Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 340 гостей и 2 зарегистрированных пользователей на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



КОЛДУН В РОССИИ БОЛЬШЕ ЧЕМ КОЛДУН

Печать

 

zapert ludeyВ последнее время Госдума и Совет Федерации оказываются заметно плодовитыми на рассмотрение, а зачастую и принятие странноватых законопроектов, которые объединяет общий признак - репрессивность. Это касается не только религиозных меньшинств, принципиально именуемых законотворцами не существующим в России в юридическом словаре термином "секта", но и не имеющих к религии отношения мировоззренческих меньшинств.

 

Своим мнением по этой теме с корреспондентом RP поделился эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований, кандидат философских наук Михаил ЖЕРЕБЯТЬЕВ

 

 

 

RP: Российский парламент готовится принять аж целых два закона, прямо или косвенно регулирующих религиозную сферу. С чего это вдруг?

Начну, пожалуй, с общей оценки более раннего начинания Совфеда– странное оно в высшей степени. «Безопасных», то бишь, каких-то особых - «недеструктивных» - религий», в принципе, нет и быть не может. Любая религия содержит в себе опасность, потому что она раскрывает перед людьми ориентиры, отличные от устоявшихся норм, представлений, обычаев, - общепринятых в сообществах, социуме или государстве То есть базово религиозное начало неразрывно сопряжено с деструктивностью: если в племенных религиях присутствует элемент деструктивности, то что уж говорить о более сложных формах. И только потом уже начинаются те процессы, которые именуются обмирщением религии. Поэтому противопоставлять обмирщённые формы религии исходным, сущностным, – дескать, первые - подлинные религии, «прошедшие проверку временем», другие же недо... или что-нибудь ещё в том же роде, - как минимум, неисторично. Не говоря уже о том, что репрессии на уровне государства создают идеальные условия для выживания репрессируемых религиозных направлений и верующих: они доказывают, таким образом, собственную правоту. Но это только с одной стороны, с другой, - глубокое несовершенство преследующего их мира. Так было всегда и исключений пока не наблюдалось. Это из современной социально-гигиенической рекламы мы знаем, что именно может и, главное, должно быть безопасным. Но это совсем не религия...

 

Вот и колдунов за компанию решили притянуть.

Ещё в начале лета депутат Милонов с экрана телевизора пообещал отправить колдунов «на урановые рудники». А сегодня на обоих направлениях - «деструктивном» и «колдовском» мы имеет дело с работой по «встречному плану». Сенаторы и депутаты под занавес года, который прошёл под знаком разгрома лишь показавшихся подозрительными Свидетелей Иеговы и саентологов, с чувством «святой простоты» стремятся в духе соревновательности принести к разгорающемуся костру собственные снопики. Первоначально пообещал к декабрю подготовить свой антидеструктивный закон Совфед, сейчас ГД неожиданно предложила прописать в статьях УК колдовство (я предпочитаю использовать это архетипическое понятие). Как будто имеющихся квалифицирующих признаков в существующих статьях недостаточно?

 

Запрет Свидетелей Иеговы, как и арест пятёрки питерских саентологов лишь утяжелили копилку репутационных потерь России. Зачем же ещё принимать сомнительный закон о «деструктивной религиозной деятельности»?

Да, уж, - Россия вмиг оказалась в одной кампании с Зимбабве Мугабе и Северной Кореей. Разумеется, в просторечьи (в т.ч. в огосударствленных сми) он уже называется антисектантским. Переиначив лозунг Маяковского, получим формулу наших дней: «пишем «деструктивность», подразумеваем «секты». Днями спикер Совфеда высказалась, - в который уже раз, – надо, мол, поставить надёжный заслон спорным законам. Оно и понятно, - и напряжение растёт, и люди смеются над иными юридическими выкрутасами. Это общий подход, который можно только приветствовать, но если мы перейдём общего к частному, - то окажется, что к последнему он неприменим, в принципе. Опасения приуроченной к очередным электоральным циклам «цветной революции», которая, обратите внимание (!),несмотря ни на что, не происходит, берут верх в российском истеблишменте. И тут начинает действовать другая формула, - «давайте заткнём все возможные щели, срочно примем закон(ы), а потом посмотрим, как он(и) работает(ют)». Так уже было с «пакетом Яровой». Впрочем, как оказалось, есть ситуации, в которых сам подход не срабатывает. Сошлюсь на самый свежий пример. Хотели было распространить на все публичные акции запретительные нормы, относящиеся к демонстрации однополой любви под предлогом того, что потенциальными зрителями могут оказаться несовершеннолетние. Причём, с той же самой аргументацией… Не вышло!

Конечно, «примем, а потом посмотрим», - довольно странный подход. Но только, зная его природу, можно понять настойчивость власти, стремящейся применить и дальше жёсткие санкции в отношении тех религиозных направлений, чья деятельность, при этом, со всей очевидностью не содержит террористических угроз.

Изъян такого подхода в том, что всё, воспринимаемое отчего-то в качестве помех проведению избирательной кампании, априори, отвергается «с порога». Вот, скажите какое в реальности отношение к выборам имеют Свидетели Иеговы?

 

Разве что не приходят на избирательные участки?

Вот именно! К преступлениям и даже асоциальному поведению это отношения не имеет, миллионы россиян не голосуют и к ним никто не предъявляет никаких претензий...

Что касается инициативы нижней палаты передать «колдунов» на попечение уголовно-исполнительной системы, подумалось: а что, если здесь мы имеем дело с приостановкой ожидаемых репрессивных действий в отношении потенциально длинного списка религиозных организаций в обмен на (тоже) карательные, но нацеленные на другой объект? У которого, замечу, уж точно не будет общественных защитников ни в России, ни за рубежом. То есть, по-тихому снимается с голосования закон о «деструктивной религиозной деятельности», он откладывается до неких "лучших" для его разработчиков времён «в стол», а взамен появляется закон о «колдунах». Лицензировать «колдунов» под рубрикой "народных целителей" пытались в 90-х, но это ничего не дало и дать, в принципе, не могло. Повторно заниматься учётом целителей прагматичный министр здравоохранения дорожаший своей профессиональной репутацией Вероника Скворцова не собирается, а фискальные органы, кажется, вообще, не представляют себе, как им самим, без помощи силовиков, подобраться к столь высокодоходному, сколь и неуловимому для них виду деятельности. Вот, отсюда и появилось такое радикальное предложение. Как только закон о «колдунах» вступит в силу, у нас будет возможность поговорить о феномене более предметно, главное, о том, как в современной России соотносится рынок оккультных услуг со сферой религии.

 

Да, это тема для большого предметного разговора...

Почему такой межпалатный размен законопроектами оказывается возможен? Российская власть постсоветского образца в плане реагирования на общественно-значимые проблемы работает в незамысловатом режиме: если люди сами часто жалуются во властные структуры по поводу конкретной проблемы, значит, она существует. Не жалуются - её для представителей власти нет. Поэтому когда сидящие в высоких кабинетах чему-то удивляются, то это довольно часто совершенно искренняя реакция. Просто до определённого момента о происходящем они ничего не знали и даже не догадывались.

Сказанное совсем не означает, что узнав «волю народа» (части общества) начальники поспешат её исполнять, но само наличие проблемы где-то в их памяти отложится. Насколько я понимаю, запрет Свидетелей и арест саентологов обозначили для власти наличие вполне конкретной проблемы религиозных организаций, оказавшихся в положении «бедных родственников», которой раньше не было. Свидетели Иеговы и саентологи - граждане страны и они естественно недоумевают, почему это их вероисповедания вдруг, спустя 25 лет признаются сомнительными? Куда им, конечно, идти жаловаться на то положение, в котором они вдруг оказались? Конечно, к власти! А, если вдруг, число этих самых «бедных родственников» ещё и увеличится? Такое развитие событий совершенно нетрудно спрогнозировать: антикультисты уж постараются назвать новые имена и адреса! От миллиона, полутора миллионов, а то и большего числа жалобщиков тогда уже не отмахнёшься, рано или поздно придётся реагировать, да ещё с соблюдением политкорректности. В подтверждение того, что проблема властью уже обозначена, сошлюсь на федерального омбудсмена Татьяна Москалькову. В докладе о состоянии прав человека за прошлый год, она, в частности, констатировала увеличение количества жалоб от верующих по своему ведомству. И это, заметьте, было ещё до запрета Свидетелей и дела питерских саентологов.

 

Беседовал Антон Свиридов

 

RP

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100