Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 324 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



М.ПОЛЯКОВА "ПРОБЛЕМЫ БРАКА, СЕМЬИ И СЕМЕЙНОГО ВОСПИТАНИЯ В ПЕДАГОГИЧЕСКОМ НАСЛЕДИИ МАРТИНА ЛЮТЕРА" - Москва, 2014

Печать

Мария ПоляковаМария ПОЛЯКОВА


Начавшись и развиваясь, прежде всего в религиозной сфере, Реформация быстро охватила все стороны европейского общества. Она привела к переоценке роли политических институтов, через секуляризацию церковных земель затронула экономические структуры средневекового социума, провела ревизию этических норм и заложила основы национальных языков и государств. Однако главной целью своей реформаторской деятельности родоначальник движения Мартин Лютер (1483-1546) считал формирование активной личности, способной к действию – гражданина (или христианина), распознавшего Божественный замысел в отношении себя и соответственно ему исполняющего свое призвание на радость Богу и на пользу властям и обществу. Достижение подобной цели возможно лишь посредством широкой программы образования, которую Лютер и предложил  в ряде своих произведений.

Обращение Лютера к педагогическим проблемам повлекло за собой, с одной стороны, обоснование им необходимости строгого надзора за этой сферой на государственном (городском) уровне, открытия новых школ и реорганизации существующих. С другой стороны, нужно было убедить родителей отдавать детей в школы, ведь Реформация лишила их возможности «сделать карьеру» священника и многие родители решили, что можно вообще не учиться. Этот факт неоднократно подчеркивали многие исследователи педагогических и политических взглядов Лютера, в том числе проблема серьезно рассматривается в сравнительно недавнем (2011) докладе «Реформация и образование» немецкого исследователя Хеннинга Шлюсса[i].

Основой образовательного процесса Лютер считал воспитание, причем в рамках семьи. Несмотря на свой не совсем удачный детский опыт, он придавал большое значение институтам брака и семьи, а также и родительскому воспитанию. Можно сказать, что в своих произведениях он дает уроки воспитания самим родителям, призывая их быть внимательными к детям и к их образованию, напоминая родителям о необходимости заботиться о будущем детей. Важнейшим аргументом в пользу этого Х. Шлусс считает следующее высказывание Лютера: «Если бы я мог иметь детей и если бы они у меня были, я бы обучал их не только языкам и истории, но и пению, и музыке, и математике»[ii]. Заявление было сделано в 1524 г., когда у реформатора не было еще собственной семьи. Однако он вполне понимал и осознавал ответственность родителей за воспитание и образование детей. 

В «Проповеди о том, что нужно посылать детей в школу» (1530) эта тема занимает центральное место, так как само произведение имело целью именно убедить бюргерское население Нюрнберга (в том числе – семейных горожан) в необходимости обучения молодежи: «...я надеюсь также, что бюргерство оценит верность и любовь своих властей и поддержит их действия тем, что пошлет своих детей в школы»[iii]. В увещеваниях реформатором родителей прослеживается мысль о социальной значимости родительского предназначения[iv]. Другими словами, по Лютеру, родители отвечают не только за пропитание потомства, но и за его внутренний мир, его образование и самореализацию в дальнейшей жизни. Примечательно в этой связи, что, несмотря на трения с собственным отцом, реформатор неоднократно подчеркивал, что своим высоким положением он обязан тому, что тот отправил его учиться.

Понимание важности и необходимости семейного воспитания складывается у Лютера задолго до его собственного супружества. С этим связаны и его выступления в защиту брака, а также критика целибата. Уже в достаточно раннем произведении Лютера «К христианскому дворянству немецкой нации» (1520) можно отметить его позитивное отношение к семье и браку.

Опираясь на многочисленные цитаты из Священного Писания[v] и естественный закон, Лютер обосновывает необходимость и правомерность для каждого человека, в том числе и священника, вступления в брак: «…не каждый священник может обойтись без жены, которая [нужна ему] не только как женщина, но в гораздо большей степени ради ведения домашнего хозяйства. В состоянии ли он взять в услужение женщину, как ему позволяет папа, не вступая с ней в брачные отношения?..»[vi].

Несмотря на полемический характер сочинения, здесь явно прослеживается, положительная оценка семьи, которая найдет свое дальнейшее развитие в более поздних произведениях реформатора. Кроме того, в пользу брачно-семейных отношений можно привести высказывание об изменении ступеней и колен родства, в которых запрещается вступление в брак[vii]. То есть проблемы эти волнуют Лютера и находят отражение в его полемике по вопросу христианского благосостояния.

Подтверждает эту мысль и другое произведение реформатора, написанное в том же году,– «О вавилонском пленении церкви». Здесь он обосновывает несостоятельность большинства церковных таинств, в число которых попадает и таинство брака. В целом его мысли по поводу брака повторяют изложенное в работе «К христианскому дворянству немецкой нации» мнение о том, что на брак не должно быть запретов.

В 1521 г., в период работы над сочинением «О монашеских обетах» Лютер продолжает развивать свою мысль о безбожности и греховности целибата. «Я решил ополчиться сейчас против монашеских обетов и освободить молодых людей от этого ада целибата, который, запрещая естественные влечения, приводит к грязи и проклятию»[viii], – пишет он в письме своему другу Георгу Спалатину.

В более зрелом возрасте, будучи отцом семейства (высказывание относится к 1540), Лютер говорит о браке уже более обдуманно и уверенно: «…брак – это обязанность и средство обретения святости. Брак был учрежден до грехопадения. Благодаря ему Земля наполнилась людьми. А после грехопадения он стал средством обретения святости. Так говорит Августин, и это не может опровергнуть никто. Добавим к этому плоды любви – детей…»[ix]. Слова эти со всей очевидностью свидетельствуют о том, что реформатор не только признавал брак, но и искал обоснование правомерности этого института у такого авторитета, как Августин Блаженный.

Браку или супружеству специально посвящены две лютеровские проповеди «Проповедь о супружеском состоянии» (Ein Sermon vom ehelichen Stand, 1519), где он обосновывает правомерность брака и супружеских отношений с точки зрения Божественного установления и, в частности, утверждает, что муж и жена – это единая душа и плоть (так как женщина сотворена из ребра мужчины) и что любовь между ними должна и может существовать лишь в супружестве[x], и «Проповедь о супружестве» (Eine Predigt vom Ehestand, 1525), где проблемы супружеского состояния рассматриваются с точки зрения понимания реформатором Божественного призвания, особенно глубоко и основательно. Много внимания в этой проповеди уделено обоснованию необходимости трудиться «в поте лица своего» ради семьи и собственного спасения[xi].

В проповедях речь идет не только об отношениях между супругами. Лютер поясняет здесь и их обязанности в связи с необходимым воспитанием детей, а также правила поведения последних. В частности, реформатор упоминает о том, что надо уделять детям должное внимание, так как это дело одно из самых важных и богоугодных, при упущении же детей родителям грозит ад[xii]. Примечательно, что аналогичные мысли высказываются многими гуманистами и реформаторами, например итальянский реформатор 16 в. Челио Секондо Курионе считает, что любой отец является должником своих детей, и долг этот состоит как раз в обязанности отца обучать и воспитывать детей[xiii].

О необходимости разъяснения населению смысла супружеских обязанностей пишет в своем «Обучении визитаторов» (Unterricht der Visitatoren) соратник и близкий друг Лютера Филипп Меланхтон. Это произведение было написано в 1528 г. и по существу явилось инструкцией по инспектированию школ и приходов, вошедшей в историю педагогики как Саксонский устав. Ф. Меланхтон, опираясь на многочисленные примеры из Священного Писания, подчеркивает Божественный характер супружеских отношений и призывает пасторов учить прихожан верности и терпимости в браке, что, несомненно, указывает на большое внимание, уделявшееся реформаторами институту супружества[xiv].

Положительное отношение к семье и браку подтверждается и личной практикой Лютера в этом вопросе. Откладывая решение о собственном браке, он тем самым демонстрировал свое ответственное отношение к этому вопросу. Не будучи уверенным в завтрашнем дне и в своей способности достойно содержать семейство, реформатор долго колебался в выборе собственной судьбы. Инициативу в разрешении проблемы взяла на себя будущая верная супруга реформатора – Катарина фон Бора. Женившись на ней, Лютер не только доказал верность своему учению, но и обрел истинное семейное счастье и спокойствие. Кроме того, его отношения с женой и собственными детьми явились практическим воплощением его же теории семейного воспитания и примером христианских взаимоотношений в семье. Реформатор сам неоднократно подчеркивал, насколько он счастлив в браке: «Благодаря милости Божией, мне выпало счастливое супружество. У меня такая верная жена, что я, могу повторить слова Соломона: “Уверено в ней сердце мужа ее”. Она не заставит меня усомниться в этом… супружество – не что-то природное или “телесное”. Оно – дар божий, сладчайшая, да и целомудреннейшая жизнь, не сравнимая ни с каким целибатом… если в супружестве имеются в наличии три вещи: вера, дети и Таинство, то оно – самое счастливое»[xv].

Таким образом, веру (доверие) и наличие детей Лютер полагал основанием счастливого брака. «Самым дорогим залогом в супружестве» он считал детей. Когда его коллега и друг доктор Ю. Йонас повесил над своим столом вишневую ветвь в знак напоминания о величии творения Божьего и благословения к таким плодам, Лютер сказал: «А отчего вы не думаете о своих детях? Они перед вами непрестанно, и от них вы научитесь куда большему, чем от вишневой ветки»[xvi]. Тем самым реформатор показывает, сколь важны для него именно такие плоды, как дети. Недаром он считал брак благословенным только в том случае, если он осчастливлен детьми. Для сравнения можно привести высказывание чешского педагога Яна Амоса Коменского, который в одном из своих произведений утверждает, что «...для родителей дети должны быть милее и дороже, чем золото и серебро, жемчуг и драгоценные камни, – это можно заключить из взаимного сравнения тех или других даров Божьих. Именно: во-первых, золото, серебро и другие такого рода предметы суть вещи неодушевленные и не что иное, как попираемый ногами прах, лишь немного более обработанный и очищенный, а дети – живые образы живого Бога»[xvii]. Несмотря на бóльшую патетику высказывания педагога, следует заметить общий характер мыслей Лютера и Коменского и совершенно иное, отличное от средневекового, отношение к ребенку и детству уже у первого.

Ярким свидетельством трепетного отношения реформатора к собственным детям является письмо, написанное одним из его друзей, В. Дитрихом, супруге Лютера примерно в начале 30-х гг. 16 века. Здесь обращает на себя внимание, прежде всего тон автора – Дитрих обращается к Катарине весьма уважительно, называя ее «госпожой докторшей» и желая ей, ее детям и прислуге всех благ[xviii], что свидетельствует о том почтении, с которым относились к семье Лютера его друзья. Письмо было написано по случаю того, что Кати прислала в Нюрнберг, где в то время находился ее супруг, портрет маленькой Магдалены, младшей дочери (на тот момент у них было двое детей) Лютера. Реформатор, незадолго до этого получивший известие о смерти отца, пребывал в весьма хмуром и горестном состоянии[xix]. Однако, получив изображение любимой Ленхен, он долго рассматривал его, затем успокоился и стал более умиротворенным.

В целом отношение Лютера к браку и супружескому состоянию можно назвать позитивным – с гражданской и религиозной точек зрения. Принципиально важно, что он понимал под браком состояние, вне которого человек не может спастись. То есть положение супруга или супруги, а также отца или матери, представлялись им как ипостаси Божественного призвания. Исходя из этого, отец должен трудиться «в поте лица своего», чтобы прокормить семью, любить жену, так как они являются частями одной плоти, и воспитывать детей в страхе Божьем[xx]; мать должна рожать детей и ухаживать за ними. Лютер смотрел на семью с патриархальных позиций и считал, что муж является главой семьи, а жена должна его слушаться. Однако муж обязан любить жену и править в семье «добром», а не силой. Примечательно также, что, несмотря на подобный подход, в супружеских отношениях Лютер видит высокое значение и роль женщины (жены, матери). Призывая в своих произведениях к обучению девочек, он указывает на цель этого обучения, состоящую в том, чтобы женщины могли «…воспитывать и вести домашнее хозяйство…»[xxi].

Подобный взгляд на институты брака и семьи, а также на роль семейного воспитания в целом соответствует позициям Возрождения. Французский исследователь Ренессанса Ж. Делюмо, вслед за специалистом по истории детства Ф. Ариесом, отмечает особое стремление семьи к автономии именно в период 15-16 веков, что связано, по его мнению, с укреплением государства[xxii]. Н.В. Ревякина объясняет рост авторитета семьи и индивидуализации супружеских отношений в Италии периода гуманизма подъемом торгово-купеческих и банкирских домов (прежде всего, дома Медичи)[xxiii]. В связи с этим процессом формируется и новый взгляд на женщину[xxiv]. Христианское Средневековье отрицательно относилось к женщине и браку в связи с тем, что именно женщина (Ева) считалась виновной в первородном грехе, а супружество отвлекало от служения Богу. В этой связи особенно важно, что Лютер видел в нем состояние, угодное Богу.

Все крупные реформаторы (Буцер, Кальвин, Лютер, Меланхтон, Цвингли) были женаты и подчеркивали важность этого факта в своих произведениях. Нидерландский гуманист общеевропейского масштаба Эразм Роттердамский в своем произведении «Разговоры запросто» создал ряд ярких женских образов, ни один из которых (в противовес мужским) нельзя отнести к отрицательным. Так, гуманисту удается в ходе беседы перевоспитать и мужененавистницу («Супружество»), и распутницу («Юноша и распутница»), а также убедить молодую мать в преимуществах грудного вскармливания («Роженица»). Спокойные, добрые жены умиротворяют своих мужей («Супружество», «Нищие богачи»), а благочестивые мужья восхваляют своих жен («Благочестивое застолье», «Разговор стариков»).

Перу Эразма также принадлежат сочинения разных жанров, посвященных проблемам брака[xxv]. В «Оружии христианского воина» он, в частности, возрождает раннехристианскую истину о том, что спастись можно в любом состоянии[xxvi], в том числе и в супружеском, предвосхищая тем самым идеи своего будущего оппонента Лютера.

Делюмо утверждает, что Лютер, в отличие от других реформаторов (прежде всего, Кальвина) не придерживался высокого мнения о браке и считал акт зачатия лишь одной из человеческих потребностей; а женился сам только для того, чтобы насолить своим врагам[xxvii]. Подобный вывод кажется поверхностным. Действительно, на раннем этапе своей деятельности Лютер отзывался о браке более непринужденно, рассматривая его больше с позиций чувственности. Однако позже, тем более после собственного вступления в брак, реформатор видит в этом состоянии выражение Божественной воли и возможность спасения, о чем уже говорилось выше. Позиция Лютера по данному вопросу позволяет видеть в нем человека Нового времени, стоящего в одном ряду с представителями гуманизма.

Лютер придавал браку не только религиозное, но и гражданское значение, что в целом для него неразделимо. Согласно ему, источником болезненного состояния общества и церкви является именно недостатки в семейном воспитании, так как «правление в семействе служит основанием всем другим правлениям», в том числе государственному.

Но достичь спасения через супружеское призвание можно лишь при условии соблюдения воли Божьей касательно воспитания детей. Лютер видит в родительском воспитании величайшее предназначение человека: «Супруги должны знать, что, хорошо воспитывая детей, они могут сделать самое лучшее дело и принести наибольшую пользу Богу, христианству, всему миру, себе и своим детям… Это не то, что построить церковь или пожертвовать деньги на мессу, и нет никакого другого дела, которое могло бы сравниться с собственным делом родителей – воспитанием детей. [Это дело] – самая верная для [супругов] дорога на небо, они не могли бы скорее и лучше достигнуть неба, чем этим делом»[xxviii].

Предъявляя столь высокие требования к родителям, Лютер говорит и о необходимости полного послушания им со стороны детей, что угодно Богу, устроившему так, что человеческий род должен размножаться и находить безопасность в маленьких союзах, состоящих из отца, матери и детей, то есть в семье. Сам, раз нарушив четвертую заповедь и поступив против воли отца в монастырь, реформатор, много размышлял по этому поводу и искал оправдание своему поступку. Возможно, искуплением своей вины он видел собственное вступление в брак, так как этого желал его отец. В своем Кратком катехизисе, разъясняя четвертую заповедь, Лютер говорит о том, что дети должны «…не гневить своих родителей и господ, но почитать их, служить и повиноваться им, любить их дорожить ими»[xxix].

Другим важным моментом программы семейного воспитания у Лютера является понимание им самого этого процесса. Родителям вменяется в обязанность формирование прежде всего нравственного содержания воспитания. В Большом катехизисе родители упоминаются реформатором в числе тех, кто должен осуществлять разъяснение основ христианской веры наряду с пасторами и наставниками[xxx]. В ремарках к Краткому катехизису он постоянно поясняет, что молитвам детей, слуг и других домочадцев должен обучать отец семейства[xxxi]. Примечательно, что Краткий катехизис был оформлен не только как книга, но еще и как таблица, которую можно было развесить по стенам и изучать в кругу семьи и, следовательно, познавать и обсуждать с детьми основные постулаты Священного Писания. То есть, родители несли ответственность за начальное обучение потомства основам христианской веры и значит – за моральное воспитание.

С поступлением в школу детей, их связь с семьей не должна прерываться. Лютер особенно подчеркивал, что кроме обучения серьезным наукам, у детей должно оставаться время на игры, а также на обучение ремеслу, что осуществлялось в рамках семейного воспитания[xxxii]. Сам реформатор дома много занимался с детьми, читал с ними Библию и Краткий катехизис, отмечал религиозные праздники и участвовал в их играх. Обладая многими талантами, в том числе способностями в стихосложении и музыке, он написал для детей трогательную и радостную песенку «Vom Himmel Hoch».

Наконец, важным аспектом лютеровского понимания семейного воспитания можно считать его принципы и методы. Лютер видел в детях особых существ, обладающих собственными стремлениями и интересами. Х. Шлусс, опираясь на сочинения реформатора, упоминает особый термин: «tolles Volk»[xxxiii] (нем - бешеный народ, шумная детвора), что означает наличие у Лютера определенной идентификации детского возраста и детства вообще.

Не утверждая в связи с этим категорически, что Лютер «открыл детство» на двести лет раньше того времени, на которое указал в своем сочинении Ф. Арьес[xxxiv] (конец 18 в.), следует признать, что реформатор явно приблизился в своих сочинениях и воспоминаниях о собственном детстве к подобному пониманию. Во всяком случае, он выделяет детский период в отдельную фазу развития человека и предлагает учитывать детские чаяния и стремления не только при построении программы обучения, но и программы воспитания.

Лютер видит процесс воспитания в создании оптимальных условий для развития и созревания полноценного человека. «Бешеный народ», реализуя свои потребности в играх и шуме, должен умело управляться старшим поколением. И хотя сказанное больше относится к организации воспитательного процесса в общественных учреждениях (школах), можно смело утверждать, что подобного поведения реформатор ждет и от родителей.

Наиболее ярко это прослеживается в его теории наказания. Лютер не являлся сторонником суровости и строгости в данном вопросе, но и не выступал против наказания вообще. «Должно наказывать детей, не причиняя им, однако, вреда. Если же им вредят, они начинают ненавидеть отеческий дом, а отвращение и гнев рискуют ввергнуть их во всевозможные заблуждения»[xxxv] – пишет реформатор, предостерегая родителей от злоупотребления своей властью. Он утверждает, что нужно рядом с кнутом класть пряник, со строгостью – любовь, а наказывать только для того, чтобы сделать из ребенка хорошего человека[xxxvi]. Тем самым Лютер видит в разумном наказании не цель (доказательство родительской силы), а лишь метод формирования достойной личности, что также перекликается с общими тенденциями эпохи Возрождения[xxxvii]. По сравнению с Лютером лишь Эразм оказался «гуманнее» в вопросах телесного наказания – он вовсе отрицал его[xxxviii].

В лютеровской методике семейного воспитания можно также выделить в качестве способов увещевание и нравоучение, которые имеют место, прежде всего, в письмах реформатора детям. Самым примечательным в этой связи является его письмо старшему сыну Иоганну (названному так в честь деда), в котором Лютер предстает перед читателем не только как видный теолог, политик и педагог своего времени, но и как добрый и любящий отец, заботящийся о том, чтобы сын его усердно учился и молился.

Письмо продумано до мелочей: в нем отец, с одной стороны, прельщает мальчика красотами дивного сада, в который он собирается его повести за хорошее поведение, а с другой, органично вплетает в канву повествования идею о том, что только тот, кто искренне и с усердием молится Богу, то есть, исполняет его заветы, достоин похвалы и награды[xxxix]. Учитывая, что на момент написания письма мальчику было всего лишь четыре года, можно усомниться в правильности выбранного Лютером способа воздействия на него. Однако сам факт существования подобного документа говорит о том, насколько мудр и терпелив был реформатор по отношению к собственным детям. Да и дальнейшая жизнь показала, насколько существенны были плоды воспитания в первой лютеранской семье: у Мартина и Катарины выросли не знаменитые дети, но достойные члены общества, младший сын Павел по воле отца закончил медицинский факультет и стал, правда уже после смерти отца, известным врачом[xl].

Таким образом, можно видеть, что, отдавая приоритет образованию (которое, несомненно, включает в себя обучение и воспитание, невозможные друг без друга) в общественных учреждениях, Лютер, тем не менее, не отвергает роль семьи и семейного воспитания в процессе формирования настоящего христианина (гражданина). Более того, многие проблемы современного ему общества он связывает именно с недостатком правильного семейного воспитания.

Лютер предъявляет серьезные требования как к воспитателям (родителям), так и к воспитуемым (детям). Это позволяет понять, что для него образовательный процесс являлся интерактивным, немыслимым без сотрудничества и взаимопонимания между взрослыми и детьми. Именно в осознании и использовании старшим поколением детских стремлений и потребностей он видел залог успеха в воспитании.

Родительское призвание Лютер считал одним из самых лучших и угодных Богу, потому что воспитать истинных христиан и достойных членов общества важнее, чем «построить церковь» или «пожертвовать деньги на мессу». Но и дети должны быть уважительны и внимательны к родителям, что соответствует Божественному закону, изложенному, в частности, в четвертой заповеди.

Сам Лютер своей семейной практикой подтвердил собственные теоретические разработки в данном вопросе, будучи прекрасным мужем, отцом и воспитателем своих детей, а также чужих, находивших приют в его гостеприимном доме.

Х. Шлюсс объясняет исторический парадокс Лютера тем, что тот в принципе не создавал ничего нового, как в религии, так и в образовании, а возрождал старое, раннехристианское[xli]. Поэтому истинно новое, неизбежно содержащееся в его теории воспитания, очень сложно проследить – часто речь идет действительно о «прописных истинах», хорошо известных и понятных. На наш взгляд, это парадокс не только немецкого реформатора, а всего истинно нового в обществе. Величие же Лютера состоит скорее в той форме, в какую  ему удалось облечь старые традиции, и тех результатах, к которым привела его деятельность.


Автор: Мария Александровна ПОЛЯКОВА – кандидат педагогических наук, декан факультета дополнительного профессионального образования, доцент кафедры гуманитарных и естественнонаучных дисциплин негосударственного образовательного учреждения высшего профессионального образования Институт управления, бизнеса и технологий (г. Калуга. Россия)



[i] Schluβ H. Reformation und Bildung – Ein Beitrag zur Dekonstruktion des protestantischen Bildungsmythos in der Auseinandersetzung mit der Ratsherrenschrift Martin Luthers / Режим доступа: http://homepage.univie.ac.at/henning.schluss/Publikationen/wissart/C-066-Reformation-und-Bildung.pdf 

[ii] Лютер М. К советникам всех городов земли немецкой. О том, что им надлежит учреждать и поддерживать христианские школы// Мартин Лютер – реформатор, проповедник, педагог/ Автор-составитель Курило О.В. М., 1996. С. 109.

[iii] Лютер М. Проповедь о том, что нужно посылать детей в школу // Мартин Лютер – реформатор, проповедник, педагог/ Автор-составитель Курило О.В. М., 1996. С. 120.

[iv] Лютер М. Проповедь о том, что нужно посылать детей в школу // Мартин Лютер – реформатор, проповедник, педагог/ Автор-составитель Курило О.В. М., 1996. С. 125.

[v] Лютер М. К христианскому дворянству немецкой нации// Мартин Лютер – реформатор, проповедник, педагог/ Автор-составитель Курило О.В. М., 1996. С. 47– 51.

[vi]Лютер М. К христианскому дворянству немецкой нации// Мартин Лютер – реформатор, проповедник, педагог/ Автор-составитель Курило О.В. М., 1996. С. 49.

[vii] Лютер М. К христианскому дворянству немецкой нации// Мартин Лютер – реформатор, проповедник, педагог/ Автор-составитель Курило О.В. М., 1996. С. 54.

[viii] Luther M. Tischreden. Herausgegeben von Kurt Aland. Stuttgart, 2005. S. 3– 5.

[ix] Luther M. Tischreden. Herausgegeben von Kurt Aland. Stuttgart, 2005. № 5282.

[x] Luther M. Ein Sermon vom ehelichen Stand // Режим доступа: www. glaubensstimme.de/ reformatoren/ luther.

[xi] Luther M. Eine Predigt vom Ehestand //Режим доступа: www. glaubensstimme.de/ reformatoren/ luther.

[xii] Luther M. Ein Sermon vom ehelichen Stand//Режим доступа: www. glaubensstimme.de/ reformatoren/ luther.

[xiii] Curione C.S. Una famigliare et paterna institutione della Cristiana religione. Basilea, 1549. 

[xiv]Melanchthon P. Unterricht der Visitatoren //Режим доступа: www.glaubensstimme.de/reformatoren/melanchthon. 

[xv] Luther M. Tischreden. Herausgegeben von Kurt Aland. Stuttgart, 2005. № 4786.

[xvi] Бейнтон Р. На сем стою //Режим доступа:  www.krotov.info/htm.

[xvii] Коменский Я.А. Материнская школа, или о заботливом воспитании юношества в первые шесть лет //Антология гуманной педагогики. М., 2002. С. 19.

[xviii] Dieterich V. Brief an Katarina von Bora // Режим доступа: www.glaubensstimme.de/reformatoren/dieterich.

[xix] Dieterich V. Brief an Katarina von Bora // Режим доступа: www.glaubensstimme.de/reformatoren/dieterich.

[xx] Luther M. Eine Predigt vom Ehestand//Режим доступа: www. glaubensstimme.de/ reformatoren/ luther. 

[xxi] Лютер М. К советникам всех городов земли немецкой. О том, что им надлежит учреждать и поддерживать христианские школы// Мартин Лютер– реформатор, проповедник, педагог/ Автор-составитель Курило О.В. М., 1996. С. 108.

[xxii] Делюмо Ж. Цивилизация Возрождения. Екатеринбург, 2006. С. 428.

[xxiii] Ревякина Н.В. Гуманистическое воспитание в Италии XIV – XV веков. Иваново, 1993. С. 85.

[xxiv] ДелюмоЖ. Цивилизация Возрождения. Екатеринбург, 2006.С. 465.

[xxv] Например: «Оружие христианского воина» (1503), «Похвала брака» (1518), «Христианский брак» (1526) и др.

[xxvi] ДелюмоЖ. Цивилизация Возрождения. Екатеринбург, 2006. С. 474.

[xxvii] ДелюмоЖ. Цивилизация Возрождения. Екатеринбург, 2006. С 373.

[xxviii] Цит по: Miscellanea. Фрагменты об обучении и воспитании детей из других сочинений Лютера //Мартин Лютер– реформатор, проповедник, педагог / Автор-составитель Курило О.В. М., 1996. С. 182–183. Мысль содержится в проповеди Лютера о супружеском положении (Ein Sermon vom ehelichen Stand).

[xxix] Luthers M. Kleiner Katechismus // Режим доступа: www: glaubensstimme de/reformatoren/luther.

[xxx] Luthers М. Grosser Katechismus //Режим доступа: www: glaubensstimme de/reformatoren/luther.

[xxxi] Luthers М. Kleiner Katechismus// Режим доступа: www: glaubensstimme de/reformatoren/luther. 

[xxxii] Лютер М. К советникам всех городов земли немецкой. О том, что им надлежит учреждать и поддерживать христианские школы// Мартин Лютер– реформатор, проповедник, педагог/ Автор-составитель Курило О.В. М., 1996. С. 109.

[xxxiii] Schluß H. Martin Luther und Pädagogik //Versuch einer Rekonstruktion.// Режим доступа: http://homepage.univie.ac.at/henning.schluss/Publikationen/wissart/C-066-Reformation-und-Bildung.pdf 

[xxxiv] Память детства. Западноевропейские воспоминания о детстве от поздней античности до раннего нового времени (III – XVI вв.). М., 2001.

[xxxv] Цит. по: Miscellanea. Фрагменты об обучении и воспитании детей из других сочинений Лютера //Мартин Лютер– реформатор, проповедник, педагог/ Автор-составитель Курило О.В. М., 1996. С. 182.

[xxxvi] Schluß H. Martin Luther und Pädagogik//Versuch einer Rekonstruktion// Режим доступа: http://homepage.univie.ac.at/henning.schluss/Publikationen/wissart/C-066-Reformation-und-Bildung.pdf 

[xxxvii] Ревякина Н.В. Гуманистическое воспитание в Италии XIV–XV веков. Иваново, 1993. С. 123.

[xxxviii] См.: Полякова М.А. Педагогические взгляды Эразма Роттердамского // Историко-педагогический ежегодник. М., 2012. С. 86–92.

[xxxix] Лютер М. Письма к сыну // Мартин Лютер– реформатор, проповедник, педагог/ Автор-составитель Курило О.В. М., 1996. С.155–160.

[xl] Соловьев Э.Ю. Непобежденный еретик: Мартин Лютер и его время. М., 1984. С. 229.

 Rambler's Top100