Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 185 гостей и один зарегистрированный пользователь на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



СОЦИАЛЬНАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ И ОБЩЕСТВЕННАЯ СОЛИДАРНОСТЬ: ПОЗИЦИЯ РУССКОЙ ПРОАВОСТАВНОЙ ЦЕРКВИ И ПРЕДСТАВЛЕНИЯ "ПРАВОСЛАВНОЙ ПЕРИФЕРИИ".

Печать

Михаил ЖЕРЕБЯТЬЕВ

- доклад на Международной научно-практической конференции "Социальные функции религии в условиях модернизации общества: XXI век" Москва. 1 марта 2011.



Тема модернизации в нынешних российских условиях, в первую очередь, относится к сфере политической лексики. С помощью данного термина выражается пока, возможно, не столь наглядное противопоставление одного политического курса другому - трудно определяемого «нового» не менее неопределенному предшествующему, т.е. «старому». Его использование также подчеркивает некое новаторство управленческих решений действующего политического руководства; апелляции к нему сопряжены с образом позитивных перспектив развития страны.

Вместе с тем, применение этого понятия в качестве политико-идеологического лозунга может вовсе и не быть связанным со смыслом модернизации[1], в точности так же, как «Великая пролетарская культурная революция» имела мало общего с культурой (если, конечно, не считать культурным процессом самое революционное разрушение исторически сложившихся форм культуры).

С другой стороны, сегодняшняя Россия, действительно, нуждается в модернизации, начиная с кардинального изменения состояния социума, который сохранил многие черты, присущие еще советскому обществу, заканчивая качественным обновлением технологической базы.

Получившие распространение в постсоветской России способы теоретического осмысления модернизации находятся в диапазоне от историко-политологической концепции российских «догоняющих модернизаций» Александра Ахиезера, основу которой составил комплексный анализ отечественных политических, социальных и экономических процессов 18-20 вв., до социологической теории гражданской солидарности Роберта Патмэна, изучавшего условия общественных изменений в итальянском обществе второй половины 20 в. Первая излагает причины российских неудач, вторая находит источник кардинальных общественных изменений в структуре самого общества,  начинающего систематически осваивать плюралистическую модель коллективного взаимодействия. Одно интересное наблюдение нам удалось сделать, работая над текстом настоящей статьи. В словаре к фундаментальному труду А.С.Ахиезера «Россия: критика исторического опыта. (Социокультурная динамика России). Т. II. Теория и методология» отсутствует слово «солидарность»[2].   

Высшая политическая власть, выступая единственным в нынешних российских условиях субъектом модернизации, связывает с ней переход от сырьевой экономики к инновационной и, как следствие этого, ожидает повышения конкурентоспособности страны на мировом рынке. Приоритеты и установки очередной российской «модернизации сверху» описаны в программном документе «Россия XXI века: образ желаемого завтра», выпущенном в начале 2010 г. ведущим экспертным центром - Институтом современного развития (ИНСОР). Председателем попечительского совета ИНСОРа, созданного в период президентства Дмитрия Медведева,  является действующий глава государства. Институт в рамках своей «научно-исследовательской деятельности … по результатам экспертных обсуждений» готовит«практические рекомендации для Президента и Правительства РФ»[3].

Изложенное в ИНСОРовском программном манифесте понимание модернизации не ставит ее реализацию в прямую зависимость – даже в отдаленной перспективе – от сформированности новых общественных структур. 

«Модернизация, - говорится в докладе, - начинается с правильного настроения». Особый акцент делается на том, что его составители именуют «гуманитарной составляющей», а именно, - на ценностях и принципах, морали, мотивациях, установках и системе запретов. «Кардинальное перестраивание системы отношений», по мнению экспертов, происходит путем «замещения» «паразитарно-распределительных ценностей» «творчески-производительными». Перемена ценностных ориентиров почти автоматически ставит «свободу над властью, народ над государством», вызывает к жизни смену моделей взаимоотношения человека и власти:«государство, обслуживающее граждан» вместо «граждан на службе у государства»[4].

Затрагивая вопрос об институциональной организации общества, адекватной требованиям модернизации, составители документа справедливо замечают, что «курс на новую институциональную среду шире запросов экономики»[5]. Вместе с тем, в тексте приводится исключительно политическая трактовка «новой институциональной среды». Ее появление видится сопряженным исключительно с ликвидацией «произвола и бесправия на уровне рядовых контактов граждан с властью», что называется «демократией повседневности», которая, в свою очередь, рассматривается как условие функционирования «демократии снизу».

Вместе с тем, дефицит способов социальной коммуникации вместе с неструктурированностью российского общества остаются «общим местом» характеристики особенностей, отличающих ситуацию в постсоветской России от других стран.

Русская православная церковь Московского патриархата (РПЦ МП), начиная с 1990-х гг., шаг за шагом демонстрирует готовность к внутренней модернизации консервативного образца. На этот процесс оказывают влияние как осмысление представителями церкви опыта других церквей (прежде всего католической) и зарубежных политических программ право-консервативного толка, так и интенсивные и разносторонние контакты ее представителей  со светской властью в самой России, de-facto, а временами и местами de-jure, привилегированный статус РПЦ МП, все возрастающая экономическая зависимость «титульной церкви» от российского государства. 

Власть видит РПЦ МП крупнейшей и ведущей общественной организацией страны, прежде всего, исходя из того потенциала доверия, который стабильно фиксируется разными социологическими опросами.

Однако весь период патриаршества Алексия II РПЦ МП стремилась выдерживать некоторую  дистанцию в отношениях со светской властью. До 2009-2010 гг. процесс клерикализациив России проходил при определяющем воздействии государства. Власть постоянно нуждалась в легитимации более высокого порядка, чем тот, который могла ей дать обычная электоральная поддержка.

Собственно церковный элемент играл вспомогательную роль в апелляциях власти и всего российского общества к недифференцируемому православию. Этот феномен известные социологи религии, финский и российский профессора Киммо Каариайнен и Дмитрий Фурман удачно назвали «проправославным консенсусом». Собственно, церковная клерикализация началась только в 2010 году и ознаменовалась участием церкви в получении в собственность «непрофильных активов» государства, представленных историческими памятниками и музеями, подготовкой к появлению капелланов в армии и пенитенциарных учреждениях (в первую очередь от РПЦ МП) и обнародованием церковной иерархией планов активного миссионерства с опорой на институты светского государства.

Свидетельством модернизационных подвижек в самой РПЦ МП может служить ее «социальная концепция», принятая на юбилейном Поместном Соборе (2000 г.). Во главу угла документа поставлена опять же политическая проблематика церковно-государственных отношений. Зримым подтверждением консервативно-модернизационных начинаний РПЦ МП служит отказ церковного руководства от наивных мечтаний о восстановлении монархии в России (которую, вроде как, надо еще и «заслужить», и «вымолить»). При помощи выстраивания иерархии политических режимов со ссылкой на Священную историю «социальная концепция» ставит теократию на более высокое место по отношению к монархии.

Построение стабильных церковно-общественных структур через воцерковление номинальных православных и неверующих с последующим их влиянием на общество и государство не стало приоритетным направлением российской «титульной церкви». Воцерковление понимается ею строго экклесиологически - как литургическое участие в церковной жизни. Соответственно и задача воцерковления сводится лишь к повышению числа участников богослужений. В русле этого подхода находится прогноз патриарха Кирилла относительно 40 миллионов воцерковленных, которые, в чем убежден предстоятель, заявят о себе уже в обозримом будущем.Это при том, что социологи не отмечают сколь-нибудь существенного роста практикующих православных.

В самых новейших разработках социальных программных заявлений РПЦ МП, в строгом соответствии с логикой более ранних документов[6], подчеркивается приоритет корпоративных прав над правами личности. Это делается даже в тех случаях, когда церковные установки явно расходятся с подходами, принципами и нормами светского права, которое руководство РПЦ МП предлагает использовать верующим в инструментальном качестве, в частности, как средство против «богохульства»[7].

Другой текст – проект Отдела по взаимодействию церкви и общества РПЦ МП (ОВЦО) «Вечные ценности – основа российской идентичности»- в сравнении с данными социологических исследований дает представление о несовпадении установок и представлений РПЦ МП с мнением и приоритетами россиян в том, что касается способов организации общества. 

На третьем месте из восьми, перечисленных в проекте ОВЦО, названа «солидарность», определяемая, в первую очередь, как «способность разделить с другим бремя его забот», трудностей, недугов и скорби. «Общенациональная надклассовая солидарность», т. е. «сила, связывающая народ, обеспечивающая единство нации, ее целостность, ее жизнеспособность» приводится в качестве дополняющей характеристики. Таким образом, о способах самоорганизации общества здесь речь не идет.

Семья с конкретизацией - «Семейные традиции. Любовь и верность.  Забота о младших и старших»[8]-  занимает восьмую, - последнюю - позицию в списке ОВЦО. 

И, наоборот, на запрос в интернет-поисковике «ценности россиян» предлагаются ссылки на результаты социологических исследований, демонстрирующих приоритеты семьи и личных отношений[9].

Оценка способов организации общественной жизни в России, исходящая из православной среды, сегодня уже не ограничивается официальными документами РПЦ МП. В конце 2010 – начале 2011 гг. эта тема cтала активно обсуждаться вне рамок соподчинений иерархической церковной власти, т. е. «православной периферией». 

Кинорежиссер Никита Михалков в своем манифесте просвещенного консерватизма «Право и Правда» в качестве образца для общественного устройства России предлагает брать пример с солидаристских отношений, существовавших в среде первой русской эмиграции 20 в., которая строила свою повседневную жизнь вокруг церковных общин.  

Представители«Ассоциации православных экспертов» Кирилл Логинов и Кирилл Фролов в многостраничном программном документе «Третий Рим. Суверенная модернизация» не только выступили с критикой атомизированного общества, но и признали наличие солидаристского потенциала в современном российском социуме. Говоря о единстве нации, авторы также не забыли назвать социальные группы ячейками единого национального организма.

После декабрьского погрома на Манежной площади протоиерей Алексий Уминский заявил об отсутствии социальной позиции у православной общественности: «Почему-то у футбольных фанатов есть четкая социальная позиция, вполне грамотно сформулированная». А вот православные, по его словам, могут «выйти только на крестный ход»[10].

На наш взгляд, интерес к выступлению о. Алексия Уминского участников XIX Рождественских образовательных чтений[11]– вполне официального мероприятия РПЦ МП – демонстрирует высокую степень интереса в церковной среде к проблемам социальной организации и конкретно - к теме общественной солидарности.


Автор: Михаил Алексеевич ЖЕРЕБЯТЬЕВ -  кандидат философских наук, доцент Воронежского филиала Современной гуманитарной академии (Воронеж).




[1] Специфика модернизированного (модернизирующегося) общества состоит в признании им самоценности новшеств. Такое общество принимает их в качестве стимула для поиска и оформления последующих, также принципиально новых решений. Противоположный ему тип социума представлен архаическими (архаизирующимися), патриархальными обществами, которые апеллируют при решении новых задач к традиции, авторитету, известным образцам.

Термин модернизация в качестве самостоятельного также используется при  характеристике:

- общественных институтов и способов организации социальной жизни,

- политических процессов,

- экономических отношений и способов их теоретического осмысления,

- технологий и исследований,

- религиозных феноменов,

- художественного творчества и эстетических концепций,

- отдельных значимых событий или процессов, по всем признакам относящихся к числу давно включенных в процесс модернизации.

[2]Ахиезер А.С. Россия: критика исторического опыта. (Социокультурная динамика России). Т. II. Теория и методология. Словарь. Новосибирск, 1998.

[4]Россия XXI века: образ желаемого завтра. М., 2010. C.8

 [5] Там же. С 13

[6] Декларация о правах и достоинстве человека X Всемирного Русского Народного Собора. Принята 6 апреля 2006 г.; Основы учения Русской Православной Церкви о достоинстве, свободе и правах человека — официальный документ Русской Православной Церкви, утвержденный в Храме Христа Спасителя 26 июня на Архиерейском соборе 2008 г. 

[7] О правовых условиях реализации Резолюции Архиерейского Собора об отношении Русской православной церкви к намеренному публичному богохульству и клевете в адрес

Церкви
[8] Вечные ценности – основа российской идентичности (проект ОВЦО РПЦ МП), январь 2011// Ht2tp://www.pravmir.ru/sistema-cennostej-infografika/
[9] Подробнее см..: Интервью Директора Центра защиты прав СМИ, члена Правления международной организации "АРТИКЛЬ 19" Галины Араповой// http://portal-credo.ru/site/?act=press&type=list&press_id=1422  

Ценности россиян: семья, секс, религия… (ВЦИОМ) //http://www.from-ua.com/news/a3f5164e7d54e.html; Россияне меняют ценности (Институт инновационных маркетинговых исследований GIM Россия) //

[10] Немолчащая Церковь. Протоиерей Алексий Уминский размышляет о роли РПЦ в современном обществе// http://www.blagovest-info.ru/index.php?ss=2&s=7&id=38627

[11 ]Подробнее см.: Власов Д. Тему «немолчащей Церкви» обсудили на секции Рождественских чтений//http://blagovest-info.ru/index.php?ss=2&s=4&id=38951

 Rambler's Top100