Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 190 гостей и 2 зарегистрированных пользователей на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ВЫЗОВЫ XXI ВЕКА

Печать

 

simp1

Религиоведение и теология – вызовы XXI века: от демаркации предметных областей к антологии религиозной мысли «Патрология Россика»

 

 

22 апреля в РАНХ и ГС прошел всероссийский симпозиум «Религия в аспектах философских, теологических, религиоведческих подходов: проблема определения объекта и экспертизы», на который собрались религиоведы и теологи ведущих образовательных и академических центров России с целью обсудить наиболее важные векторы развития религиоведения и теологии как отраслей гуманитарного знания, обменяться мнениями по вопросам демаркации их предметных областей, конкретизировать задачи отраслевого развития и межотраслевого взаимодействия на ближайшую перспективу. Подобного уровня и значимости научный форум проходил в Академии более 10 лет назад – 28–29 октября 2003 г. – конференция «Философско-методологические проблемы изучения религии»; тогда основной проблемой дискуссии были подходы к определению объекта религиоведения как науки и разработка её понятийно-категориального, методологического аппарата. Как и прежде, организатором форума выступила кафедра государственно-конфессиональных отношений ИГСУ РАНХиГС при участии центра «Религия и общество» ИОН РАНХиГС, Ассоциации российских религиоведческих центров, Межрелигиозного совета России.

Открывая симпозиум, заведующая кафедрой государственно-конфессиональных отношений ИГСУ РАНХИГС Ольга Васильева отметила, что для современной системы российского образования появление теологической отрасли является новацией: «До 1917-го года, хотя церковные дисциплины в государственных университетах и были представлены в основном на кафедрах церковной истории канонического права, но богословское образование в целом всё же оставалось в лоне религиозных организаций, в первую очередь Русской Православной Церкви. С учетом обстоятельств конца XX – начала XXI в., вопрос о роли религии в жизни российского общества более не является дискуссионным, но возникает иной – не случится ли подмены религиоведения теологией? Наряду со всеми иными вопросами отраслевого строительства и межотраслевого взаимодействия, именно этот вопрос, по сути, будет самым острым – его мы и хотели бы обсудить с представителями научного сообщества».

Предметная область – есть ли спор?

Имея общий объект исследования – сферу религиозного в ее полноте, в многообразии ее феноменов, исследовательские фокусы теологии и религиоведения имеют множество точек пересечения, что отражено в паспортах их научных специальностей. Так, митрополит Волоколамский Илларион (Алфеев), ректор Общецерковной аспирантуры и докторантуры свв. Кирилла и Мефодия, обращаясь к участникам симпозиума, отметил, что о присутствии теологии в отечественных науке и образовании следует simp3говорить не в модальности возможности, желательности-нежелательности, а в модальности свершенности, де-факто – де-юре состоялось вхождение теологии в научно-образовательное пространство страны.

Согласно приведенным митрополитом Илларионом данным по состоянию на 1 января 2016 г., теология преподается в 48 вузах России, треть из которых являются государственными: «В стране юридически закреплена и фактически действует система вузовского теологического образования, включающая в себя соответствующие уровни – бакалавриат, специалитет, магистратуру, аспирантуру, дополнительные образовательные программы».

Ректор Поволжского православного института им. свт. Алексия, митрополита Московского, протоиерей Дмитрий Лескинрассуждая о категориях, оперируемых теологией и религиоведением, заметил, что они обслуживают хотя и близкие, пограничные, но все же различные предметные области. Так, «…религиоведение изучает общество, т.е. людей; методологический принцип этой науки исключает феномен трансцендентного, что для теолога это является неприемлемым», а потому у теологии в отношении к религии есть особые задачи исследования, которые несвойственны религиоведению. «Несомненно, мы должны признавать сферу деятельности возможно осуществимую для теологии так же, как признаем для религиоведения, для иных отраслей социально-гуманитарных наук. Между науками естественны взаимопроникновения, а потому и диалог не только возможен, но и важен». Если будет производиться верификация теистиечских представлений не на свойственных для отрасли основаниях, то, по мнению протоиерея Дм. Лескина, возникнет конфликтное поле, а если будет учитываться та система координат, в которой действует каждая научная область, в том числе и область теологии, тогда не будет повода к конфликтам и противостоянию.

О проблеме отраслевой демаркации выступали представители не только богословской корпорации, различные подходы к проблеме представили методологи науки и религиоведы.

Так, руководитель группы «Онтология» сектора теории познания Института философии РАН, профессор Андрей Павленко отнёс операциональные категории, используемые в теологических дискурсах к разряду переживаний и эмоций. По его словам, наука, кроме прочих, активно использует естественнонаучный инструментарий; в арсенале же теологии из научного инструментария лишь единственный – логический, а потому проф. Павленко предложил не спешить с научностью теологии, поскольку «с методологической точки зрения перед ней уже совсем скоро для нее самой откроются совершенно неожиданные горизонты».

Руководители ведущих религиоведческих кафедр МГУ и СПбГУ Игорь Яблоков и Марианна Шахнович, признавая за теологией право на научность, обратили внимание не столько на принципы разграничения предмета науки и объекта веры в религиях, сколько на такой критерий как профессиональная выучка, профессионализм исследователя. В частности, проф. Яблоков отметил: «…в системе религиоведческого знания органически соединяется философская составляющая с иными подходами… Ученные, которые не признают конфессиональное учение о религии наукой о религии, не видят реальных фактов развития конфессионального религио-ведения и конфессиональной философии, могут, в итоге, “потерять” предмет». Обращаясь к предметной области, профессор подчеркнул: «теология – это система знаний о том, что называется Богом, а религиоведение – система знаний о знаниях о Боге, таким образом, если нет первого, то и предмет религиоведения ускользает, тогда как у simp2теологии предмет остаётся». Главная и наиболее существенная, на его взгляд, проблема теологии на сегодняшний день заключается в ее распыленности по многим отраслям гуманитарного знания – такое положение дел является лишением теологии самодостаточности.

Профессор Шахнович отметила: «Мне кажется, что мы совершенно неправильно говорим о демаркации теологии и религиоведения – это как сравнивать холодное и сладкое. В современном образовательном пространстве и в академическом дискурсе существовало противостояние теологии и философии, но граница здесь подвижна – и философия, и теология при наличии определенных условий и политической воли в равной степени выступали и могут выступать как формы идеологии. Мы знаем о том, как влияла марксистская философия на науку о религии. Мы знаем, как может влиять теология на науку о религии. У нас, в России, получилось, что религиоведение в рамках философии превратилось в науку, что на самом деле совершенно не так, потому, что религиоведение – это много наук. Мне кажется, что если и проводить демаркацию, то проходить она будет по профессионализму исследователя. И еще: если мы хотим информировать, давать знания – это по ведомству религиоведения, а если мы хотим воспитывать, то это – сфера философии, сфера духовно-нравственных ценностей, сфера теологии» – заключила проф. Шахнович.

Профессор Николай Шабуров – руководитель Учебно-научного центра изучения религии РГГУ, обращаясь к проблеме отраслевой демаркации между теологией и религиоведением, отметил: «Есть определённая реальность – теология существует в пространстве, но, тем не менее, было бы неправильно закрывать глаза на специфику теологии в сравнении с другими гуманитарным наукам, поскольку вне теизма, теистических систем теология невозможна: теология основана на принципе Божественного откровения, которое выражено в определенных текстах, которые являются фундаментом, базой теологии как таковой – вне их теологии нет. В случае Христианства это Библия, в случае с Исламом это Коран. Я думаю, что различные научные дисциплины базируются на иных принципах. Основной предмет теологии – это Бог. Теология может быть только конфессиональной. И в этом главное отличие религиоведения от теологии. Религиоведение занимается религией как феноменом человеческой жизни, человеческого сознания» – завершил Николай Шабуров.

Евгений Аринин – профессор Владимирского государственного университета им. А.Г. и Н.Г. Столетовых, поднимая вопрос о форме преподавания теологии в светских университетах, выразил надежду, что компромисс удастся найти: «Сегодня возрождаются религиозные ценности, и возникает вопрос, как преподавать религиоведческие дисциплины в университете? Как конкретную доктринально-вероучительную дисциплину, когда даётся знание о религиях, ввести в универсальный контекст? Очевидно, что есть разница между церковным богословием и теологией в университетском смысле: есть точка зрения Церкви, и есть университет. И я надеюсь, что компромисс будет найден».

Образ будущего: кто кого или взаимообогащающее партнерство?

Вадим Васильев – профессор кафедры истории зарубежной философии МГУ им. М.В. Ломоносова и председатель экспертного совета по философии, социологии и культурологии ВАК России, не исключил, что ввиду разнородных факторов, религиоведение может быть поглощено теологией. Рассматривая возможные сценарии, проф. Васильев обратил внимание на дискуссионность проблемы формирования одной УГС по религиоведению и теологии.

Доцент кафедры философии религии и религиоведения философского факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Алексей Апполонов, рассуждая о будущем двух дисциплин, также видит опасность усугубления конкурентной борьбы: «Во время формирования паспорта по теологии произошла трагическая ошибка – произошла секуляризация теологии: вместо богословия, как оно должно было называться по российской традиции, мы имеем некую латинизированную теологию, которая занимается всем, кроме Бога. С моей точки зрения – это неудача, которая будет иметь серьезные последствия для религиоведения, потому что мы получаем две дисциплины, которые занимаются практически одним и тем же, и они будут конкурировать».

В ответ на обеспокоенность коллег, митрополит Илларион уверил: «Я, в частности, считаю, что мы сможем достичь хорошего уровня взаимопонимания и сотрудничества с религиоведами, поскольку теология не ставит своей задачей вытеснение религиоведения из университетского и академического пространства, не ставит задачи подмены собой, занятия позиций религиоведения. Именно потому, что мы, со своей стороны, видим предметно-методическую специфичность теологии по отношению к религиоведению, мы и не претендуем на ее академический удел. Напротив, мы считаем, что появление теологии в качестве научной специальности будет способствовать лучшему пониманию предметно-методической специфики религиоведения».

Шамиль Кашаф – руководитель Департамента образования науки и культуры Духовного управления мусульман России, поддержав позицию митрополита Иллариона, обратил внимание участников симпозиума на позицию шейха муфтия Равиля Гайнутдина: «На наш взгляд теология и религиоведение в их совокупности могут дополнять друг друга, и это может способствовать лучшему постижению мироздания, к чему нас призывает Всевышний Творец». Среди тех условий, которые ещё в 2000-м году обозначил духовный лидер мусульман России шейх Гайнутдин – то, что мусульманское богословие должно преподаваться мусульманами по учебным пособиям, которые были бы согласованы в первую очередь Минобрнауки России и утверждены ДУМ России для исключения противоречий российскому законодательству.

Подводя итог утреннему заседанию – теоретической части симпозиума, профессор кафедры национальных и федеративных отношений ИГСУ РАНХИГС Вильям Шмидт, отметил: «за прошедшие с 90-х – 2000-х годов десятилетия, страна и общество претерпели существенные изменения – сегодня мы имеем факт сложившейся религиозной системы, не только ставшей неотъемлемой частью ее народохозяйственного комплекса, но имеющей в нем стратегическое значение. Комплексное развитие этой отрасли – повышение качества ее ресурсных баз, развитие инфраструктуры и инструментария – стратегическая задача, вызов, которые не могут остаться без внимания со стороны как профессиональных сообществ, так и органов управления. Обеспечить эффективное воспроизводство данной отрасли с учетом взаимозависимостей, наша с Вами задача.

Значительные шаги на этом пути уже сделаны. В частности, идет активный профессиональный диалог между научными направлениями и школами и их представителями как на региональном, национальном уровне, так и международном (в октябре месяце во Владимире пройдет уже III Религиоведческий конгресс; РАНХиГС совместно с ведущими религиоведческими центрами России и СНГ реализует проект “Антология отечественного религиоведения” – уже издано 9 томов, представляющих наследие советской эпохи; в сообществе накоплен неоценимый опыт подготовки нормативных текстов – изданы 2 фундаментальных отраслевых словаря “Религиоведение. Энциклопедический словарь” и “Энциклопедия Религий” (оба издания под редакцией лфн, проф. Андрея Забияко, Александра Красникова и Екатерины Элбакян). Нельзя обойти вниманием и уникальный опыт “Православной Энциклопедии”. Все это – яркая, но все же маленькая толика всей той большой повседневной работы, которая ведется на местах по всей стране.

Размышляя над общими для нас, религиоведов, теологов, философов, историков, культурологов и т.д. – всех, кто занимается исследованием религии и вовлечен в отраслевое воспроизводство, задачами, хотел бы обратить внимание на один факт.

В отличие от других стран и цивилизаций, например, европейцев, сформировавших (более 280 томов) и Patrologia Graeca (более 160 томов), Россия в своем арсенале все еще не имеет «канонического корпуса текстов» на национальном языке. Хотя эта работа активно велась во времена митрополита Филарета, а до него эти попытки предпринимали митрополит Макарий и Патриарх Никон, мы ее не только не завершили, но по сути, еще и не начинали. Похоже, пришло время сформировать свою, на национальном языке, антологию религиозной мысли – “Патрологию Россика”. И это – задача цивилизационного масштаба – задача не на одно десятилетие, задача, потребующая не только значительных материальных ресурсов, но главное – значительных духовно-интеллектуальных усилий и заинтересованного, взаимообогащающего соработничества. Полагаю, мы не только можем, но и обязаны поставить себе такую цель и начинать к ней движение».

 

* * *

Прикладные проблемы религиоведения и теологии были актуализированы начальником Департамента по взаимодействию с религиозными организациями Управления Президента Российской Федерации по внутренней политике Евгением Ереминым, который подчеркнул, что государство заинтересовано в кадрах, профессионально занимающихся религиоведческой и теологической тематиками, а экспертиза, выдаваемая профессиональным сообществом должна ориентироваться на реалии современного российского законодательства.

Собравшиеся на симпозиум специалисты, акцентировали внимание на проблемах подготовки кадров религиоведческого и теологического профилей, отмечая важность формирования философско-религиоведческих и религиоведческо-теологических компетенций у специалистов всех отраслей хозяйства, поскольку религиозный фактор оказывает все более существенное влияние на все сферы жизни общества.

Особое внимание было уделено проблемам экспертной деятельности специалистов, вовлеченных в религиозную сферу жизни общества – уровню их компетенций, критериям оценки профессиональных навыков и ответственности, поскольку все это напрямую связано с уровнем стабильности и безопасности общества в целом.

Профессор кафедры социологии и управления социальными процессами Академии труда и социальных отношений Екатерина Элбакян обратила внимание на соотношения практического религиоведения и юридической практики и, в частности, рассмотрела проблемы религиоведческой экспертизы, отметив, что: «Религиоведческая экспертиза является специализированным текстом, в котором в системном и логическом виде с научных, религиоведческих позиций представлены сведения о той или религии или религиозном направлении, и который содержит в себе предельно лаконичные, однозначные ответы на поставленные перед экспертом вопросы. Религиоведческая экспертиза должна опираться на нормативный, а не на проблематизирующий текст – должна отражать устоявшиеся в науке представления о конкретном явлении в конкретный момент времени».

О тонкостях внедрения особо значимой для эпистемологии и религиоведческой экспертизы понятия фундаментализм рассказала заведующая кафедрой политологии Московского православного института св. Иоанна Богослова Анастасия Митрофанова: «Фундаментализм – это политическое движение, которое является неравнодушным к той культуре, на основе которой оно возникает. Фундаменталисты обращаются к ценностям своего общества, которые это общество, по их мнению, забыло». Очевидно, что традиционность, традиционализм и фундаментализм не всегда пересекаются, но фундаментализм под собой всегда имеет установки, характерные для местной культуры, идентичные их мировоззрению.

Рассуждая о соотношении религиозной традиции и идентичности, директор Центра религиоведческих исследований Тамбовского госуниверситета Татьяна Пронина, обратила внимание на то, что «религиозная идентичность – это, как правило, те критерии, по которым определяется религиозный характер объединения и его деятельность. Так, религиозная самоидентификация синтезирует качественно-количественные характеристики религиозности в их сочетании с личностным восприятием собственной принадлежности к мировоззрению или сообществу».

В продолжение данной темы профессор кафедры философии и религиоведения Военного университета Минобороны России Михаил Курочко привёл примеры рисков, связанных фундаментализмом, которые «…подрывают духовную идентичность народов России», то есть ставят под сомнение или вообще приводят к диффамации традиционные формы вероучений. По его словам, вновь возникающие религиозные движения, будучи содержательно деструктивными и радикальными, под видом возрождения веры, активно вербуют сторонников в свои ряды: «К сожалению, практика показывает, что сегодня нет подготовленных специалистов, которые могли бы вести мониторинг и дать адекватную оценку религиозным организациям и движениям или организациям, деятельность котрых может оказать серьезное влияние на общественную безопасность…».

Участники дискуссии договорились, что круг поставленных проблем, связанных с вопросами идентификационных начал и универсалий, во многом влияющих на процессы социализации и институциализации в целом, характера этно-религиозных процессов и государственно-религиозных отношений, требует специального рассмотрения и будет продолжен в рамках намеченного на 18–19 мая в Орловском госуниверситете симпозиуме «Религия как фактор этно-культурной и национально-государственной идентичности».

 

* * *

По итогам симпозиума, с учетом задач по демаркации предметных областей и отраслевой институциализации теологии, участники пришли к консолидированному мнению о необходимости проведения не только «ревизии» отрасли, но и придания официального статуса профессиональному сообществу исследователей религии, в компетенции которого собственно и находятся вопросы качественного преобразования и воспроизводства отрасли в целом, включая систему отношений – координации и обеспечения профессиональной коммуникации.

 

Обзор подготовили Вильям ШМИДТ, Шамсиддин РИЗОЕВ

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100