Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас один гость и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ДЕСАКРАЛИЗАЦИЯ В ОБМЕН

Печать

Антуан Каро. Разграбление кальвинистами церквей Лиона, 1562Одной из замечательных новостей, сравнительно деликатно говорящих об атмосфере абсурда, непринужденно сопутствующего процессу "возрождения" непонятно чего, стало сообщение о решении совершать православные богослужения в Казахстане на казахском языке. Нет-нет, против того, чтобы у православных в этой стране появилась, наконец, возможность молиться на понятном им языке, никто ничего не имеет. Это будет и в самом деле очень разумно. А заодно и укрепит присутствие Московской патриархии в этом регионе бывшего пространства коммунистической империи СССР, которое именуется церковью своей "канонической территорией". Однако, при этом сразу же и самым естественным образом возникает другой вопрос: почему же тогда эта религиозная организация так упорно сопротивляется введению богослужений на родном языке  в самой России?

Сомнений  в том, что здесь присутствуют традиционные для светских и церковных отечественных политиков "двойные стандарты", конечно, не возникает. Но все-таки, что же конкретно мешает религиозной организации, которая столь явно рвется к популярности, упрямо избегать самого первого и незаменимого шага из ведущих к такой популярности?

Ответ, наверное, прост как дважды два: она боится того, что станет понятной!  А, как следствие, разумеется и " понятой" в своих истинных устремлениях, которые уже не станут выглядеть чем-то неизъяснимым, а будут доступны для именования в простой разговорной речи.

Например, изреченная патриархом Кириллом на миссионерском съезде в доступной форме идея о том, что церкви сегодня надо подобно большевикам переформатировать общественное сознание, оказалась более, чем понятна. Поэтому, будучи ясно понятой людьми, она веско свидетельствовала и о намерениях религиозной организации. Из слов патриарха россияне поняли, что революционная ситуация в стране в очередной раз назрела, и теперь главным для РПЦ МП стало – не упустить момент, чтобы с использованием опыта предыдущей революции, усилить миссионерский потенциал и развернуть историю вспять.

Руководителя мощной религиозно-политической структуры можно понять - он исполняет свой долг перед организацией, и не использовать при этом удобную на его взгляд ситуацию было бы просто непоследовательно. Однако, никаких оснований говорить при этом о христианской мотивации наблюдаемого воодушевления оснований, конечно же, нет.

Например, сообщая нескольким десяткам делегатов миссионерского съезда о том, что успеха в православизации страны можно добиться только при наличии общей идейной устремленности, профессиональный проповедник ссылался на опыт успешного развала дореволюционной России после 1917 года. При этом доказывать высокую эффективность "строительства социализма" в ту эпоху патриарху не было никакой нужды: всем известно, что идейно одержимые матросы, а следом - комсомольцы при своей инициативности сумели развалить и разграбить страну в показательно сжатые сроки. Правда, понять трезво взглянув на вещи, чем отличается такая "проповедь" от "пропаганды", конечно же, невозможно. Особенно на фоне ностальгического упоминания оратором о тех светлых временах, когда вся былая империя была охвачена "православной верой" с разумным умолчанием им о такой детали, что едва ли не в одночасье страна развалилась как раз благодаря почти тотальной поддержке "охваченного верой" населения.

Увы, но восприятие истории у наших соотечественников исключительно мифологично. Поэтому, чтобы изменить усвоенные из "Краткого курса" представления на столь же искусственные, но с обратным знаком, "злодеев" и "жертв" достаточно просто поменять местами. В результате вместо "тюрьмы народов" получится "Святая Русь", вместо "попов и буржуев" – "рабочие и крестьяне", а вместо созданной позже большевиками церковно-политической структуры -  "духовная сокровищница". Поэтому, сегодня вполне откровенную кампанию по превращению светского государства в нечто, смахивающее на знакомую всем "модель Хомейни" с православным антуражем, даже революцией именовать было бы, по существу, не совсем корректно. Вот, понятие реваншистского переворота, переходящего из вялотекущей формы в активную, было бы точнее.

Разницу между церковной деятельностью и политической борьбой благодаря сравнительно низкому уровню общественного внимания к сфере религии в общественных представлениях довольно долго удавалось нивелировать. Но всплеск клерикальной активности со стороны РПЦ МП с сопутствующими ему скандальными подробностями изменил ситуацию на прямо противоположную. Разного рода деятельность этой религиозной организации привлекает все больше внимания, но за популярность приходится платить "десакрализацией". Если в самих церковных или властных кулуарах это пока еще не почувствовано, то в обществе насчет того, что "процесс пошел", стало ясно гораздо раньше.

Церковь все привычнее воспринимается основной массой населения, как что-то, вроде "церковной партии", существующей параллельно "единороссам". Становясь понятней и в этом смысле "ближе к народу", она проявляет все больше достоверных черт политической организации клерикально-имперского толка. Правда, входящие в нее разнообразные церковные и околоцерковные функционеры, усилия которых направлены на достижение общей цели, действуют вразнобой, в результате чего, видимая активность заполнения светской жизни клерикально окрашенными акциями и инициативами, исправно отдаляет саму цель.

Лучше всего такую ситуацию можно было бы охарактеризовать пословицей, согласно которой "Заставь дурака Богу молиться - он лоб пробьет".

Например, если инициатива одного из чиновников Московской патриархии по разработке "кодекса для москвичей и приезжих", будучи реанимацией старой идеи Лужкова логично укладывается в тенденцию светской власти и клерикалов к искусственному обособлению "чужих" – иноверцев и иноплеменников, то скандальная выходка церковного антикультиста на благотворительном мероприятии для детей в храме Христа Спасителя, широко освещенная в СМИ, создает политическому православию не столько политический, сколько  антиобщественный имидж.

Впрочем, старая мудрость "переделать – хуже, чем недоделать", в критических ситуациях всегда забывается в первую очередь. И касается это не только абсолютного большинства экстремистски настроенных маргиналов, странным образом сосредоточившихся в сфере "околоцерковной оголтелости" и последовательно подводящих свою "крышу" буквально "под монастырь". Это относится и к более скоординированным сообществам, действующим в сфере "большой политики".

Ситуацию соблазна, уступая которому светская власть могла совершенно искренне рассчитывать на спасительную эксклюзивность конфессионального опыта в организации внутригосударственной жизни, понять не сложно. Уровень представлений руководящих персоналий о церкви и ее функционерах мало отличается от недавнего обывательского, где подсознательный суеверный трепет перед "священнослужащими" был аналогичен чувствам, возникающим при упоминаниях о сглазе, цыганских "кознях" или колдовстве. Однако, естественная десакрализация мощной церковно-политической структуры, происходящая в результате ее активности, делает свое дело, хотя сводить такую десакрализацию к простому "обмирщению" некорректно – ведь, снисхождение религиозно политического института в "мир" его природе не соответствует. Но понимание того, что далеко не каждый епископ в церковной организации – святитель Николай, и не каждый чиновник – Победоносцев, похоже, дошло и до высоких казенных покоев.

Потому что, сегодня уже ни для кого – в том числе и для сильных мира сего, не секрет, что единственной альтернативой серьезной социально-экономической катастрофе может быть лишь органичное принятие общего правового и морального регламента. То есть, превращения страны в действительно правовое и демократическое государство, где все содеянное лишне нуждалось бы в серьезной и принципиальной переоценке.

Иначе, может случиться то, что патриарх назвал "переформатированием". Только, не в виде разумно упорядоченного процесса, каким представляется он отчего-то с учетом опыта начала 20-го века, а стихийно…

 

Добавить комментарий

Комментарии проходят премодерацию.
Рекомендуем вам пройти процедуру регистрации. В этом случае ваши комментарии будут публиковаться сразу, без предварительной модерации и без необходимости вводить защитный код.
   


Защитный код
Обновить

 Rambler's Top100