Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 248 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ЗАКЛЮЧЕНИЕ НА ПРОЕКТ ЗАКОНА «О ПЕРЕДАЧЕ РЕЛИГИОЗНЫМ ОРГАНИЗАЦИЯМ ИМУЩЕСТВА РЕЛИГИОЗНОГО НАЗНАЧЕНИЯ…»

Печать

ФГНУЗАКЛЮЧЕНИЕ

Федерального государственного научно-исследовательского учреждения «Российский институт культурологии» на проект закона «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности»



Российским институтом культурологии была проведена предварительная экспертиза проекта закона «О передаче религиозным организация имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности».

По мнению Российского института культурологии, стремление авторов законопроекта создать условия для разрешения противоречий, имеющихся между государством и религиозными организациями по поводу прав собственности на имущество религиозного назначения в целом может быть оценено как позитивное.

Однако, в случае принятия в существующем виде, законопроект приведет к возникновению новых, не менее глубоких противоречий как в области имущественных отношений, так и социальной жизни в целом.
Вызывает сомнение актуальность принятия законопроекта в существующем виде, т.к. в условиях, когда социальная сплоченность российского общества невелика, когда требуются срочные меры со стороны государства по повышению такой сплоченности, данный закон может привести к возникновению новых и обострению существующих противоречий в обществе: между представителями различных религиозных организаций, между религиозными организациями и светским обществом, между представителями различных национальных культур, между собственниками, между представителями сферы культуры и религиозных организаций и т.п.

Также в обществе не может не возникнуть вопрос, почему государство возвращает только имущество религиозного назначения, почему не подлежит возврату любое иное имущество, национализированное после революции или незаконно изъятое в ходе последующих репрессий (заводы, фабрики, здания, земли и имущество крестьян в ходе раскулачивания, частные коллекции и т.п.). А приоритет, отдаваемый религиозным организациям, обоснованно может быть воспринят обществом, как нарушение положения Конституции о светском характере российского государства. “

Данный законопроект противоречит положениям действующего законодательства и требует приведения в соответствие с законом «Основы законодательства Российской Федерации о культуре», с законодательством о собственности, с документами ЮНЕСКО.

На наш взгляд, представленный законопроект нельзя признать своевременным, лишенным противоречий и готовым к принятию Государственной Думой в существующем виде. Он нуждается в принципиальной переработке, в частности по следующим причинам:

1) В принципиальном пересмотре нуждается само понятие «имущество религиозного назначения» (статья 2). На наш взгляд, музейные собрания относятся к категории общественных благ и являются общим достоянием. Музейные собрания и коллекции не являются просто «имуществом», находящимся в собственности ГУКов и МУКов, в отличие от оборудования, столов, стульев и даже самих зданий. Точно также они не являются исключительной собственностью органов государственной власти и местного самоуправления и, соответственно, они не могут быть уполномочены самостоятельно решать их судьбу.

Для справки: Со средних веков в России закрепляется традиция перемещения (по инициативе самих служителей культа, духовенства, его образованной части) особо ценных предметов культового назначения в ризницы, т.е. их изъятие из повседневного обихода и перемещение в сохранное место. Ризницы – одна из первых протомузейных форм, создаваемая именно для сохранения ценного культового наследия. Унаследовали эту традицию сохранения культовых памятников древлехранилища, которые создавались как в церковной среде, так и при университетах и научных обществах, зачастую совместно с епархиальными управлениями — с той же целью: изъятия из повседневного обихода с целью создания наилучших условий для сохранения и изучения. Т.е. эти музейные формы, вызревшие в самой церковной среде, стали важной частью общенациональной государственной культурной политики (начиная с ХIХ века). Они являются естественными в мире, где объекты наследия, в т.ч. религиозного, множатся, и неизбежно формируется особо ценное ядро этого наследия, которое может далее оставаться физически целостным и широкодоступным, выполняя свою просветительскую миссию, только в сохранном месте – музее. Вещи из музеев и монастырей на протяжении всей российской истории передавались в музеи самими духовными лицами, императорами – и это было нормальным естественным процессом.Музеи, что очевидно, не являются антагонистами церкви, они также озабочены сохранением духовности и культуры. Превращение государственной собственности в церковную не преследует никаких духовных или культурных целей, а только передел собственности. Музеи вполне справляются с хранением, реставрацией и презентацией наследия, в т.ч. культового. Это – миссия музея, они для этого созданы. И эти памятники являются общенациональным достоянием, а не только узкоконфессиональным. Музей – это общественное достояние, тогда как церковная собственность доступна лишь узкому кругу лиц, доступность ее ограничена. К тому же именно в музее предмет обретает свой научный контекст и значимость. Допуская изъятие из музеев предметов религиозного назначения, проект закона вступает в противоречие с Законом о музейном фонде, который декларирует неотчуждаемость и неприкосновенность национального достояния, в этом фонде закрепленного. Не следует забывать, что музей – это тоже святыня.

Если исходить из логики авторов законопроекта, то любое имущество может быть выведено из числа музейных ценностей. Например, Зимний дворец, как и Новодевичий монастырь, тоже строился не для музея. И Сикстинская мадонна писалась не для Дрезденской галереи. И каменные топоры делались не для музея. Все созданное человеком имеет какое-то первоначальное предназначение. Однако, любое общество в процессе развития осознает некоторые объекты как культурные ценности, подлежащие изъятию из повседневного обихода с целью сохранения и передачи из поколения в поколение (для этого обществом создан специальный институт, именуемый музеем). Чем шире круг объектов, осознанных как ценности, подлежащие передаче потомкам, тем выше культура общества. А потому музей является точным индикатором, термометром состояния культурного здоровья общества и государства. Если музеи активно пополняются (чего у нас в стране давно не наблюдается) – культура здорова, если нет – это верный признак начинающейся болезни. Если же пошел процесс «демузеефикации» наследия – возврата памятников для дальнейшего использования по первоначальному назначению (сервизов XVIII века – в ресторан, икон XIII века – в действующую церковь и т.п.), это уже очень тревожный признак, даже тяжелая болезнь. К тому же, разорение музеев «для церковных нужд» может стать опасным прецедентом и спровоцировать целый поток исков от потомков бывших частных собственников.

В связи с вышесказанным, в статье 2 определение «имущества религиозного назначения», на наш взгляд, должно быть скорректировано в конце «за исключением предметов, входящих в состав исторически сложившихся музейных, архивных, библиотечных собраний и коллекций, а также предметов личного благочестия».

2) Также данное определение не даѐт критериев для различения предметов религиозного назначения и предметов, выполненных на религиозную тематику или в традициях религиозного искусства, но не замышлявшиеся авторами как предметы религиозного назначения.

3) В пункт 3 статьи 3 добавить «уполномоченным органом по решению согласительной комиссии, состоящим из уполномоченных представителей органов государственной власти, представителей заинтересованных религиозных организаций, представителей организаций культуры, представителей общественных организаций, а также иных заинтересованных сторон в ходе открытых и гласных слушаний». В настоящее время законопроект (статья 3) предусматривает передачу имущества уполномоченными чиновниками, и лишь в случае обжалования их действий предусмотрено создание комиссий (статья 9) с неопределѐнными полномочиями, состоящих из «религиоведов» и представителей «централизованных религиозных организаций» (понятия, также нуждающиеся в определении). Таким образом, музеи, архивы, библиотеки, экспертное сообщество, деятели культуры, общественные организации и иные заинтересованные лица полностью исключаются из обсуждения данных вопросов.

4) В пункт 4 статьи 3 следует добавить положение о возможности передачи имущества от одной религиозной организации другой по решению суда, в случае обращения с суд заинтересованной организацией и предоставления ею суду доказательств преимущественного права собственности на передаваемое имущество.

5) Традиционно положением всех законов о реституции является указание временных рамок. На наш взгляд, в законопроекте следует оговорить, что передаче подлежит только имущество, находящееся в ведении религиозных организаций по состоянию на 1917 год. Потому что, в противном случае, передаче будут подлежать, например, и те предметы, которые являлись неотъемлемой частью библиотечных, музейных, музейных, частных собраний и коллекций и до 1917 года или были получены в дар от коллекционеров или куплены музеями, архивами, библиотеками и т.п. в последние годы.

6) В законе не содержится ограничения на передачу того имущества, которое было «добросовестно» приобретено библиотеками, музеями, архивами и т.п. на аукционах, у коллекционеров, в ходе археологических работ и т.п. На наш взгляд, такое имущество также не должно включаться в перечень передаваемого.

7) В случае, если данный законопроект всѐ же будет принят, следует включить в него положение о праве музейных, библиотечных, архивных и т.п. сообществ, выступать с инициативой передавать высококачественные копии вместо подлинников отдельных особо ценных, имеющих общечеловеческое, а не только религиозное значение, предметов или предметов, нуждающихся для сохранности в особых условиях в пределах не более 10% от общего числа передаваемых предметов.

8) Вызывает большие вопросы также то, каким именно религиозным организациям будет передаваться8) Вызывает большие вопросы также то, каким именно религиозным организациям будет передаваться имущество религиозного назначения. Насколько, с юридической точки зрения, данные организации являются правопреемниками тех организаций, у которых в своѐ время советское государство изымало данное имущество. Например, до революции большая часть из изъятого впоследствии государством имущества, находилась в собственности конкретных приходов, а не Русской православной церкви как единой организации. В результате передаваемый предмет религиозного назначения, например, может так и остаться недоступным потомкам тех верующих, на средства которых создавался, в силу территориальной удаленности данного прихода от того, в который данный предмет будет направлен.
Также вызывает опасения, что недостаточно чѐтко прописанная процедура передачи, отсутствие профессиональной религиоведческой и культурологической экспертизы при такой передаче может привести к передаче имущества не тем религиозным организациям, которые владели им ранее, что несомненно приведѐт к обострению межрелигиозных противоречий. Например, известно немало случаев, когда российская таможня, изымая иконы, которые контрабандным путѐм пытались вывести из страны, передавала их русской православной церкви, хотя данные иконы принадлежали к старообрядческим и иным ветвям православия.

9) Пункт 5 статьи 3 предлагаем вообще убрать, т.к. понятие «имущества, не имеющего религиозного назначения, предназначенного для обслуживания имущества религиозного назначения» носит чрезмерно широкий характер, что, несомненно, будет приводить к острым имущественным конфликтам. К такому имуществу, исходя из определения, может быть отнесено все, что угодно, реки, озѐра, леса и парки, кладбища, городские площади, по которым проходит крестный ход, крепостные стены и башни и т.п. Особенно напряженная ситуация будет создана в кремлях, рассматриваемых как «околоцерковная территория».

10) В статье 8 причины отказа в передаче должны быть дополнены пунктом «если в результате передачи объектов культурного наследия религиозным организациям возникает опасность, что доступ к ним окажется закрыт или существенно ограничен».

11) Статья 7 и статья 11 содержат нормы, по которым заявление, принятое от религиозной организации должно быть рассмотрено в 2 недельный срок, а опубликовано на сайте в недельный срок. На наш взгляд, оставшегося недельного срока явно недостаточно для информирования экспертов, заинтересованных культурных организаций, общественных организаций и, в случае возникновения возражений против передачи данного имущества, для подготовки документов обосновывающих такие возражения. В связи с этим предлагаем заменить срок в статье 7 с 2 недель на 2 месяца.

В связи с готовящимся принятием нового «Закона о культуре», считаем, что данный законопроект должен рассматриваться уже после его принятия и соответствовать ему.

 В целом проект закона требует детального постатейного обсуждения как с представителями различных религиозных организаций, так и со специалистами музейного, архивного, библиотечного дела, реставраторами, архитекторами, историками, а также широкой общественностью.

Директор, профессор К.Э. Разлогов

 

Источник: Музеи России

 Rambler's Top100