Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 298 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ПРАВО НА СВОБОДУ СОВЕСТИ. Глава из Доклада Уполномоченного по правам человека в РФ – март 2012 год

Печать

 

6. Право на свободу совести

 

В отчетном году количество поступающих к Уполномоченному жалоб и обращений по вопросам соблюдения права на свободу совести и свободу вероисповедания превысило 1,5 тысячи. Столь внушительный рост – более чем в 4 раза за последние 4 года – видимо, свидетельствует как о наличии проблем с обеспечением указанного конституционного права, так и о его большой востребованности гражданами нашей страны.

Обратившиеся в отчетном году к Уполномоченному граждане принадлежат более чем к 30 конфессиям и проживают в 70 субъектах Российской Федерации. Важно также и то, что многие жалобы и обращения носили коллективный характер.

Как обычно, в последние годы верующие жаловались на:

- неправомерные действия сотрудников правоохранительных органов в

отношении религиозных объединений;

- необоснованное привлечение представителей этих объединений к

административной или уголовной ответственности;

- воспрепятствование их деятельности со стороны органов власти и

местного самоуправления.

Первая (и, казалось бы, техническая) проблема, с которой сталкивались последователи едва ли не всех конфессий, – трудности с обустройством, то есть с возвращением старых культовых зданий и со строительством новых, а также с получением в аренду молитвенных помещений. Отчасти, конечно, эта проблема объективна. Государство практически исчерпало возможности возвращения верующим используемых не по назначению культовых зданий, осуществлявшегося на основании распоряжения Президента Российской Федерации от 23.04.1993 г. № 281-рп «О передаче религиозным организациям культовых зданий и иного имущества». Федеральный закон от 30.11.2010 г. № 327-ФЗ «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности» начал применяться совсем недавно и даже в самом лучшем случае коснется лишь незначительного количества культовых зданий. В таких условиях для очень многих конфессий остро стоит вопрос выделения земельных участков под строительство новых культовых зданий. Что предусмотрено положениями Федерального закона от 26.09.1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» и Земельного Кодекса Российской Федерации, а также международными обязательствами нашей страны, взятыми при вступлении в Совет Европы. Здесь как раз и возникают разнообразные проблемы субъективного свойства: искомые участки годами не выделяют, а уже выделенные – отнимают, причем порой даже, когда проведены проектные и другие подготовительные работы или на них началось строительство. Подобные конфликты тянутся, порой, годами. Например, в Москве, где христиане-молокане пытаются осуществить право на строительство своего храма. Или в Тольятти, где верующим никак не удается возвести старообрядческий храм. Или во Пскове, где в таком же «подвешенном» состоянии пребывают католики.

Крайне неприятная история произошла в отчетном году в Костроме, где с начала 2000-х годов местная мусульманская община безуспешно добивалась разрешения властей на строительство новой мечети взамен обветшавшей старой. К поискам выхода из тупика был вынужден подключиться и Уполномоченный. Наконец, в 2006 году администрация Костромской области сообщила о том, что все необходимые разрешительные документы оформлены и верующие приступили к строительству нулевого цикла. Это событие было даже отмечено в докладе Уполномоченного за 2007 год как достойный подражания пример конструктивного отношения властей к правам верующих. В отчетном году, то есть пять лет спустя, верующие вновь обратились к Уполномоченному. На этот раз в связи с тем, что те же самые городские власти, которые разрешили строительство мечети, теперь, когда она подведена под крышу, требуют ее сноса, ссылаясь на допущенные в ходе строительства нарушения.

Вопрос о том, что мешало городским и областным властям своевременно урегулировать проблемы, возникшие в процессе строительства, не дожидаясь его завершения, как водится, ответа не имеет. В сухом же остатке – возникший на ровном месте конфликт между властью и верующими, на собственные средства почти построившими мемориальную мечеть в память земляков-единоверцев, погибших в Великой Отечественной войне.

В связи с описанной ситуацией Уполномоченный в очередной раз обратился к губернатору Костромской области. Полученный ответ не выглядит убедительным и свидетельствует лишь о решимости настоять на своем, невзирая на Конституцию нашей страны, ее законы и простой здравый смысл.

Уполномоченный призывает власти Костромской области найти все же возможность урегулировать конфликт, не доводя дело до сноса мечети.

Уже в третий раз за последние шесть лет Уполномоченный вынужден в своем ежегодном докладе напомнить о совершенно недопустимой волоките с получением разрешения на строительство молоканского молитвенного здания в Москве. Многое указывает на то, что волокита порождена не столько бюрократической косностью исполнителей, сколько, мягко говоря, весьма произвольным отношением местных властей к действующему в этой сфере законодательству.

С просьбами помочь верующим одной из древнейших русских конфессий Уполномоченный неоднократно обращался к прежнему мэру столицы. Который еще в 2000 году своим решением выделил общине христиан-молокан участок под строительство молитвенного здания, а в 2006 году его отобрал. С тех пор верующие так и ходят по замкнутому кругу пустых обещаний. В отчетном году Уполномоченный дважды обращался по тому же вопросу уже к новому мэру Москвы. В одном из ответов сообщалось о том, что вопрос об участке будет рассмотрен на публичных слушаниях, по итогам которых будет принято окончательное решение. Слушания действительно состоялись. Они прошли с участием представителя Уполномоченного, который и констатировал, что подавляющее большинство присутствовавших на них граждан отнюдь не возражали против строительства. К немалому изумлению Уполномоченного вскоре после проведения публичных слушаний из префектуры Южного административного округа г. Москвы к нему пришло официальное уведомление о том, что «возражения жителей» так и не позволили принять положительного решения о строительстве храма.

Между тем именно в том микрорайоне, где десять лет не могут согласовать строительство единственного в мегаполисе молоканского храма, выданы разрешения на строительство сразу трех православных храмов «шаговой доступности». С учетом отмеченного обстоятельства христиане-молокане имеют основания расценить позицию городских властей как дискриминационную по отношению к своей конфессии.

Уполномоченный в очередной раз призывает решить эту проблему в рамках российского законодательства.

В отчетном году к Уполномоченному регулярно поступали жалобы на действия сотрудников правоохранительных органов, необоснованно, а значит, незаконно применявших к верующим такие меры, как привлечение к административной ответственности за навязывание религиозных взглядов; обыск, фотографирование и дактилоскопирование; административный запрет или ограничения на проведение собраний религиозных объединений и т.д. Подобные жалобы поступили из 15 субъектов Российской Федерации (в особенно большом количестве из Белгородской и Московской областей, а также из г. Москвы). В этой связи уместно упомянуть о том, что, как утверждают представители религиозной организации Свидетели Иеговы, за 2011 год в отношении ее последователей сотрудники правоохранительных органов совершили около 400 ничем не обоснованных действий. Во многих случаях эти действия совершались со ссылкой на нормативные акты, предусматривающие административное наказание за так называемое «назойливое приставание с целью навязывания религиозных убеждений». Такая норма, прямо противоречащая конституционному праву свободно распространять религиозные и иные убеждения, сохранилась в законодательстве Амурской, Белгородской, Костромской, Омской, Орловской, Рязанской, Смоленской и Ульяновской областей, Хабаровского края, а также Республик Дагестан и Башкортостан. После вмешательства Уполномоченного указанная норма в последние годы была изъята из административного законодательства г. Москвы, Ивановской и Томской областей, Красноярского края. В отчетном году их похвальному примеру последовали Вологодская область и Кабардино-Балкарская Республика. Еще два субъекта Российской Федерации (Амурская область и Республика Башкортостан), согласившись в принципе с рекомендациями Уполномоченного, намерены внести необходимые изменения в свое законодательство в ближайшее время.

В сентябре 2010 года последователи религиозной организации Свидетели Иеговы обратились к Уполномоченному с коллективной жалобой на действия сотрудников правоохранительных органов г. Старый Оскол, Белгородская область, которые под предлогом отсутствия у водителя документов на перевозимый груз задержали автомашину, перевозившую религиозную литературу в количестве 40 тыс. экземпляров. Через восемь часов с момента задержания было принято решение об аресте автомашины и изъятии литературы для направления ее на экспертизу на наличие в ней признаков экстремизма. Прокуратура г. Старый Оскол, рассмотрев заявление верующих, не нашла в описанных действиях никаких нарушений и сообщила о том, что в связи с выявлением в изъятой литературе признаков экстремизма, все материалы направлены в областное Следственное управление СК РФ на предмет возбуждения уголовного дела.

Со своей стороны, Уполномоченный в феврале отчетного года обратился в Следственное управление с просьбой указать, какие конкретно материалы признаны экстремистскими и под какими порядковыми номерами включены они в Федеральный список экстремистских материалов, размещенный на сайте Минюста России. В конце июня отчетного года Следственное управление сообщило, что в изъятой религиозной литературе не обнаружено ни признаков экстремизма, ни публикаций, включенных в Федеральный список экстремистских материалов. В возбуждении уголовного дела в отношении граждан, перевозивших изъятую религиозную литературу, было отказано, а сама она вместе с автомашиной возвращена владельцам.

На восстановление справедливости, таким образом, ушло около года. Все это время верующие были лишены возможности использовать изъятую литературу и средство ее транспортировки для реализации права на распространение своих религиозных убеждений. (См. приложение 2.6.1.)

В целом же из поступивших в отчетном году ответов прокуратуры на запросы Уполномоченного по аналогичным случаям усматривается, что лишь в одном из них была правомерно изъята литература, признанная ранее судом экстремистской. Во всех других случаях изъятие литературы было признано неправомерным, а осуществлявшие ее задержание сотрудники привлечены к административной и дисциплинарной ответственности.

В отчетном году к Уполномоченному продолжали поступать жалобы верующих на действия сотрудников правоохранительных органов, которые, ссылаясь на необходимость проверки поступивших к ним сведений о «распространении экстремистской религиозной литературы», вторгались в молитвенные помещения во время богослужения, в вызывающе жесткой форме осуществляли проверку документов его участников, составляли их списки. Такие жалобы пришли из Белгородской, Московской, Оренбургской, Ростовской и Самарской областей, из Хабаровского, Краснодарского, Приморского краев. Со своей стороны, Уполномоченный считает подобные действия недопустимыми. Богослужение священно для верующих любой конфессии. И прерывать его можно лишь в самом крайнем случае, например, при возникновении реальной угрозы для безопасности самих верующих. Во всех же прочих случаях вторжение полиции в молитвенное помещение во время богослужения следует, очевидно, расценивать как явное оскорбление религиозных чувств верующих и нарушение их конституционного права на свободу совести.

Постоянно присутствуют в почте Уполномоченного и жалобы на воспрепятствование деятельности религиозных объединений со стороны органов местного самоуправления. Религиозные объединения выдворяют из арендуемых муниципальных помещений, изводят проверками и мелочными придирками. В отдельных же случаях самоуправство всесильных местных «самоуправленцев» приобретает характер чистой уголовщины.

В феврале 2010 года глава сельского поселения Обор Хабаровского края с тремя подручными из числа местных жителей, ворвавшись на богослужебное собрание евангельских христиан-баптистов, потребовали от служителей культа предъявить документы. А получив отказ, принялись их избивать, приговаривая, что ни за что не потерпят баптистов в православном селе.

Не добившись расследования этого происшествия местными правоохранительными органами, верующие были в итоге вынуждены искать помощи у Уполномоченного. После вмешательства которого расследование, наконец, началось: ГУ МВД России по Хабаровскому краю сообщило о том, что в отношении «великолепной четверки» были возбуждены уголовные дела по ч. 1 ст.116 УК РФ (нанесение побоев). В апреле отчетного года мировой судья судебного участка № 58 района имени Лазо Хабаровского края признал одного из хулиганов виновным и приговорил к 160 часам общественных работ. Другие подозреваемые, в том числе и глава сельского поселения, вышли сухими из воды: в их отношении судом были вынесены постановления о прекращении уголовных дел.

Периодически религиозные объединения жалуются Уполномоченному на такое необоснованное ограничение их деятельности, как запрет на проведение религиозного обучения своих последователей при местных религиозных организациях, под предлогом отсутствия у них лицензии на образовательную деятельность.

В отчетном году получила продолжение история с евангельскими христианами-баптистами в г. Миллерово Ростовской области. В декабре 2010 года пресвитер церкви евангельских христиан-баптистов сообщил о привлечении его организации в порядке ч. 1. ст. 19.20. КоАП РФ к административной ответственности за учреждение христианского кружка и клуба для детей «Будущее», в которых в свободное время дети прихожан в игровой и художественной форме изучали Священное Писание.

Согласно постановлению мирового судьи, такая деятельность религиозной организации была квалифицирована как образовательная, и, следовательно, невозможная без лицензии. Верующие обжаловали это решение в Миллеровский районный суд, однако их доводы не были приняты во внимание: ранее принятое решение осталось в силе. После обращения Уполномоченного к председателю Ростовского областного суда с ходатайством об отмене этого необоснованного решения, справедливость, наконец, восторжествовала: в марте отчетного года указанное решение отменили, а производство по делу прекратили.

Проблема, однако, в том, что юридические казусы, подобные описанному выше, повторяются. Вероятно, наши судебные инстанции просто недостаточно знакомы с решениями Верховного Суда Российской Федерации и Европейского суда по правам человека по аналогичным делам.

Со своей стороны, Уполномоченный считает необходимым напомнить, что в ст. 18 Всеобщей Декларации прав человека и в ч. 1 ст. 9 Конвенции о защите прав человека и основных свобод закреплено право каждого на свободу совести и религии, которое включает в том числе и право на обучение своей религии. В нашем же национальном законодательстве право религиозных объединений на обучение религии и религиозное воспитание своих последователей закреплено в ч. 1 ст. 6 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях». Обучение религии и религиозное воспитание тем самым являются одним из видов религиозной деятельности, которая в силу конституционного принципа «отделения религиозных объединений от государства», не подлежит государственному регулированию и не подпадает под действие Закона Российской Федерации от 10.07.1992 г. № 3266-1 «Об образовании».

Особую тревогу Уполномоченного вызывает то, что впервые после отмены репрессивных актов советского законодательства о религиозных культах в некоторых регионах России как будто обозначилась тенденция к возрождению их духа. Именно так следует, видимо, расценить попытки привлечения священнослужителей и верующих к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 282 УК РФ, предусматривающей наказание за совершенные публично или с использованием СМИ действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства по признакам отношения к религии.

Как сообщили Уполномоченному руководители ряда конфессий и правозащитных организаций, за последние пару лет сразу в нескольких российских регионах были возбуждены уголовные дела по указанным основаниям. До недавнего времени ни одно из них не доходило до суда: дела закрывались на стадии предварительного расследования. Единственным и, возможно, неслучайным исключением стало дело в отношении руководителя одной из организаций Свидетелей Иеговы. (Последователи этого вероучения с некоторых пор пользуются особым «вниманием» правоохранительных органов.)

Судебный процесс по делу руководителя местной религиозной организации Свидетели Иеговы в г. Горно-Алтайске (Республика Алтай) К. начался еще в 2010 году. Против К. было выдвинуто обвинение по ч. 1 ст. 282 УК РФ. В апреле отчетного года Горно-Алтайский городской суд вынес по делу оправдательный приговор за неустановлением события преступления. В мае того же года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Алтай удовлетворила кассационные требования государственного обвинения, отменив оправдательный приговор и возвратив дело на рассмотрение в суд первой инстанции. Своим решением от 3 ноября отчетного года Горно-алтайский городской суд признал К. виновным во вменявшемся ему преступлении и назначил ему наказание в виде обязательных работ сроком 100 часов.

Принципиально важно отметить, что это своего рода «пилотное» судебное решение было вынесено исключительно на основе выводов психолого-лингвистической религиоведческой экспертизы литературы, распространяемой указанной религиозной организацией. Экспертизу провели в Кемеровском государственном университете литературы, где не нашлось, похоже, ни профессиональных религиоведов, ни даже историков. В итоге, положившись на мнение экспертов (в каких-то других областях знаний?), «доверчивый» суд признал экстремистскими обнаруженные в указанной религиозной литературе сведения: о крестовых походах; об инквизиции; о сотрудничестве католической церкви в годы второй мировой войны с нацистской Германией; о существе и отличиях религии Свидетелей Иеговы от остальных, в том числе и христианских религий; об убежденности последователей Свидетелей Иеговы в истинности их религии; о праве граждан на альтернативную службу и т.д. Все эти «крамольные» сведения государственный обвинитель, а вслед за ним и суд посчитали опасными для общества и государства и достаточными для привлечения К. к уголовной ответственности.

Только в конце декабря отчетного года Верховный Суд Республики Алтай, рассмотрев кассационные жалобы адвокатов К., поставил наконец точку в этом скандальном деле, чуть было не опозорившим российское правосудие. Суд постановил обвинительный приговор в отношении К. отменить, его уголовное преследование прекратить, признав за ним право на реабилитацию.

Со своей стороны, Уполномоченный склонен считать, что уголовное преследование за распространение религиозных убеждений, в том числе и посредством религиозной литературы, не выдерживает критики. Особенно в свете Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2011 г. № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности». В этом документе внимание судебных органов обращено на то, что, во-первых, «критика религиозных объединений, …религиозных убеждений, …или религиозных обычаев» не должна рассматриваться как действие, направленное на возбуждение ненависти или вражды»; а, во-вторых, на то, что не является преступлением, предусмотренным статьей 282 УК РФ, «высказывание суждений и умозаключений, использующих факты межнациональных, межконфессиональных или иных социальных отношений в научных или политических дискуссиях и текстах и не преследующих цели возбудить ненависть либо вражду, а равно унизить достоинство человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе».


Источник: Интернет-сайт Уполномоченного по правам человека в РФ

 Rambler's Top100