Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 288 гостей и один зарегистрированный пользователь на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ОПК В СВЕТЕ НОВОГО РУКОВОДСТВА

Печать

Окончание - начало

Об истории вопроса, самых последних новациях и перспективах учебного курса размышляет социолог и религиовед, эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований, кандидат философских наук, религиовед Михаил ЖЕРЕБЯТЬЕВ

 

карикатура

RP: Не могу обойти стороной вопрос о роли в принятии решений, касающихся изучения религии в школе, федеральных министров образования: каким образом «отметился» каждый из них?

Михаил ЖЕРЕБЯТЬЕВ: На федеральном уровне об уроках религии в школе в открытую заговорили, начиная с 1998 года. Разговоры cовпали, с одной стороны, с требованием патриарха Алексия II внедрять в общеобразовательных школах Закон Божий под маркой ОПК (циркуляр получил широкую огласку после размещения его на сайте Уфимской епархии), с другой, с приходом на должность министра образования Владимира Филиппова. И конечно, произошли события, ознаменовавшие смену политического курса страны. Августовский дефолт стал индикатором и одновременно элементом общего кризиса первой постсоветской конструкции политического, экономического и гражданского устройства страны, который разрешился год-полтора спустя передачей дел от президента Ельцина его преемнику.

 

 

  • В ожидании министерских мемуаров

За прошедшие 18 лет, - а мы взяли за точку отсчёта 1998-й год, - сменилось три министра – Владимир Филиппов, Андрей Фурсенко и Дмитрий Ливанов. Самый большой министерский стаж у Фурсенко – 8 лет, у Филиппова на два года меньше, 4 года минобраз возглавлял Ливанов. Филиппов запомнился сенсационными заявлениями, сравнимыми по значению для своей эпохи, пожалуй, со знаменитыми хрущёвскими крылатыми фразами о нынешнем поколении советских людей, которое будет жить до коммунизма или об участи последнего попа.

Короче, министр однажды взял, да объявил, что нынешнее подрастающее поколение россиян будет изучать религию, не выходя из-за школьной парты. В реальности, министру и его окружению неоднократно приходилось корректировать формулировки то в одну, то в другую стороны, т.е. как в пользу сохранения школ в безрелигиозном состоянии, так и в пользу РПЦ МП. О других конфессиях в ту пору речь вообще не заходила. Итог начинания министра Филиппова оказался неоднозначен: после его ухода так и осталось непонятно, - будет повсеместно в общеобразовательных российских школах преподаваться религия как вероучительный предмет или нет? (При этом отдельные регионы самостоятельно продолжали наращивать масштабы и темпы внедрения религии в школьные программы).

О неоднозначности политики министра Филиппова с его религиозными инициативами позволяет говорить ещё одно обстоятельство, - в этот же период министерство подготовило внутренний документ, регламентирующий порядок преподавания вероучительных дисциплин в помещениях общеобразовательных школ. Со всей очевидностью, он был сориентирован на РПЦ МП, поскольку одного заявления общины, представляющей любую деноминацию (по закону равноправную с другими), оказывалось недостаточно, чтобы пользоваться свободными классами в выходные дни. На заявление ещё требовалась «виза» школьного руководства. Ясное дело, кто мог пройти через такой фильтр… Вместе с тем, начинание оказалось мертворожденным, РПЦ МП такая возможность совершенно не заинтересовала, - что вполне понятно. К этому моменту у неё сформировалось чёткое представление о желаемой модели присутствия в школе, многие её пожелания так или иначе удовлетворялись властями, а настойчивое стремление обосноваться в школе «всерьёз и надолго» стало находить понимание среди администраторов разных уровней, - разумеется, не всех, но и тех, что проявили себя сторонниками школьного законобожия уже было достаточно.

Не менее интересно, что всего несколько лет назад это неработающее положение перекочевало из министерской инструкции в текст ФЗ РФ «О свободе совести». Предполагаю, это было сделано для выравнивания правового дисбаланса, чтобы можно было сказать, «а у нас и такая возможность предусмотрена»…

Сменивший Филиппова Фурсенко производил впечатление управленца, избравшего стратегию сдерживания бури и натиска клерикализаторов от РПЦ МП путём систематических, но незначительных уступок, что ещё больше раззадоривало иерархов и пропатриархийных активистов. Последние неоднократно открыто требовали отставки министра, надо сказать, по самым равным поводам. Даже появление ОРКСЭ в школьной программе не избавило Фурсенко и Минобраз от критики патриархийно-клерикальных сил. И хотя новый предмет вводился тогдашним главой государства Д.Медведевым, решение об ОРКСЭ явилось логическим продолжением общей министерской линии компромиссов: весь период обучения уложили в один год в 4-м и 5-м классах. Выработанную министерством при Фурсенко линию унаследовал и Ливанов. При министре-супертехнократе она обрела силу инерции, которую уже не сможет сломать даже персона, располагающая кредитом полнейшего доверия руководства титульной церкви, которого не было ни у Фурсенко, ни у Ливанова.

Надо сказать, Ливанов сопротивлялся совершенно в стиле Фурсенко. Независимо от того, что сам он может сказать по этому поводу, так это выглядело со стороны. Крайне примечательно его прошлогоднее заявление о втором иностранном языке ровно после того, как патриархия снова настойчиво поставила вопрос о расширении преподавания ОПК/ОРКСЭ.

Лично мне хотелось бы пожелать всем приложившим руку к оформлению православного всеобуча министрам дожить до глубокой старости и завершить свой жизненный путь мемуарами хотя бы с небольшим элементом откровенности, хотя бы как это сделал сейчас всесильный некогда Коржаков.

 

  • Воспитывать, воспитывать и еще раз воспитывать

Кроме инерции, которая присуща работе любого сложившегося ведомства, существует ещё и «субъективный фактор». Ольга Васильева с самого момента её назначения оказалась под огнём мощной критики. Такого, пожалуй, ещё не было в постсоветской истории, если говорить о министерстве образования. Как скажется «субъективный фактор» на работе Минобраза?

В отличие от Филиппова, Фурсенко и Ливанова, которые перед назначениями в министерство были совершенно непубличными персонами (в силу своих «технарских» специальностей) , Васильева ещё до работы в администрации президента приобрела широкую известность за пределами круга коллег-профессионалов, несмотря на занятия очень узкой академической специализацией. Этот феномен тоже ещё предстоит осмыслить.

Думаю, ровным счётом ничего не изменится в настороженной оценке нового министра, даже если будет установлена некорректность изложения высказываний Ольги Васильевой на разных закрытых мероприятиях последних лет. Могу с кем угодно даже держать пари, что обращаться в суды с исками о защите чести и достоинства Ольга Юрьевна не станет. Сейчас, Вы, наверное, уже видели какие бурные дискуссии развернулись в СМИ: говорила/не говорила и что всё-таки сказала… Но всё это тоже относится к «инерции», правда, уже не ведомства, а вполне конкретной должности. Т.е. всплеск скептических оценок после Ливанова (который в моём представлении представляет «реинкарнацию» несгибаемого сталинского наркома Кагановича) будет сопровождать любого нового министра образования. Тут уж ничего не поделаешь. И ещё на что бы хотел обратить внимание: бэкграунд министерского поста, конечно, важен, но и высоких «расстрельных» должностей осталось по нынешним временам раз-два и обчёлся; прежде откровенно негативное отношение вызывал гражданский министр обороны, правда, это уже в прошлом.

Меня, признаюсь, настораживают другие вещи. У министерства в целом пока нет ясности, - чем предпочтительнее заниматься школьникам в основной и дополнительной (факультативной) частях программы. В интервью воскресной недельной программе PТР «Вести недели» 21 августа министр просто констатировала тот факт, что подготовкой к ЕГЭ нередко в российских школах занимаются в рамках факультативов без к-л оценки этого факта. Несколько дней спустя появилась противоположная информация – на уроках лучше всё же сделать упор на освоение основной программы, а вот, в дополнительном формате надо-де вернуть в школу трудовое воспитание в связке с патриотическим. А где тогда, спрашивается, отыщется место подготовке к продвинутой части ЕГЭ? А ведь при таком подходе со всей очевидностью закладывается конфликт интересов системы образования с семьёй, как «потребителем образовательных услуг», поскольку «ячейка» общества» постсоветского российского образца давно и упорно сориентирована преимущественно на получение детьми высшего образования. Невольно вспоминаются «контрольные цифры» поступающих в вузы, на которые призвала равняться социальный вице-премьер Голодец - 40 % от числа школьных выпускников.

По поводу заявленного акцента на «трудовом воспитании». В связи с этим вспомнил старый анекдот: «колхозы построены, присылайте колхозников», короче, построенные колхозы в ожидании своих новых колхозников. А если обойтись без метафор, - как бы это начинание не вылилось в «общественно-полезные работы» в монастырях и приходах… Пока другие субъекты хозяйственной деятельности (включая, муниципальные власти) раскачаются, РПЦ готова уже сегодня обеспечить «фронт работ» подсобникам. Соблазн использовать школьников на церковных хозрабортах огромный (и у местных властей, которые по всем телеканалам видят симфонию наверху, и, само собой, у титульной церкви). Поэтому, если минобраз не пресечёт такие вещи прямо сейчас, что называется, «на корню», мы будем иметь очень серьёзные конфликты, в дополнение к тем, что уже существуют. Само такое начинание, завязанное на РПЦ МП, в итоге, будет оценено общественным мнением совсем иначе, как это представляется тем, кто его затевает.

Понимаю, не всё так просто, могут же, скажем, возникнуть археологические, реставрационные детские/подростковые группы, работающие в т.ч. на церковных объектах со статусом патриархийной собственности. Во избежание проблем, я бы отделил такие группы по интересам от школы, от школьно-патриотической организации, ведь можно в формат школьной реставрационно-археологической группы втиснуть то, что не будет иметь к этим видам деятельности никакого отношения: дети будут повально заняты обработкой монастырских полей, но числиться при этом реставраторами или археологами. С помощью административного ресурса можно делать что угодно. И хорошие объяснения отыщутся, мол, в ожидании работ по основным вилам деятельности... И причин будет найдено множество: не подвезли раствор требуемого качества или кисточками для работы с культурными слоями не обеспечили, зато в избытке на месте оказались тяпки для прополки...

В общем, такие очевидно непростые форматы взаимодействия нуждаются в детальной проработке. Поэтому, как мне представляется, министр должна до их появления принять меры упреждающего характера. Как, к слову, нуждаются в корректировке и публичные способы взаимодействия федеральных министров с главами конфессий. Я имею в виду встречу Ольги Васильевой с патриархом Кириллом, которая преподносилась огосударствленными СМИ как отчёт младшего должностного лица перед старшим, если прочитать её в системе властной субординации, – а если в религиозном (или абстрактно-духовном) плане, как получение благословения на свою деятельность. В итоге, получился гибрид, которого в светском государстве с юридическим равноправием религий быть не должно. Если министр получает благословение той конфессии, к которой он принадлежит, то оно может быть только частным. Ежели это публичный гражданский акт представления властной персоны общественности с подобающими по протоколу приветствиями и неформальным обменом мнениями, то непременно с участием представителей или всех, или крупнейших деноминаций, хотя довольно часто бывает важно и подчеркнуть значимость «малых сих». Думаю, даже «муфтий Святой Руси» Таджуддин, во всём безоговорочно поддерживающий патриархию, не был в восторге от увиденного по ТВ отчёта встречи министра образования с патриархом. Вообще, в РПЦ МП придерживаются очень архаичного для современного секулярного и многополярного мира представления о лоббизме светскими чиновниками собственных интересов. Т.е. если их последователь оказался на государственном или муниципальном посту, в нём церковное руководство видит проводника (и юридического, и административного) своих корпоративных интересов, хотя, в реальности, акцент должен делаться, прежде всего, на моральных качествах чиновника, только в этом он может служить примером для остальных и тем самым репутационно поддерживать авторитет деноминации. Трудно себе представить, чтобы сегодняшний итальянский чиновник-католик начал «ставить палки в колёса» другим деноминациям, ссылаясь на эксклюзивность собственного вероисповедания. Да сама католическая церковь первой бы осудила его за такое! А между прочим, акцентируя РПЦ МП тему личных качеств нового министра образования, это выглядело бы гораздо убедительней, потому что демонстрировало бы обществу, в первую очередь, человека. Возьмём хотя бы такие факты, что на кафедре РАГС за время руководства Васильевой не было конфликтов, что у нового министра сложились добрые взаимоотношения с представителями разных деноминаций и не только из числа т.наз. «традиционных». Второе, конечно, не вписывается в модель представлений о мироустройстве таким, каким его видят в руководстве МП. Вот, поэтому акцент во встрече министра с патриархом был сделан на должностных статусах в ущерб потенциально невероятно выигрышному очеловеченному образу министра. Его попросту принесли в жертву.

 

В чём может состоять патриотическая составляющая воспитания?

За шумным обсуждением кандидатуры нового министра никто почему-то не вспомнил о предшествующих начинаниях Кремля по патриотическому воспитанию учащихся. Власть несколько месяцев назад предприняла попытку создать сверху аналог советских «помощников партии» пионерии-комсомолии. Пока влияние новой государственно-патриотической организации решено ограничить пределами школы. Власть всерьёз решила взяться за воспитание, если уж говорить совсем конкретно – формировать лояльность будущих поколений россиян, которые не помнят брожения умов, характерного для Перестройки и 90-х. Надо сказать, образ этого времени в массовом сознании россиян и без того не светлый.

А, значит, новый министр получила назначение под реализацию вполне готовой задачи.

 

Похоже, новому министру предстоит заниматься культивированием гражданской религии?

Вот, не уверен, что можно так сходу определить продвигаемую лоялистскую идеологию в качестве гражданской религии. Ведь граждане это совсем не те, кто безоговорочно поддерживают власть, как и патриоты, кстати, тоже. Формула гражданственности – личное участие в общественных делах, помноженное на критичность по отношению к происходящему в стране, в том числе к действиям власти. Поэтому термин «гражданская религия» приложим не к каждой ситуации, а теория гражданской религии, на которую в последние годы утвердилась мода в России, нуждается в серьёзной коррекции.

Тем более, что РПЦ МП с её представлением об эксклюзивных правах на Россию (когда остальные участники религиозного процесса воспринимаются как заведомо неравноправные субъекты, законными правами и интересами которых можно и пренебречь) будет очень сложно вписать в контекст гражданской религии.

 

  • Памяти «бригадного метода» Надежды Константиновны Крупской

Ваш прогноз, как могут складываться в школе, создаваемой министром Васильевой, отношения государственного лоялистиского патриотизма и конфессиональных элементов?

Лоялистский госпатриотизм будут олицетворять как сама школа, так и неопионерокомсомолия или как там её назовут. Громкое название, думаю, уже заготовлено имиджмейкерами, но до поры до времени его предпочитают не раскручивать. Существуют, видимо, варианты с зашифрованным в аббревиатуре инициалами Путина и без. На каком из них остановиться - вопрос пока, видимо, нерешённый. Формально у РПЦ МП на первоначальном этапе работы нового министра образования появятся неограниченные возможности, правда, сам этот период будет очень коротким, поскольку самостоятельно, без государства, – что уже бывало не раз – воспользоваться этими возможностями патриархия не сможет и оказавшись «третьим лишним» в этой комбинации удалится «тихо курить в сторонку».

ОПК с 1-го по 11-й – это такая «игра в поддавки» со стороны власти, - сродни знаменитой фразе Ельцина – «берите столько суверенитета, сколько сможете проглотить!» Поэтому, в моём представлении, вертикаль так торопится с подготовкой программы ОПК, чтобы её не могли упрекнуть в торпедировании инициативы главной партнёрской организации государства.

Однако, как только будет запущена ритуальная сторона неопионерокомсомолии, необходимость в аналогичной церковной подпорке отпадёт уже сама по себе: секулярное общество определённо остановит свой выбор на лоялистском патриотизме с его простой и понятной символикой и короткой по времени обрядовой частью. Произойдёт вытеснение религии в частную жизнь, где, собственно, она и пребывает, если говорить о православии по версии МП.

5-минутки антисектантской ненависти в школе, разумеется, останутся, - антикультизм после принятия «пакета Яровой» уже стал частью государственной политики. Но такие «уроки» вполне можно проводить вне-и-без религиозного всеобуча. Мне представляется, что в большей степени лоялистский патриотизм без религиозного окраса нацелен на Северный Кавказ. Федеральные власти интуитивно понимают необходимость смены на Кавказе религиозной парадигмы на светскую, ислам пугает, поэтому естественным образом возникает желание попытаться обойти его стороной. И если посыл всё-таки будет запушен, вот, увидите, он будет искренне поддержан тамошними акимами (начальниками по-общевосточному) везде, пожалуй, кроме Чечни, но, возможно, через к-т время и там тоже.

А с предметом без оценок, каковым является ОРКСЭ (чем-то отдалённо он напоминает «бригадный метод» освоения учебных дисциплин, внедрявшийся в советскую школу 1920-х Н.К.Крупской) несложно и распрощаться, тем более это будет уместно при наличии более понятных всем альтернатив.

 

Беседовал Антон Свиридов

 

 

RP

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100