проводить богослужения"., О каких именно храмах говорит Ксения Чернега, называя себя свидетельницей их "восстановления", установить невозможно. Если речь идет о столичных храмах, автоматически переданных в безвозмездное бессрочное пользование приходов, то их не было необходимости "восстанавливать из руин",  так как состояние объектов было более, чем удовлетворительным. Если говорится об отдельных храмах в других регионах страны, которые восстанавливались на средства спонсоров, то это следует считать исключениями для типичной практики хозяйствования церкви, относя на счет личного усердия верующих. Однако, такие восстановленные храмы, как известно, оказавшись вне юрисдикции Московской патриархии, отбираются сегодня в пользу РПЦ МП, о чем свидетельствует прецедент лишения религиозной организации всех ее храмов, недавно имевший место в Суздале.

Однако, очевидное отсутствие у религиозной корпорации правовых и этических аргументов в обоснование отчуждения из государственной собственности в ее пользу недвижимых объектов с прилегающими к ним земельными участками, не означает отсутствия у церкви аргументов другого рода. Такие аргументы, как коммерческий интерес в использовании знаковых объектов и землевладений в целях организации бизнеса и использования в качестве предложений для выгодных инвестиций вполне понятны, но не предаются широкой огласке. Можно предположить, что возможности для соблюдения таких интересов и обеспечиваются содержательной частью того варианта законопроекта "О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной и муниципальной собственности", подготовленного клерикальным лобби в думских кулуарах для принятия депутатами во втором чтении.

 

ReligioPolis

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100