Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 299 гостей и один зарегистрированный пользователь на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ТУРКМЕНСКИЙ КОНЦЛАГЕРЬ

Печать

Артур ПРИЙМАК

 

ovadan depeТуркменский "Алькатрас" распахнул ворота для родственников исламистов

 

В туркменской Овадан-Депе, самой закрытой тюрьме в Средней Азии, часто сравниваемой с Алькатрасом и Гуантанамо, для некоторых осужденных значительно смягчен режим инкоммуникадо. Данный термин в юридической практике обозначает лишение особо опасного осужденного всех связей с внешним миром. Основной контингент Овадан-Депе – лица, осужденные за участие в запрещенных в стране религиозных движениях, готовивших в Туркмении насильственную смену власти. Инкоммуникадо в Овадан-Депе смягчили для содержащихся там последователей запрещенного в Туркмении и в России движения «Нурджулар». Заключенные в Овадан-Депе нурджуларовцы теперь могут встречаться в тюрьме с родственниками.

Как сообщает правозащитный центр «Мемориал» со ссылкой на свои источники в Туркмении, первая группа родственников «обитателей» Овадан-Депе прибыла в спецтюрьму еще в конце июня с.г. организованным порядком, под охраной сотрудников силовых структур. На спецавтобусах их отвезли в пустыню Каракумы, где в 70 км к северо-западу от Ашхабада расположена Овадан-Депе. Осужденные исламисты общались с родственниками через перегородку из пуленепробиваемого стекла. За разговором и действиями по обе стороны стекла следила вооруженная охрана. Жене одного из осужденных нурджуларовцев обещали следующее свидание с мужем через два месяца. «До этого на протяжении более 10 месяцев она не могла узнать, где находится ее супруг, – говорится в сообщении «Мемориала».

Правозащитники сообщают: после принятия в 2011 году в Туркмении нового Уголовно-исполнительного кодекса, разрешающего всем осужденным свидания и переписку, администрация Овадан-Депе сохранила за собой право отказывать осужденным в этом положенном законом праве. Заключенные могли только получать с воли только тщательно «процензурированные» продуктовые передачи, да и то не всегда. Вообще, инкоммуникадо в реалиях Овадан-Депе означает, что осужденный не знает, что вообще происходит за стенами его камеры. Тесные камеры, где жарко и душно летом и холодно зимой (зимы в Каракумах очень холодные), скудное питание, нехватка питьевой воды, постоянный стресс часто влекут за собой закономерный результат – высокую заболеваемость и смертность среди осужденных. Начальник Овадан-Депе в особых случаях имеет право не выдавать близким осужденного его тело для захоронения в случае смерти. Чаще всего не выдают для погребения тело осужденного за попытку исламистского госпереворота. Пенитенциарная система Туркмении в данном случае ссылается на опыт международной антитеррористической практики. В Израиле достаточно давно убедились, что захоронения убитых палестинских «бойцов интифады» становятся объектами религиозного поклонения, как могилы шахидов – мучеников за веру. Чтобы мертвый террорист не стал опаснее живого, спецслужбы Израиля много лет не выдают тел «интифадистов» их родным.

В Туркмении, скрывая останки умерших в Овадан-Депе исламистов в песках Каракумов, действуют по тому же алгоритму. Но, как сообщают оппозиционные официальному Ашхабаду ресурсы, степень опасности тут несравнима. Особенно, как говорят данные источники, это касается находящихся в Овадан-Депе «ноябристов» – осужденных по делу о покушении в ноябре 2002 года на президента Туркмении Сапармурата Ниязова. Официальный Ашхабад утверждает, что за обстрелом кортежа Ниязова под Ашхабадом тогда стояло вооруженное исламистское подполье. Но материалы до сих пор возбуждаемых по данному эпизоду уголовных дел говорят несколько иначе. В ноябрьском заговоре против Ниязова обвинили много людей с умеренными, гуманистическими взглядами. За попытку убить Ниязова к 25 годам тюрьмы в 2003 году приговорили муфтия страны Насруллу Ибадуллаева, умеренного мусульманина советского склада. Ибадуллаев критиковал культ личности Ниязова и был против расписывания стен соборной мечети Ашхабада цитатами из книги Ниязова «Рухнама». В 2008 году по делу «ноябристов» расстреляли бывшего главу МИД Туркмении Бориса Шихмурадова и его сына – людей с прозападными взглядами, которых никак нельзя заподозрить в причастности к джихадистскому террору. Содержащиеся сейчас в Овадан-Депе «ноябристы», если судить по материалам их уголовных дел, попали в тюрьму за открыто высказываемые оппозиционные взгляды. Их джихадизм подтверждается только найденной у них при обысках литературой, признанной судом террористической. Возможность независимой экспертизы выводов следствия и суда в условиях Туркмении исключена.

«Ноябристам», салафитам и другим осужденным по политическому (т.е. исламистскому) составу режим инкоммуникадо в Овадан-Депе оставлен без изменения. Таким образом, поблажку дали только нурджуларовцам, хотя формально по туркменским законам они такие же террористы. Действия туркменских властей в данном случае логичны, сказал «НГ» завотделом исламских исследований Института стран СНГ Ильдар Сафаргалеев. «Сторонники «Нурджулар» в Туркмении читают и распространяют книги турецкого философа Саида Нурси. Джихадисты и салафиты во всем мире объявляют несогласным с ним мусульманам такфир – отлучение от ислама, дающее право любому мусульманину убить отлученного, призывают к террору против «неверных». «Нурджулар» тоже подрывная организация, но степень их общественной опасности куда ниже, чем у салафитско – джихадистских групп. Ашхабад, под давлением соответствующих международных структур, дал послабление «меньшему злу» – содержашимся в Овадан-Депе нурджуларовцам, оставив для более опасных групп осужденных исламистов прежний режим содержания».

Туркменская оппозиция утверждает, что по режиму содержания Овадан-Депе напоминает концлагерь. Осужденным по исламистским статьям запрещено встречаться с другими заключенными. Тюремную робу с надписью «Изменник Родины» им выдают с расчетом комплект на год. Душ – только холодный и по ночам раз в 10 дней. Обед – жидкий суп, несколько картофелин и кусок хлеба. Газеты, книги, телевизор запрещены. «Достоверных данных об этой тюрьме нет, так как возможность утечки любой информации блокируется, – говорит Ильдар Сафаргалеев. – Та же ситуация по аналогичным тюрьмам в других странах Средней Азии. Крохи информации просачиваются только в бытовых разговорах с выходцами из региона. По их словам, режим содержания в таких тюрьмах по степени жесткости не сравним даже с Гуантанамо. В таких условиях возможны нарушения всех базовых прав человека».

 

Источник

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100