Регистрация / Вход



МЕТАМОРФОЗЫ КОНФЕССИОНАЛЬНОЙ ИДЕОЛОГИИ

Печать

 

 

Михаил СИТНИКОВ

 

vrns2015 2Религия и метаморфозы конфессиональной идеологии*.

 

При обращении к понятиям «религии» или «религиозности», у большинства сегодня возникают ассоциации с известными религиозными направлениями или организациями, с образами людей несколько «не от мира сего» в широком диапазоне – от бородатых старцев и подчеркнуто строго или гротескно одетых персонажей до типичных представителей экзотических религиозных направлений и культов. На постсоветском пространстве к таким ассоциациям, конечно, нельзя не добавить сверкающие золотом купола наиболее распространенных у нас культовых зданий - православных храмов и мусульманских мечетей или более строгих архитектуры и декора католических, а особенно протестантских зданий. Все это, не считая массы сопутствующих ассоциаций, связанных со всевозможной мелочью - иконками, браслетами, крестиками и прочей культовой бижутерией.

Ассоциация с понятием «идеология» здесь возникает несравнимо реже. Причем, не только у простого обывателя или профессионального наблюдателя – репортера или политика, но и у специалистов, хорошо знающих о существовании такого аспекта любой из религий.

Впрочем, на фоне редко вспоминающих об этой стороне религии людей, чаще всего упоминают о ней активные атеисты. Правда, и они, как правило, особо не вникают в то, что реально представляет собой это явление, ограничиваясь лишь противопоставлением категорий «религиозность» и «атеизм».

Сама по себе «чисто-религиозная» идеология, как известно, понимается, как упорядоченная и последовательная система представлений о сверхъестественном, которая опирается на основные положения того или иного религиозного вероучения – на его основы,  теологию (если она есть) и соответствующую религиозную философию. В чистом виде религиозная идеология при большей или меньшей осознанности неотделима от религиозной жизни последователей того или иного религиозного направления и органична для них как реализация личной веры в сообществе своих единоверцев и в обществе в целом. Эта идеология в большинстве случаев и является самым важным и эффективным  проявлением наиболее известных и влиятельных религий.  Или, во всяком случае, являлась до недавних пор .

Сегодня нам гораздо чаще приходится сталкиваться с новой модификацией хорошо знакомых по истории религиозных идеологий. Это идеологические конструкции, которые будет правильнее определять, как «религиозно-мотивированные» идеологии, где под понятием религии подразумеваются наиболее вульгарные стереотипы представлений о ней. То есть, что-то вроде того, с чего мы начали – нестандартно одевающиеся представители, непонятные таинственные действия, иконки, амулеты, золотые купола  и т.д.

Такого рода идеология усваивается людьми не вследствие личного религиозного опыта, который предполагает, например, регулярную молитву, строгое следование религиозным предписаниям и размышления над источниками вероисповедания.  Сегодня такая идеология усваивается  благодаря активной политике отдельных организаций некоторых религий. То есть, по существу, это идеологии тех институций, что являясь формально выразителями религиозных концепций для верующего человека, представляют собой организованные структуры, «работающие» с массовым сознанием людей, которые могут быть далеко не приверженцами этих религий.

Причем, в настоящее время достаточно очевидно, что это и становится их главной ролью, так как о целях лучше говорить в ином контексте.

Таким образом, речь должна идти уже не о «религиозной идеологии», как специфическом признаке определенной религии, а о прагматичной для определенного времени и места идеологии, в пропаганде которой использована религиозная терминология (понятия, образы, мифология, театральность культа и т.д ) в целях сохранения реноме ее (религии) обоснований и удовлетворения нужд обеспечивающего существование организаций этой религии агента - легальной светской власти, политического режима, финансовой олигархии и проч.

История свидетельствует, что успешное использование таких религиозно мотивированных идеологий существовало во все времена, немало способствуя совершенствованию способов манипулирования обществом, а затем и процессам образования и развития государственности. Иными словами, использование религиозной мотивации было во многом и чаще всего конструктивным. Однако, на нынешнем рубеже тысячелетий, этот традиционно эффективный «религиозно-государственный симбиоз» дает заметные сбои.

Ярким примером получения первых плодов таких сбоев можно назвать, например, идеологические процессы, происходящие параллельно в православных церквях и в государствах, где эти церкви играют заметную роль.

Это можно наблюдать по ситуации, возникшей в результате политических и межконфессиональных осложнений между Россией и Украиной, которые вылились в развивающуюся на наших глазах межконфессиональную и межнациональную драму. Два независимых самостоятельных государства, по-разному воспринимающих  религиозно-мотивированную идеологию «Русского мира», использованную в качестве политического инструмента, вошли в конфликт и продолжают в него погружаться. Кто кого стимулирует здесь – церковь светских политиков или светские стратеги церковь, в настоящий момент уже не столь важно. Но напряженность – и пропагандистская, и политическая растет, приобретая характер необратимости.

Похожий процесс наблюдается на примере конфликта Московского и Константинопольского патриархатов, где идеологическим обоснованием стал уже не столько  «русский мир», сколько лишь одна из его составляющих – теория конфессиональной исключительности «русской церкви», как чуть ли ни «всей полноты православия». Конфликт в разной степени влияет и на дипломатические отношения между странами, в которых базируются или присутствуют участвующие в нем религиозные организации – это Россия, Франция, Турция, Кипр и др.

Само по себе христианство с его новозаветными основаниями и вселенским характером здесь не имеет уже никакого отношения к идеологии, ставшей одним из источников подобных проблем. Если точнее, то идеологию, возникшую, например, при непосредственном участии крупнейшей религиозной организации в России, корректно определять уже не религиозной, а «конфессиональной» - то есть, обусловленной политической позицией конкретной конфессии в определенный момент времени. Если же попытаться определить основные постулаты такой идеологии, то нетрудно заметить, что это полное и безоговорочное созвучие с социальными и политическими проектами и тенденциями светской власти, где собственно «религиозное» отодвигается на задний план. Остающаяся видимость «религиозной идеологии» играет роль оболочки, своего рода обертки, в которой населению предлагается далекая от религиозных ценностей «конфета».

То есть, по существу под наименованием конфессиональной идеологии на данном примере следует понимать вполне себе светскую (корпоративную, партийную, государственную, своего рода «партийную» и т.п) идеологию или одну из форм ее продвижения.

Такого рода религиозные «проводники» той или иной внерелигиозной политики до сих пор представляют большую ценность для светской власти в разных государствах. Причем, не только в  теократических, что совершенно естественно, но и в некоторых демократических. В тех, где провозглашается религиозная свобода с равенством религий перед законом и, следовательно, какого-то доминирования одной из привилегированных, в т.ч. конфессиональных идеологий быть не должно.

На постсоветском пространстве абсолютное первенство среди таких «проводников» внерелигиозной политики сегодня удерживает, конечно, Московский патриархат (РПЦ). Это не должно говорить о какой-то особой предрасположенности именно православной религиозной идеологии к дрейфу в сторону от религиозных ценностей. Их замещение нынешней идеологией «русского мира», которая ориентирована на поддержание интересов текущего политического режима произошло в силу иронии истории. Религиозные структуры именно этого направления в христианстве были созданы в 1943 году руководством атеистического государства. Изначальный симбиоз конкретной церкви с властью в большой степени опирался, конечно, и на предыдущий опыт тесного сотрудничества дореволюционной церкви с государством. Однако, если вместо православия выбор Сталина выпал бы на любое другое вероисповедание, то не исключено, что православные верующие могли оказаться сегодня в России на месте Свидетелей Иеговы.

Тем не менее, после сделанного еще коммунистической властью выбора и полной дискредитации марксизма-ленинизма, для заполнения идеологического вакуума новой светской властью были востребованы услуги РПЦ. С принятием ее руководством такого предложения при гарантиях всемерной поддержки церкви государством, она энергично приступила к выполнению своей идеологической функции. Реализация гарантий со стороны светской власти вылилась в нарастающий поток преференций – сначала только социальных, затем материальных и административных, что требовало от клерикальной номенклатуры в качестве благодарности еще большего усердия. Это вынуждало церковь идти на все более откровенные компромиссы с требованиями внутри- и внешнеполитических трендов тем паче, что взамен она получала все более и более существенные преференции.

Нужны знаковые памятники истории? Вот вам оборонная крепость на подступах к Москве – Новодевичий монастырь[i]. Нужны собственные территории? Берите заповедный Валаам, откуда выселим всех коренных жителей[ii]. В придачу – Соловки с государственным музеем, потом территории в Крыму под Геленджиком и т.п. Для поддержания культового реноме и бизнеса нужны храмы? Появилась «программа-200»[iii] с массовой застройкой дворов, скверов и парков культовыми объектами для РПЦ в разных регионах. Для повышения эффективности идеологической работы с населением в школах за счет бюджета вводится учебный предмет для привития религиозных навыков с 1 класса. Затем начинается эксперимент с предоставлением заниматься этим с детьми с детского сада[iv]. Нет ресурсов для развития богословской школы? Так, поможем превратить «пастырское богословие» в науку - введем эту теологию в РАН[v]

Но за большие земные блага всегда приходится платить.

 

***

Любопытно, что перерождение или мутации религиозной идеологии в наиболее серьезной форме наблюдается в пространствах таких апробированных веками авраамических религиях, как христианство и ислам.

Две эти религии постоянно находятся на слуху. Именно ссылками на них мотивируются различные громкие инициативы разной степени радикальности. Здесь и хорошо известные попытки обвинений в экстремизме и международном терроризме религии ислама, что используется в качестве предлога для дискриминации мусульман. Здесь и путаные умозаключения насчет предрасположенности всего восточного христианства (православия) к готовности обслуживать любые интересы любой власти, невзирая на мораль.

Порочность подобных позиций в отношении самих религий вполне очевидна. Но не менее очевидно и то обстоятельство, что «идеологические мутанты», апеллирующие к этим религиям,  и в самом деле нередко оказываются здесь очень «при чем». То, что их активная деятельность на внерелигиозном – политическом, военном, экономическом поприще, дискредитирует религию, их не смущает. Религия представляет для них интерес только, как способ камуфлирования истинных целей, которые уже далеко не религиозны.

Становится все очевиднее, что религиозная пассионарность, которая отчетливо наблюдается в некоторых «молодых», в том числе синкретичных религиях, «старыми» или «мировыми» религиями напротив утрачивается. Это обнаруживается в переносе акцентов в идеологиях их организаций (конфессий) с «духовного» на сугубо «земное» с целью нивелировать угасание в таких организациях собственно религиозного. Им важно структурно развиваться, расти или хотя бы поддерживать свое существование в условиях меняющегося мира, а значит – кооперироваться с теми силами, которые здесь и сейчас «на коне». Верующие люди часто называют это служением «князю мира сего», что иногда очень недалеко от истины.

Таким образом, былая «религиозная идеология», которая в своем чистом виде, скорее всего и стала прообразом всех последующих типов идеологий, на примере активности мощных и влиятельных религиозных организаций, возможно, завершает свой цикл.  Возникшая как комплекс мировоззренческих принципов религии, она становилась инструментом силовой политики, важным фактором при ведении войн, неоценимым инструментом при образовании государств и колонизации земель. Затем акценты в ней смещались преимущественно в сторону обеспечения стабильности светской власти, для которой она стала эффективной мотивацией при манипулировании массовым сознанием. Ну, а уже к нашему времени всеобщего системного кризиса ( в том числе кризиса религиозности), когда аргументы «старых» религий все быстрее утрачивают свою эффективность, мощные религиозные структуры в корпорации со светскими политическими структурами, выполняют новые функции.

Правда того, что это оборачивается уже не былой «сакрализацией власти», а совершенно противоположным эффектом, участники корпораций не замечают.

Что же касается непрекращающегося процесса религиогенеза со всеми его новыми религиями и возрождением исчезнувших, то для России, например, происходящее может восприниматься в каком-то смысле закономерным. 

Например, сегодня руководство РПЦ из-за дефицита компетентности в клерикально-идеологических кадрах,  разгоняет собственную команду, которая незамедлительно превращается в оппозицию[vi]. Внутрицерковный кризис [vii]накладывается на общий кризис восприятия церкви населением, на сомнительное участие в начавшемся расколе православного мира и на малоадекватную активность многочисленных церковных и «околоцерковных» персонажей. Растущее число таких неприятных факторов со временем способно окончательно скомпрометировать идею русского православия и, как следствие,  привести в стране к новому христианскому подполью.

При этом не исключено и появление на политической сцене новой «титульной» религии…

 

_______________________________

[i] Новодевичий монастырь передан Русской Православной Церкви/Православие и мир, 23.03.2010, // https://www.pravmir.ru/novodevichij-monastyr-peredan-russkoj-pravoslavnoj-cerkvi/

[ii] С.Цыганкова, "Дайте нам жить на Валааме" Обитателей острова пытаются через суд переселить на материк/ Российская газета 12.11.2015,// https://rg.ru/2015/11/12/reg-szfo/valaam.html

[iii] Истинные цели «Программы-200» храмов, Kritix, 12.05.2014 //  https://kritix.ru/religion-and-atheism/541-istinnye-tseli-programmy-200-khramov

[iv] Е. Роткевич. Чему и как будут учить в православных детских садах, Город 812 // http://gorod-812.ru/chemu-i-kak-budut-uchit-v-pravoslavnyih-detskih-sadah/

[v] И.Экономов, РАН, ВАК и теология, Троицкий вариант - наука, 06.06.2017 // https://trv-science.ru/2017/06/06/ran-vak-i-teologiya/

[vi] А.Солдатов, Разогнанные и очень обиженные, Новая газета, 15.08.2019 // https://www.novayagazeta.ru/articles/2019/08/15/81611-razognannye-i-ochen-obizhennye

[vii] О.Судаков, Тяжелые проблемы или системный кризис РПЦ, газета "Протестант", 09.2011

// http://www.gazetaprotestant.ru/2011/09/tyazhelye-problemy-ili-sistemnyj-krizis-rpc/ 

 

Илл: Светлана Медведева приняла участие в открытии XIV Всемирного русского народного собора, 25 мая 2010, фото сайта "Президент России"

 

Светскость, секуляризм, религиозность: исторические, юридические и философско-мировоззренческие аспекты. Бишкек,2020.стр.56-61
 
атериалы Международной научно-практической конференции «Светскость, секуляризм, религиозность на постсоветском пространстве: исторические, юридические и философско-мировоззренческие аспекты», 23-25 октября 2019, Бишкек (Кыргызстан).

 

 

Ресурсный правозащитный центр РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии  Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info  РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение  Социальный офис
СОВА Информационно-аналитический центр  Религия и Право Информационно-аналитический портал