Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 1745 гостей и 3 зарегистрированных пользователей на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



О.В. ДОБРОДУМ. ДИГИТАЛИЗАЦИЯ РЕЛИГИИ В СОВРЕМЕННОМ ОБЩЕСТВЕ - материалы Международной научно-практической конференции "Религия как социальный институт", сентябрь 2011

Печать

Ольга ДОБРОДУМ

 

Ольга Добродум

Одним из наиболее значительных изменений в социально-религиозной жизни начала 21 в. стало появление виртуальной реальности и максимально широкое распространение high-tech. Интернет уподобляется ноосфере и порой предстает как новая глобальная религия, имеющая своих последователей среди одной третьей жителей Земного шара (в начале 2011 г. число пользователей составило 2 млрд. человек[i]). Происходит беспрецедентное ускорение времени: впервые скорость распространения новости составляет несколько секунд, большинство трансляций осуществляется с места событий в прямом эфире и в режиме реального времени, а в 2010-х гг. Интернет охватит всю Солнечную систему[ii]. В этой связи уместно вспомнить замечание канадского социолога М. Маклюэна, сделанное еще в середине 1960-х гг.: «Электрические скорости создают центры повсюду. Периферии на нашей планете исчезают», «Электричество не централизует; оно децентрализует» [iii].

Социальную роль информационных технологий иллюстрирует и тот факт, что, в продолжение российской традиции новомодных наименований младенцев, настала эпоха киберимен, среди них: Оптимизандр, Клава, Юэсбина (от USB), Айтислав (слава IT), Вирусилий, Багомир (приносящий мир в ПО, богатое багами), Траян, Айпиона, Фолдер, Кав (Касперский АнтиВирус), Кис (Касперский Интернет Секьюрити)[iv], Твиттер, Скайп, Гуглток, Айпэд. Существуют предположения, что в будущем имена и вовсе могут быть заменены никнеймами.

Священники и политики становятся жителями виртуальных миров, пользователями и видеоблогерами – широкополосный Интернет как медийный инструмент глобализации меняет в социально-религиозной жизни формы, обстоятельства, способ общения с приверженцами конфессий и партий. А среди профессий будущего значатся виртуальные учителя, специалисты по увеличению объема человеческой памяти (путем чипизации), специалисты взаимодействия робот/человек, наблюдатели мира (работа с изображениями со спутников), хакеры мозга (изучение нейрокомпьютерного интерфейса).

High-tech стремительно входят в жизнь религиозных общин, особенно это характерно для мегацерквей, применяющих большие экраны для показа видеоматериалов и стадионный формат, использующих преимущества социальных сетей и разрабатывающих собственные решения для сетевого общения. Распространяются явления медиа-евангелизма, миссионерства в блогосфере и социальных сетях, кибер-религиозности и сетевой церкви, где служба с одного главного объекта транслируется на несколько спутниковых объектов по оптоволоконным сетям, что позволяет местным общинам совершать совместные богослужения, физически не находясь в одном помещении («видео-храм»), на очереди стоит внедрение феномена «голографический пастор». Получают все большее распространение религиозные уроки в виде трехмерных голограмм в натуральную величину, внедрение виртуального мира в спутниковые общины и в дома сетевых прихожан, использование возможностей социальных сетей и подкастов. Все большее число христиан исповедуются, посещая специальные страницы в сети Интернет.

В Интернете имеется множество христианских блогов, передающих новости оперативнее, чем пресс-службы епархий – это стало очевидно в деле об отключении американки Терри Шайво от аппарата искусственного дыхания, когда блогеры мобилизовали католическую общественность быстрее, чем епископская конференция и местная иерархия. Верующие содействуют осуществлению экуменических проектов, участвуя в религиозной деятельности социальных сетей (например, «MyChurch» и «Faithbook»), международной интернет-церкви www.churchmeeting.net (создана для тех, кто подвергается гонениям или не имеет возможности посещать церковь), христианского GodTube, международного служения Помазание.org, проекта «Wiki Bible» и пр.

Анонимность Интернета позволяет конфессионально неангажированно узнавать об активности конкретных общин и лидеров, изучать другие религии, посещая религиозные службы в онлайн-пространстве. США расширяют и функциональность религиозных онлайн-сервисов, получают распространение сайты исповеди и причастия, что вызывает критику консервативно настроенных общин. У христиан появляется множество сетевых проектов, в том числе сетевые богослужения.

Тематика евангелизации в киберпространстве, мобильного миссионерства, интерактивной религиозности является актуальной для религиозной жизни мирового сообщества. High-tech во всевозрастающей степени исполняют вспомогательные функции в церковной жизни: растет число церквей, принимающих пожертвования через Всемирную сеть, в храмах получают распространение видео-алтари и видеоинсталляции на священные темы – одним из пионеров видео-арта является американский художник Б.Виола, работы которого присутствуют в соборах и музеях мира.

Осуществляется подготовка религиозных программистов для противодействия социально деструктивным явлениям киберпространства (сайты самоубийств, ксенофобии, экстремистской, террористической и аморальной направленности), с целью снижения модуса межрелигиозного противостояния в Сети. Ватикан выступил с предложением отметить в 2011 г. «Всемирный день социальных коммуникаций» и посвятить его деятельности католических СМИ. Также актуальна регуляция киберпространства в этическом измерении: так, в 2000 г. группа экспертов «Inethics» объявляет о разработке проекта Этического кодекса сети Интернет, в 2003 г. католическая церковь публикует 10 заповедей для родителей, чьи дети пользуются Глобальной паутиной[v] и т.п. Можно отметить и внедрение миссионерских сетевых игр, моделирующих положительное поведение игрока с помощью молитв, богослужений и заботы о ближних, целесообразным осознается онлайновое наставничество и консультирование.

Можно отметит один важный, с точки зрения социального фунционирования религии, момент: некоторые мыслители отстаивают точку зрения, что дигитальная религиозность в значительной степени миноритарна. Если сравнить особенности нетрадиционной религиозности с особенностями потребления информации Homo Informaticus, будто бы можно обнаружить много общего: религиозная жизнь в них все более удаляется от общих догматических оснований и становится все более субъективной, не столько конкретной рациональной целью, сколько средством достичь пик-переживания (в терминологии А. Маслоу). Глобальное (планетарное) сознание[vi] – это не христианское сознание, это глобальный пантеизм, в склонности к которому иногда обвиняются народы, ставшие на путь демократизации.

Согласно рассуждениям М. Бабаева, природа Сети благоприятствует больше синтетическим, а не фундаменталистским религиозным движениям, мистицизму, а не церковности[vii]. Н. Карр также отмечает свойства киберпространства, связанные с благоприятствованием развитию верований «New Age», а не институциональных религий, жесткой конкуренцией со стороны эзотерических, языческих движений и верований «New Age», природа которых более органична сетевой организации[viii].

Так, хотя «New Age» отчасти наследует характерное для контркультуры негативное отношение к технике, среди современных нью-эйджеров более популярной является идея синтеза западной технологии и восточной техники изменения сознания, техника предстает фактором консолидации мира в единую информационную систему. Само мышление «New Age» обнаруживает склонность к компьютерным аналогиям: к примеру, американский психоаналитик Дж. Лилли, обсуждая вопросы программирования и метапрограммирования человеческого биокомпьютера, выделяет два образа Космоса – сознательное живое существо и космический компьютер[ix].

Характерное для сознания «New Age» отрицание уникальности личного «я» может приравнивать человека к духовному механизму, именно компьютерные сети якобы будут использованы для объединения индивидуальных душ в единый общепланетарный Мегаразум. Нельзя сказать, что христианские проповедники не в состоянии приспособиться к средствам телекоммуникации – американский футуролог Дж. Нэсбит отмечает их способность сочетать библейские доктрины с ультрасовременной техникой вещания[x], об этом свидетельствует и популярность телепроповедников. И все же существующие тенденции могут свидетельствовать о том, что церковь сдает ТВ «New Age» – посредством СМИ «New Age» якобы особенно легко выразимо, в отличие от христианства.

М. Маклюэн рассматривает СМИ как базис, порождающий сознание, соединяющее особенности мифологического и рационального мышления, ТВ оказывает глубокое воздействие на сознание человека, делая все более восприимчивым к «New Age». А американский социолог А. Зурхер подчеркивает, что НТР соответствует нехристианскому типу религиозного сознания, обозначая его термином «океаническое Я» и определяя как сознание, основанное на абстрактных идеях и мистицизме; «океаническому Я» когерентен технический базис современного общества и духовная ситуация эпохи в целом[xi].

Как отмечается в докладе Института национальной стратегии РФ «Новейшее Средневековье. Религиозная политика России в контексте глобальной трансформации», под вселенской церковью понимается Голливуд, а Матрица объявила войну другому миру, еще не оцифрованному, не «вавилонизированному», создавая роскошные голливудские постановки милитаризованного технофундаментализма, прикрывающегося риторикой телепроповедников вроде Билли Грэма. Складывается религия Матрицы, постпротестантизм «смерти Бога» мутирует в разновидность парарелигиозного сознания и мессианизма политических элит, совмещенный с магией технического всемогущества[xii].

Реальностью являются технофутурологические сюжеты, когда high-tech благословляются на защиту от компьютерных вирусов, в Сети циркулируют сообщения о чудесах, действует «Почта Духов», где можно заняться спиритизмом, посетить виртуальные церкви, сетевые кладбища, онлайновые проповеди, веб-комнаты для медитаций и др. Картографический сервис «Kidlandia» позволяет в онлайне создать мир в стиле фэнтези, выбрав карту воображаемой волшебной страны. На основе картографического сервиса «Google Maps» компания «Turbine» создает карту Средиземья и виртуальный мир, соответствующий трилогии «Властелин Колец». В виртуальном мире «Second Life» представлен и Трансгуманизм на острове «Экстропия»: там присутствуют и трансгуманистические религии самых широких очертаний. В дигитальной реальности можно обучиться медитации и получить религиозное образование[xiii].

В киберпространстве делаются ставки на то, разразится ли в тот или иной день Апокалипсис – например, 06.06.2006. Были распространены и пророчества, будто уже к 2010 г. в соответствии с «законом Мура» «железо» самого современного компьютера превзойдет по способностям человеческий разум. Интернет может метафорически уподобляться хроникам акаши, спиритическому сеансу, метаденоминационному инсайту, вселенской нервной системе, фазе галактической синхронизации, информационной Хиросиме и компьютерному концлагерю, причем магическое требование – не смотреть нечистой силе в глаза, тогда и она тебя не увидит – невыполнимо в век господства телевизора и компьютера.

Характерным является использование оккультной символики в видеоклипах, видеоэкстрасенсорика, онлайн-гадания, веб-заговоры и киберколдовство, присутствие множества сообществ по магии, эзотерике, оккультизму, гороскопам в социальных сетях, осуществление межконфессионального диалога в виртуальном пространстве и приобретение им посттрадиционных форм, исчезновение религий, заклейменных СМИ в качестве реакционных[xiv]. Сторонники восприятия Глобальной сети как мистического явления используют и тот факт, что, когда понадобилось перевести слово «Интернет» на язык эскимосов, переводчики выбрали слово «ikiaqqivik» («путешествие сквозь слои»), которое употребляется для описания действий шамана, ищущего ответ на какой-либо вопрос, «путешествуя сквозь время и пространство»[xv].

В отличие от оффлайна, в онлайне религиозные меньшинства находятся в относительно комфортных условиях. Практически все религиозные меньшинства и НРД представлены в Сети: они в качестве информационных технологий используют киберпространство, в миссионерских целях создавая сайты, пересекая границы виртуально с помощью электронных СМИ, появляются онлайновые религиозные движения, Интернет- и виртуальные религии, насчитывающие тысячи сторонников. Сюда же можно отнести попытки создания компьютерного Бога, пародийные религиозные образования Глобальной паутины.

Киберпространство обладает развивающимся религиозным сегментом: в нем находят свою нишу практически все существующие в оффлайне религии, конфессии, движения и деноминации. Виртуализация религии представляет собой сравнительно новый тип существования религии, религиозный Интернет получает все более широкое распространение, учитывая экстерриториальный, трансграничный, наднациональный характер Глобальной паутины. Информационная футурология становится неотъемлемым спутником социально-религиозной жизни, флэшмоб воспринимается как фактор виртуализации религиозного сегмента социальной действительности.

Повышение роли Глобальной паутины и интенсификация ее использования актуализируют вопрос о возможности вычленять ее онлайновое измерение и подвергать научному анализу. Интернет становится значимым фактором как религиозной жизни (межрелигиозный диалог, виртуальная активность оффлайновых и в особенности онлайновых культовых учреждений, модификация культа), так и социальной (PR, имиджелогия, брендинг, информационно-психологические и хакерские конфликты).

Виртуализация религии, как и отображение этого процесса в социальной сфере, воспринимается достаточно амбивалентно: от надежд на глобальную демократическую Интернет-революцию и достигнутую благодаря ей религиозную свободу до компьютерного эскапизма, технологического тоталитаризма «единой религии». Имеют место религиозная концептуализация, либеральные и консервативные дискурсы алибизации и стигматизации high-tech. Религия находит свое воплощение в киберпространстве, онлайновый сегмент все более заметно влияет на социально-религиозную действительность в оффлайне, из-за чего многие гуманитарные и общественные науки могут приобретать помимо оффлайнового и онлайновое измерение.

Пользователи могут воспринимать киберпространство в противоречивых и полярных коннотациях – от оптимистических до пессимистических, от обожествляющих до демонизирующих, а Интернет временами уподобляется орудию ангелов и демонов, божественных и инфернальных сил, рая и ада. Религиозный Интернет развивается все более интенсивно: конструируется компьютерный язык, распространяется феномен флэшмоба, а Всемирная сеть воспринимается как прообраз и модель ноосферы. Также очевидны онлайновые проекции американизации в виде голливудизации, диснейлендизации и симпсонизации.

Развитие киберпространства способствует активизации религиозной жизни: появлению религиозного киберпространства, открытию интернет-церквей, распространению виртуального миссионерства, религиозного видеохостинга и пр. Конфликтогенными зонами осуществления религиозной жизни в Глобальной паутине являются сайты, пропагандирующие идеи педофилии, порнографии, суицида, религиозной ксенофобии, а также религиозные вирусы, спам и хакерство.

Виртуализация религиозной жизни актуализирует рефлексию над вопросами онлайновой религиозной жизни (богослужение, таинства, молитва, обряды, поклонение, почитание, культ и т.п.), с помощью использования возможностей блогосферы, социальных сетей и «Second Life», экскурсий-2.0/3.0/4.0. по храмам и видеопаломничеств, онлайн-конференций по виртуальному миссионерству, видеоблогингу (ставшему распространенным среди религиозных лидеров практически всех деноминаций), 3D/4D/5D-религиозному кинематографу (с помощью которого снимаются кинофильмы о них).

Можно сделать предположение о необходимости осуществления мониторинга киберпространства для профилактики межрелигиозных и межконфессиональных противостояний и конфликтов, поскольку социальные, религиозные и другие феномены на современном этапе зачастую имеют кибер-составляющую. Дигитализация социально-религиозной жизни по сравнению с функционированием печатных СМИ может в еще больше степени способствовать обеспечению гражданских и религиозных свобод, процессу демократизации масс-медиа. Одним из актуальных аспектов данных исследований и является социальная функциональность религии в виртуальном пространстве.

 

Автор: Ольга Викторовна ДОБРОДУМ – кандидат политических наук, доцент, научный сотрудник научно-исследовательского центра «Компаративистских исследований религии» философского факультета Одесского национального университета имени И.И.Мечникова



[i] Число пользователей интернета достигло 2 млрд // Коммерсантъ.  2011. – 22 июня. № 99.

[ii] O'Neill I. Google and NASA are Working on an Interplanetary Internet // Universe Today. – 2008. October 28.

[iii] McLuhan M. The Medium is the Massage: An Inventory of Effects with Quentin Fiore, produced by Agel J. 1st еd. – N.Y., 2001.

[iv] В России начинается мода на кибер-имена // Русская линия. 2009. 6 февраля.

[v] Католическая церковь опубликовала 10 заповедей для родителей, чьи дети пользуются Интернетом // Режим доступа: http://www.5ballov.ru/news/newsline/index.shtml?2003/01/15/21163

[vi] См. Rudhyar D. The Planetarization of Consciousness. N.Y., 1972.

[vii] Бабаев М. Религия в киберпространстве // Русский Журнал. 1998. 1 апреля.

[viii] Карр Н. Бездушность Веб 2.0 // Компьютерра. 2005. 21 ноября.

[ix] Lilly J.C. Programming and Metaprogramming in the Human Biocomputer: Theory and Experiments. – N.Y.: Three Rivers Press, 1987.

[x] Naisbit J., Aburden P. Megatrends 2000. N. Y., 1990.

[xi] Алексеев В., Григорьев А. Религия Антихриста. Новосибирск, 1997. С.215-218.

[xii] Новейшее Средневековье. Религиозная политика России в контексте глобальной трансформации / Доклад Института национальной стратегии // Стратегический журнал. 2006. № 2.

[xiii]Second Life provides virtual classrooms // Режим доступа:  http://www.smh.com.au/technology/technology-news/second-life-provides-virtual-classrooms-20090618-claz.html

[xiv] Norton-Taylor R. Revolution, flashmobs, and brain chips. A grim vision of the future  // The Guardian. 2007. 9 April.

[xv]Интернет. Материал из Википедии // Режим доступа: http://ru.wikipedia.org/wiki/Интернет

 

 Rambler's Top100