Регистрация / Вход



РЕЛИГИИ В РФ: ХРОНИКА РЕПРЕССИЙ

Печать

 

 

si semi Родные с запахом тюрьмы

В России за убеждения судят целые семьи

 

Среди сотен добропорядочных граждан, в отношении которых несправедливо возбуждены уголовные дела, есть целые семьи — супружеские пары, родители и дети. Ниже описаны несколько примеров того, как ложные обвинения разлучают близких людей, ломая их судьбы.

 

 

  • «В тюрьме поет песни вместо радио»

В июле 2018 года в квартиру супругов Владимира и Татьяны Алушкиных в Пензенской области ворвались силовики с автоматами наперевес и устроили обыск. Владимира арестовали. 3 дня он провел в ИВС, 181 день в СИЗО и 333 дня под домашним арестом. Почти полтора года он физически не мог заботиться о семье.

13 декабря 2019 года суд вынес приговор обоим супругам: ему 6 лет колонии, а ей — 2 года условно. Владимира взяли под стражу в зале суда. Снова разлука, теперь уже на годы.

Татьяна, несмотря на суровые реалии, не унывает и активно поддерживает тех, кто оказался в подобной ситуации.

«Была на свидании, — делится она. — Некоторые электронные письма Володя уже получил (речь о письмах, которые Владимиру Алушкину присылают в тюрьму). Всем огромное спасибо! Молится за всех. Сидит в одиночке. Звук радио имеет возможность убирать сам, вместо него поет наши песни. Спокоен и радостен».

 

  • Жизнь в СИЗО под ударом

Муж и жена из Курской области Артем и Алевтина Багратян с 16 октября 2019 года находятся в СИЗО. В застенках изолятора Алевтина сразу же простудилась. У Артема проблемы со здоровьем достигли критического уровня. По словам адвоката, существует угроза жизни.

«В СИЗО Артему не разрешают принимать лекарства, которые он принимал до ареста. В изоляторе ему дают аналоги, которые малоэффективны. Специальную диету также не предоставляют», — сообщил его адвокат.

Кроме того, уголовное преследование лишило супругов средств к существованию. В постоянной помощи нуждается мама Алевтины. Женщина очень переживает за дочь и зятя.

 

  • «Чувствовала, как от мужа пахнет тюрьмой»

Семье из Приморского края Дмитрию и Елене Бармакиным также пришлось столкнуться с тяготами преследований за веру. Дмитрий провел в СИЗО 447 дней, часть из них в одиночной камере сырого полуподвального помещения.

Спустя примерно два месяца после ареста Дмитрия, Росфинмониторинг заблокировал банковские карты Елены. На постоянную работу она устроиться не могла из-за уголовного разбирательства — ее в любой момент могли вызвать в суд или на допрос. Более того, в отношении самой Елены было возбуждено уголовное дело.

После перевода Дмитрия на домашний арест супруги снова вместе. Не исключено, что временно, поскольку предстоят суды по существу.

Вот как Елена описывает первые часы после разлуки:

«Я просто не ожидала такого результата! Уже привыкла за год и два месяца, что его постоянно оставляют под стражей... И когда Диму выпустили прямо в зале суда, это, конечно, был шок! Я даже не знала, как радоваться... Подружки сразу стали плакать, а я просто застыла от неожиданности. Полная прострация! А пришли в квартиру, я еще некоторое время чувствовала, как от мужа пахнет тюрьмой».

Дмитрий признается, что заключение сильно повлияло на него. «За 15 месяцев, что я провел в СИЗО, произошло много всего, — говорит он. — Долгая разлука изменила нас, и нам теперь заново приходится узнавать друг друга».

 

  • «Боюсь оставаться дома одна»

Георгий и Елена Никулины живут в Мордовии. После ареста глава семьи провел 147 дней в СИЗО. Специалист, имеющий 9 профессий, так же, как и его жена, из-за уголовного преследования сегодня не может устроиться на работу. Средств на еду и элементарные бытовые вещи у семьи не хватает. Преследование за веру подорвало физическое здоровье Георгия. Арест и допрос в ФСБ нанесли глубокую психологическую травму Елене. «Теперь я боюсь оставаться дома одна», — признается она.

Ранним утром в квартиру Сергея и Анастасии Поляковых в Омской области ворвались люди в масках, выбив входную дверь. Сергея избили, а потом увезли. Анастасию тоже арестовали и отправили в СИЗО, где она провела 154 дня. Анастасия стала первой женщиной в новейшей истории, оказавшаяся за решеткой лишь за религиозные убеждения.

Затем оба супруга провели еще 91 день под домашним арестом. Сейчас Сергей и Анатасия — под подпиской о невыезде.

Александр и Галина Парковы из Ростовской области разлучены уже более полугода — Александр находится в СИЗО. В отношении обоих возбуждены уголовные дела. Галине, которая пока на свободе, пришлось уволиться с работы, ее банковская карта, на которую перечислялась зарплата, заблокирована. Женщина перебивается случайными заработками, чтобы содержать себя и поддерживать мужа.

Преследование семейной пары негативно повлияло и на других членов семьи. Из-за стресса и переживаний у беременной дочери Александра начались осложнения со здоровьем.

Валерия и Сергей Райман из Костромской области — самая молодая пара, которой грозит 10 лет тюрьмы, несмотря на возврат уголовного дела в прокуратуру.

Михаил и Оксана Солнцевы стали заложниками уголовных дел в Магаданской области. В Таганроге Оксану ждут больные родители, за которыми некому ухаживать. Но она находится под подпиской о невыезде. Из-за аналогичной меры пресечения Михаил стеснен в возможности работать и обеспечивать семью.

 

  • «Я стала бояться каждого стука в дверь»

Венера и Дарья Дуловы столкнулись с преследованием за убеждения в Свердловской области. Венера является инвалидом по слуху, а ее дочь Дарья — самая молодая «узница совести» — студентка. После обысков, проведенных правоохранителями в квартире и на даче семьи, девушка находится в стрессовом состоянии.

«Я стала бояться каждого стука в дверь, — говорит Даша, — перестала вести дневник, писать стихи и даже делать заметки в телефоне. Мне все кажется, что непрошенные гости придут снова и заберут все это».

Константина и Снежану Баженовых, жителей Камчатского края, задержали во время облавы на глазах у несовершеннолетней дочери Елизаветы. Оба супруга сейчас под подпиской о невыезде и вынуждены бороться с последствиями стресса у дочери.

Уголовному преследованию по причинам религиозных взглядов подвергаются не менее 18 семей. Среди них супружеские пары — Михаил и Елена Поповы (Камчатский край), Сергей и Наталья Мысины (Ульяновская область), Виталий и Татьяна Жук (Хабаровский край), а также Вилен и его сын Арсен Аванесовы (Ростовская область), Сергей Кулаков вместе с сыном Дмитрием (Сахалинская область), Валентина и Роман Барановские (мать и сын, Хакасия), Сергей и Светлана Маляновы (отец и дочь, Нижегородская область).

В некоторых случаях правоохранители действуют с избыточной жесткостью в отношении несовершеннолетних детей. Так, в июле 2019 года в Калуге при аресте Романа Махнева его 15-летнюю дочь силовики выставили на улицу босиком. Долгое время Даша простояла под дождем. Во время обыска силовики подбросили под кровать девочки публикации из Федерального списка экстремистских материалов. В этом случае ребенок не стал фигурантом уголовного дела, но ее отец отправлен в СИЗО.

 

На фото слева направо, сверху вниз: Артём и Алевтина Багратян, Владимир и Татьяна Алушкины, Сергей и Валерия Райман, Дмитрий и Елена Бармакины, Михаил и Елена Поповы, Сергей и Анастасия Поляковы

 

Источник

 

 

Ресурсный правозащитный центр РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии  Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info  РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение  Социальный офис
СОВА Информационно-аналитический центр  Религия и Право Информационно-аналитический портал