Регистрация / Вход



РПЦ: АЛЬТЕРНАТИВАНЫЙ ПРОЕКТ?

Печать

 

 

Александр СОЛДАТОВ

 

...Все-таки они решились...

На зыбком каноническом основании РПЦ МП приступает к формированию «параллельного мирового православия»

 

Как ни печально это признавать, но заседание Синода РПЦ МП сегодня в Даниловом монастыре началось с исторической неправды. Она содержится в самом начале заявления Синода об отношении к фактическому признанию Элладской архиепископией автокефалии ПЦУ. В документе утверждается: «Возглавляемая митрополитом Киевским и всея Украины Онуфрием самоуправляемая Украинская Православная Церковь... ни к кому не обращалась за автокефалией». Любопытно, что этот текст подписал и сам митрополит Онуфрий, участвовавший в заседании Синода.

Между тем, подпись того же Онуфрия, тогда еще молодого епископа Черновицкого и Буковинского, стоит и под обращением Собора УПЦ МП от 1-3 ноября 1991 года о... даровании автокефалии Украинской Православной Церкви. Да, именно эта же самая УПЦ МП, ныне возглавляемая Онуфрием, официально, от имени своего Собора, объединявшего всех ее епископов, представителей клира, монашествующих и мирян, обращалась тогда, на заре новой украинской независимости, к Московскому патриархату, который она считала своей Матерью-Церковью, за автокефалией. Ради рассмотрения этого обращения был созван даже особый Архиерейский Собор РПЦ МП 31 марта – 5 апреля 1992 года, который, впрочем, уклонился от поставленной задачи, сосредоточив все свое внимание на «персональном деле» митрополита Филарета (Денисенко). Тем не менее, формально Собор передал обращение Украинской Церкви об автокефалии на рассмотрение Поместного Собора РПЦ МП, который, согласно действовавшему тогда ее Уставу, должен был состояться не позднее июня 1995 года. Целый ряд уставных и канонических нарушений привел к тому, что РПЦ МП до сих пор не рассмотрела по существу обращение украинского Собора об автокефалии. Но и УПЦ МП за все эти 28 лет не отозвала своего прошения. Просто, в силу ряда внешних и внутренних факторов, предпочитает о нем не напоминать.

«Византийская модель» канонического права предполагает соответствие церковных границ государственным. Когда, скажем, Болгария, Сербия и Румыния не имели собственной государственности, у них не было и автокефальных Церквей. Даже Греция, получив независимость, в конце концов добилась автокефалии от целиком греческого Константинопольского патриархата. (Это к рассуждениям о том, что русские и украинцы – «один народ».) Константинополь, равно как и другие лидеры «мирового православия», учитывая новую геополитическую реальность, сложившуюся после распада СССР, неоднократно выступали с разными идеями «совместного» провозглашения украинской автокефалии. Поначалу этот вопрос предполагалось вынести на Всеправославный собор 2016 г., а до этого он обсуждался на Синаксисах предстоятелей Церквей «мирового православия». Компромисс, несомненно, был бы в конце концов найден, если бы в процесс грубо не вмешалась политика.

Главным трендом государственного популизма в России после 2000 года стало «как-бы-непризнание» распада СССР или, во всяком случае, новой геополитической реальности, которую этот распад создал. После 2012 года, а особенно после открытого военного столкновения России с Украиной в 2014 году, этот тренд достиг прямо-таки истерических регистров. Лозунги «удержать Украину», «не пущать», «принудить к миру» стали доминирующими в сознании многих россиян, причем единство УПЦ МП с РПЦ МП рассматривалось как очень важная «скрепа», не отпускающая Украину в свободное от Москвы плавание. В этих условиях Патриарх Кирилл (Гундяев) принимает, как выяснилось вскоре, политически ошибочное для него решение не ехать на Всеправославный собор 2016 г. Причем принимает его таким способом, который прямо провоцирует Вселенского Патриарха, считавшего этого собор делом всей своей жизни, на резкие ответные действия. Кирилл до последнего делает вид, что едет на собор, подписывает все проекты его документов, формирует на Архиерейском Соборе РПЦ МП официальную делегацию, и лишь за 10 дней до открытия собора заявляет, что не поедет. Этот маневр остается до сих пор главной загадкой его патриаршества. Кто-то связывает его с эйфорией, наступившей после «исторической встречи в Гаване» с Папой Франциском (дескать, «зачем нам какой-то Константинополь, если нас Рим поддерживает?»). Кто-то - с давлением Кремля из-за невыразительной позиции РПЦ МП по Украине (Московская патриархия даже крымские епархии отказалась отделять от своей самоуправляемой Украинской Церкви) и с общим ощущением, что Россия изолируется от внешнего мира и негоже Церкви быть в стороне от этого процесса. В общем, не столько сам отказ от участия в соборе, сколько способ, которым Кирилл этот отказ выразил, развязал руки Константинопольскому Патриарху для односторонних действий в отношении Украины. Этот способ предусматривал ответ со стороны «кинутых» партнеров по предсоборному процессу, иначе эти партнеры совсем потеряли бы лицо и достоинство. Ну и, конечно, уникальное военно-политическое положение, в котором оказалась Украина, и рост ее международной поддержки на тот момент не стоит сбрасывать со счетов...

Даже сейчас, когда автокефалия ПЦУ выглядит вопросом решенным, «мировое православие» продолжает предлагать Москве компромиссные выходы. Сначала посредником между Москвой и Константинополем вызвался быть Архиепископ Кипрский, который начал объезжать со своей инициативой предстоятелей Церквей. А буквально вчера, в преддверии Синода, Элладская архиепископия передала свое предложение Москве по каналам главного государственного информагентства РФ – РИА «Новости» (намек на поддержку этого предложения Кремлем?). Патриарху Кириллу предлагалось принять посредничество Афинского Архиепископа Иеронима в переговорах с Константинопольским Патриархом, отталкиваясь от гарантий прибыть на новый Всеправославный собор, исправив, таким образом, свою ошибку 2016 года. Однако в Московской патриархии решили, что принятие такого предложения станет «потерей лица» и добровольной передачей Кириллом своего мирового лидерства (все более эфемерного, впрочем) греческому православному миру. Вероятно, инициатива Архиепископа Иеронима возникла в ответ на письмо ему самого Кирилла от 9 октября, где шла речь о созыве «Предстоятелей всех Святых Божиих Церквей» (вероятно, не на Собор, а лишь на Синаксис), призванных «найти решение, которое всех устроит и послужит преодолению нынешнего кризиса».

Как бы то ни было, Синод РПЦ МП принял сегодня самое проблематичное решение из всех возможных. Он отказался от поиска компромисса, но, вместе с тем, не стал исполнять и каноническую акривию, то есть не пошел на полный разрыв общения с Элладской архиепископией, как было сделано год назад с Константинопольским патриархатом. Избран абсурдный с канонической точки зрения вариант: разорвать общение только с теми епископами Элладской архиепископии, которые так или иначе признают ПЦУ, и не разрывать с теми, которые не признают. В такой форме это решение противоречит не только 10-му Апостольскому правилу, но и подрывает самые основы православной экклезиологии. Ведь разрыв канонического общения – это отнюдь не разрыв дипломатических отношений! Это свидетельство Церкви об отпадении от нее того или иного сообщества, а вне Церкви нет и таинств, поэтому общение в таинствах становится невозможным. Своим сегодняшним решением Синод РПЦ МП впервые в церковной истории провозглашает, что в одной и той же поместной Церкви, составляющей единое целое, не расколовшейся, в одних храмах таинства совершаются, а в других нет. Что одного епископа поминовение своего предстоятеля ведет к отпадению от Церкви, а другого точно такое же поминовение – не ведет. Можно сколько угодно критиковать Элладскую архиепископию за экуменизм и модернизм, но, по крайней мере, с формальной логикой у нее дела обстоят заметно лучше, чем у РПЦ МП.

Такое решение свидетельствует о том, что Синод действует не в религиозной, а чисто в светской, политической парадигме, используя свой новый инструмент, который уже получил на христианском Востоке наименование «евхаристический шантаж». Разрыв или неразрыв общения в данном случае никак не связан с верой или неверией в благодатность таинств, а связан лишь с возможностью сохранять свою гегемонию на том или ином участке «мирового православия». Фактически РПЦ МП создает внутри Элладской архиепископии задел, из которого впоследствии можно будет вырастить «параллельную» структуру. То есть проект создания «мирового православия – 2», о котором мы писали еще на самом пороге процесса провозглашения украинской автокефалии, обретает все более осязаемые контуры.

Но много ли адептов сможет таким способом набрать себе РПЦ МП в Греции, да и в других странах православной ойкумены? Ведь ниша консервативного протеста против экуменизма, модернизма и календарной реформы там давно занята, и никто не собирается освобождать ее для Патриарха Кирилла.

 

Источник

 

 

 

Комментарии:

Ресурсный правозащитный центр РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии  Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info  РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение  Социальный офис
СОВА Информационно-аналитический центр  Религия и Право Информационно-аналитический портал