Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 258 гостей и 2 зарегистрированных пользователей на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



ТАКТИЧЕСКИЕ РЕШЕНИЯ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ КАК СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ОШИБКА

Печать

Галина ШИРОКАЛОВА

- доклад на Международной научно-практической конференции "Социальные функции религии в условиях модернизации общества: XXI век" Москва. 1 марта 2011


В последние двадцать лет Русская православная церковь (далее – РПЦ) претендует на то, чтобы православие стало если не государственной, то основной идеологией в России. Это некий своеобразный ремейк парадигмы «двух светил», временами с претензией на политическую власть, В связи с этим актуализируется ряд вопросов:

1) Что дает РПЦ союз с государственной властью?

2) Что дает государственной власти союз с РПЦ?

3)  Каковы последствия для народов России заключения такого тесного союза?

В этих вопросах и есть острие дискуссии о возможностях РПЦ и как социального института, и как профессионального сообщества клириков. Ответы на них неоднозначны. Пока еще дискуссия возможна, и по этой причине необходима.

В православной литературе, как правило, ответы даются в рамках аргументации используемой А.Н. Швечиковым, председателем «Собора православной интеллигенции», директором Межвузовского центра по проблемам науки и религии, членом Координационного совета по взаимодействию Министерства образования РФ и Русской православной церкви, кандидатом философских наук, доцентом: «Хотя конечные цели государства и церкви не совпадают: государство печется о земном благополучии людей, а церковь – об их вечном спасении, их объединяет духовный и нравственный смысл соработничества, их общее стремление к истине, торжеству добра и ограничению зла, к формированию достойного члена человеческого сообщества. В этом соработничестве церковь, несомненно, должна выполнять ведущую роль. Во-первых, потому, что она ведает определяющим признаком человека – его духом, его духовностью – главным божественным знаком, отличающим человека от всех живых существ. Во-вторых, церковь своим Священным Писанием обязывается уважать и молиться за государство как богоданную власть»[1].

Характерное для религиозной публицистики стремление к обобщениям, позволяет уйти от конкретно-исторического анализа реальных процессов, а следовательно, лежит за рамками науки. Поэтому, следуя принципам объективности и всесторонности, необходима система показателей, анализ которых позволит с достаточной долей достоверности ответить на поставленные вопросы и дать прогноз развития ситуации.

Итак, вопрос первый: что дало РПЦ сотрудничество с государственной властью? Союз социальных институтов предполагает их взаимную выгоду, которая реализуется в экономической, политической, идеологической сферах. РПЦ получила право пропаганды вероучения, право иметь и неограниченно приумножать собственность, право на высокий социальный статус, постоянно подчеркиваемый властью, право на определенную защиту от конкуренции других конфессий. Реализацию этих прав государство обеспечивает через законодательные акты. Начало было положено в конце 1980-х гг. во время подготовки к празднованию 1000-летия «крещения Руси»: знаковым событием стало прославление в качестве святого патриарха Тихона.

Не будем перечислять все виды материальной и финансовой помощи, которые оказывались РПЦ за последние двадцать лет. Из последних – обещание Ю.М. Лужкова построить в Москве 200 (из 600 просимых патриархом Кириллом) храмов «шаговой доступности» и домов для притча[2], возвращение РПЦ недвижимости, в том числе объектов культурного наследства. Несмотря на то, что значительная часть этих решений оценивается даже творческой интеллигенцией (как правило, наиболее церковно ориентированной) отрицательно, а передача в Калининграде РПЦ недвижимости ранее принадлежавшей католикам и протестантам, вызвала массовые возмущения, процесс, несомненно, будет продолжен[3].

Прекрасно осознавая, что сила любой идеологии тесно связана с такими факторами как размер собственности, наличие профессионалов, количество сторонников, РПЦ активно работает по всем этим направлениям. Ближайшая задача – на законных основаниях войти в госстандарты образовательных учреждений, поскольку с их помощью активизируются все три фактора. Именно поэтому остановимся на данном вопросе подробнее.

На первый взгляд, в проекте нового закона «Об образовании» подчеркивается светский характер образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях, запрет на создание в них религиозных объединений (организаций), а так же на ограничение прав или наоборот получение каких-либо преимуществ в связи с отношением к религии (ст. 3, пп. 2, 5; ст. 8, п. 2). Светскость образования обеспечивается и тем, что согласно п. 2 ст. 17 содержание образования должно формировать у обучающегося соответствующую современному уровню развития науки систему представлений о картине мира. Педагогическим работникам в соответствии с п. 2 ст. 50 запрещается использовать образовательный процесс в целях религиозной пропаганды. Отсюда логически следует, что на любом уровне обучения преподавать курсы религиоведения или истории мировых религий должны светские педагоги, а не служители культа, поскольку последние, как свидетельствует опыт, не беспристрастны при ознакомлении учащихся с вероучением других религий. Эти положения полностью соответствуют Конституции РФ, как многонационального и многоконфессионального государства.

Но «рамочность» проекта позволяет значительно сузить светскость образования. Приведем цитату из статьи доктора педагогических наук, заведующеголабораторией мировоззренческих и духовно-нравственных основ воспитания Института семьи и воспитания Российской академии образования И. Метлика, входившего в группу разработчиков поправок от РПЦ в проект закона «Об образовании». Предлагается внести в него «нормы, касающиеся функционирования духовных школ, регулирования деятельности, финансовых и иных материальных условий работы негосударственных или, согласно терминологии проекта, частных образовательных учреждений (православных гимназий и т.п.). Есть и группа поправок, связанная с гарантиями и регулированием религиозного образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях или религиозного компонента образования Русской православной церкви в составе основных образовательных программ дошкольного общего и профессионального образования в соответствии с государственными образовательными стандартами. Речь идет о преподавании конфессионально ориентированных учебных дисциплин, курсов, модулей в учреждениях различного типа, вида и уровня образования в соответствии с образовательными запросами граждан, семей, обучающихся. В системе профессионального образования, в высшей школе это, прежде всего, православная христианская теология. В общеобразовательной школе – учебные курсы православной культуры, а также соответствующие курсы, занятия, образовательные или воспитательные программы в дошкольных учреждениях, колледжах, вузах, в учреждениях подготовки и повышения квалификации педагогических кадров, дополнительного образования детей.

На практике такое религиозное или религиозно-культурологическое образование уже присутствует в российской государственной и муниципальной школе. Поэтому и необходимо его правовое закрепление в профильном законе «Об образовании». Кроме гарантии религиозного образования в государственной и муниципальной школе в статье должны быть установлены основные предметы взаимодействия религиозной организации с учредителями школ – государственными и муниципальными организациями, органами управления образованием. К этим предметам совместного ведения относятся: содержание образования, содержание подготовки педагогических работников и нормы их допуска к преподаванию[4].

Как следует из текста, есть каналы, через которые можно обойти ограничения, присущие светскому государству. В частности, через структуру частных школ, которые будут финансироваться наряду с государственными. Кроме того, местные органы власти могут оказывать избранным образовательным учреждениям финансовую помощь по статье «дополнительное развитие». Нет уверенности и в том, что «светскость» образования не будет урезана в процессе обсуждения «по просьбам граждан». Сайт Министерства образования и науки для обсуждения закона создан таким образом, что «посетителю со стороны» практически невозможно отследить, какие именно поправки внесены.

В целом, последние двадцать лет – это период современной «симфонии» государства и РПЦ, нередко на грани нарушения соответствующих статей Конституции. Отвечая на первый, поставленный в статье вопрос, подчеркнем: Церковь уже получила многое из того, на что претендовала.

А что получила государственная власть? Ведь главное, что ей надо от РПЦ, как точно отмечено А.Н. Швечиковым, чтобы церковь своим Священным Писанием обязывала уважать и молиться за государство как богоданную власть. Пассивность народа в защите своих прав налицо, но она отнюдь не означает сакрального отношения к власти. Является ли покорность народа результатом усилий РПЦ? Способствует ли она, в стране, где подавляющее число называют себя православными, формированию если не сакрального, то хотя бы уважительного отношения к власти?

Иерархи РПЦ в самых жестких выражениях критикуют советскую эпоху, ее лидеров и, наоборот, положительно отзываются о президенте, премьере, царской семье и дореволюционной эпохе. Но голосования по итогам передачи «Суд времени» постоянно в пользу СССР. Опрос же со «сбивкой» выборки в пользу наиболее активных пользователей сайта «Гайдпарк» в мае 2010 г. показал, что 60% из пяти тысяч хотели бы жить в такой стране как СССР до перестройки, и лишь 2% в сегодняшней РФ. В январе 2011 г. из семи тысяч на выборах в Госдуму за «Единую Россию» проголосовало бы 4%, а если бы она была без Путина и Медведева - 0%[5]. Напомним, среди пользователей интернета преобладают молодые поколения. Итоги выборов всех уровней не показательны: условия их проведения хорошо известны. От пятидесятилетнего бывшего офицера, теперь таксиста, услышала такую фразу: «Если мне судьбой отведено 75 лет, я бы пять отдал, чтобы остальные прожить в Советском Союзе». Он не единственный, кто согласился бы на такой обмен.

Покорность большинства имеет другие причины. И они лежат, прежде всего, в социально-экономической сфере и законодательной практике, обеспечивающих всевластие работодателей и правоохранительных органов. В России сложилась экономическая, политическая, социальная структура, по форме напоминающая Эйфелеву башню. Доказательств того, что стабильность этой структуры обеспечивается благодаря усилиям РПЦ, нет. А если бы и были, то церковь не заинтересована в их обнародовании, поскольку демонстрация РПЦ сверхлояльности власти в этом вопросе ведет к утрате ее собственного авторитета. Итак, союз государственной власти с церковью не дал, того, что ждала  от нее власть: подтверждения своей легитимности.

Есть еще одно направление, где совпадают интересы РПЦ и государства. РПЦ после Великой Отечественной войны активно работает на международной арене, за что ее представители в советское время получили немало правительственных наград. Обоюдный интерес в этой сфере несомненен: прихожане РПЦ за рубежом – это своеобразные группы влияния. Насколько они эффективны для отстаивания интересов РФ – предмет особого разговора, выходящего за рамки темы данной статьи. 

Пришла очередь ответить на третий вопрос: каковы последствия для народов России заключения такого союза? Разумеется, РПЦ является фактором социальных процессов. Вопрос в том, какова их направленность. Обратимся к статистике религиозности населения России. Для этого рассмотрим социальную структуру общества по ряду критериев, прежде всего, конфессиональную. Приведем самые благоприятные для РПЦ результаты опроса населения ВЦИОМ, опубликованные 30.03.2010 г.: 75% считают себя православными. Сторонников ислама 5%, более 1% последователей протестантизма (ЕХБ, пятидесятники, адвентисты, лютеране и т.д.) и других, не перечисленных в списке вероисповеданий, по 1% католиков, иудеев, буддистов. Верят, не принадлежа к какой-либо конфессии, - 3%. Колеблются между верой и неверием - 5%. Относят себя к неверующим - 8%. Затруднились с ответом – 1%. За год доля православных увеличилась с 70 до 75%, в то время как доля мусульман сократилась с 7 до 5%[6].

Во-первых, вряд ли стоило авторам делать упор на сравнительных данных, при объявленной статистической погрешности в 3,4%. Во-вторых, миграция из Средней Азии в Россию не уменьшилась, и рождаемость у мусульман, по-прежнему, значительно выше, т.е. доля молодого активного населения в этносах, исповедующих ислам, значительно выше, что в недалеком будущем изменит конфессиональную карту страны. В-третьих, для политических переворотов требуется менее 10% активного населения.

Актуализация различий по мировоззренческому признаку всегда порождала социальную напряженность. Требования особых прав РПЦ и политика государственной власти по их удовлетворению способствуют межконфессиональным и, соответственно, межнациональным конфликтам. И нет ли в событиях на Манежной следа выступлений мусульман, когда им отказали в строительстве дополнительных мечетей после того, как было принято решение о строительстве 200 храмов «шаговой доступности» для РПЦ?[7] Впрочем, впереди еще не одна манежная площадь. Возникшие на основе православия монархические националистические группы, реанимировавшие лозунг «все беды России от верховенства потомков распявших Христа», катализатор социальной напряженности, а не ее глушитель.

Поскольку функции и рамки деятельности РПЦ расширяются, зачастую в ущерб представителям другим конфессий[8], в условиях провозглашенного Конституцией РФ равноправия рас, народов, религий чисто теоретический вопрос – является ли Россия многоконфессиональным государством, становится ареной не только религиозного, но и политического, межнационального, социального противостояния. Напомним заявление тогда еще митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла: «Мы должны вообще забыть этот расхожий термин "многоконфессиональная страна". Россия - это православная страна с национальными и религиозными меньшинствами»[9]. Такая установка священноначалия сразу же отозвалась в религиозных СМИ. В качестве одного из многочисленных примеров сошлемся на статью, посвященную баптистам, в региональном регулярном издании РПЦ под названием «Особо вредная секта»[10].

Одна из закономерных реакций «религиозных меньшинств» на подобные заявления – их сплочение и внутренняя миграция от государства. Пока о социально-политическом противостоянии со стороны других христианских конфессий речи не идет: их социальная и возрастная структура за последние двадцать лет резко изменилась в пользу хорошо образованной молодежи сосредоточенной на росте профессионального статуса. Но все впереди. Что касается ислама – активность молодежи налицо и в этом случае религия и нация связаны гораздо прочнее и жертвеннее. Мы не знаем ни одного православного «смертника». Канонизированный Евгений не в счет: одно дело принять смерть со стороны, другое – подорвать себя ради уничтожения неверных.

Комментируя события на Манежной площади, патриарх Кирилл заметил, что «межэтнические отношения - это сообщающиеся сосуды. Нельзя показывать пальцем на одну сторону этого сосуда, игнорируя его другую сторону. Возникновение радикализма в этнически солидарных группах … немедленно провоцирует реакцию большинства, тоже радикальную»[11]. Но межконфессиональные отношения – это те же сообщающиеся сосуды, причем солидарность этнических групп Поволжья, Кавказа и Средней Азии обеспечивается как раз религией. Ярких примеров солидарности на основе православия (хотя бы русских, белорусов, украинцев) в современной России не наблюдалось.

Что касается многоконфессиональности, то главный признак здесь не количество верующих в разных конфессиях. Это понятие применительно к стране начинает использоваться тогда, когда представители малочисленных религий занимают высокий социальный статус, среди них высока доля социально активной молодежи, последователи концентрируются на геополитически важных, как правило, приграничных территориях. По всем этим показателям РПЦ сдает позиции в силу объективным причинам. Ссылки же на исторические заслуги не могут защитить от вызовов современности.

А теперь обратимся к вопросу о степени религиозности населения. Из назвавших себя христианами 84%, были крещены. Две трети соблюдают те или иные религиозные обряды, Священное писание хоть однажды в жизни читал каждый второй[12].

Представленные ВЦИОМом данные действительно могут вызвать доверие к обещаниям РПЦ стать идеологическим центром России, если не проанализировать их подробнее в историческом контексте. Во-первых, напомним, уже не раз доказывалось, что для русского человека «православный» - культурологическая самохарактеристика, на деле зачастую не подкрепленная реальным поведением, не только в религиозном, но и широком социальном плане, пример чему резкий рост всех видов девиации. Далее, в 1993 г., когда Библия была редкостью, 38% сообщили, что читали Священное Писание. И это был гораздо более значимый для характеристики степени интереса к религии показатель, чем сегодняшние 49% читавших его хоть раз в жизни, когда стало модно иметь свою Библию, хотя бы в детском варианте, работают воскресные школы, введены факультативы.

Важный показатель религиозности – соблюдение обрядов. Но в исследовании не уточняется, каких именно. Яйца на пасху многие красят, считая это народной, а не религиозной традицией. Молитва, должна быть ежедневной для каждого православного, но исполняют религиозные обряды, еженедельно и чаще лишь 7%.

Согласно исследованию 2007 г. Российского независимого института социальных и национальных проблем (РНИСиНП), называют себя верующими в Бога 47% респондентов. Здесь же приведены данные, позволяющие судить о степени их воцерковленности. 68% православных никогда не причащались, 50% верят в Божий суд, почти половина никогда не раскрывала Библии. В храме бывают только по праздникам 43%, 10% регулярно посещают церковь, соблюдают все обряды и ритуалы, 4% соблюдают пост, 3% верующих часто общаются со священниками[13].

Итак, взаимодополняющие исследования свидетельствуют, что там, где вопросы поставлены одинаково, получены и одинаковые ответы. Для нас важно другое: верующие, а тем более православные, не пользуются теми каналами связи с церковью, которые могли бы повлиять на их поведение. Правда, в опросах не интересовались размером аудитории теле- и радиопередач. Но даже если они и велики, человек при принятии решения руководствуется не абстрактными нормами, а советами того, кто знает конкретную ситуацию.

Вновь обратимся к данным ВЦИОМ за 2010 г. Для того, чтобы сбросить напряжение в церковь идут 9%. 16% читают книги, 19% - слушают музыку, 20% лежат на диване, 26% смотрят кино, 43% общаются с родственниками и друзьями[14]. Следовательно, не только управленческая, но и важнейшая для религии компенсаторная функция мало востребована. Религиозная вера помогла части представителей разных конфессий пережить 1990-е гг., спасла от самоубийств и нравственного саморазрушения наиболее слабых. Поможет и в будущем. Но этим почти ограничивается круг ее позитивного влияния на прихожан. Существуют другие референтные группы, и другие факторы определяющие поведение в повседневной жизни. Глобализация, как показывает опыт зарубежных стран, их с объективностью актуализирует.

В телепередачах самых разных каналов интеллигенция все чаще ностальгирует по нравственной атмосфере доперестроечного времени, по советскому искусству во всех его формах. И это симптом, свидетельствующий о мировоззренческом перепутье, в основе которого не религиозные, а нравственно-политические ценности. Но даже та интеллигенция, которая многим обязана современной власти, начинает оппонировать церкви. Так, вполне справедливое замечание на Круглом столе по межэтническим отношениям в декабре 2010 г.  В. Чаплина, правоту которого подтвердит любой виктимолог, что женская одежда может провоцировать сексуальные преступления, вызвало возмущения не только феминисток, разместившись в Интернете Обращение к патриарху. За месяц оно набрало около трех тысяч откликов в подавляющем большинстве осуждающих В.Чаплина[15].

Критика была дана по гораздо более широкому кругу вопросов. Так, на страницах «Российской газеты» В. Ерофеев заявил, что его «беспокоит, что в стране есть группа идеологически заостренных религиозных деятелей, которые решили превратить нас в православных. Такое явление продиктовано не желанием спасти душу, а стремлением ее контролировать. Это проявление человеческих стремлений, а не божественной сущности Церкви. Впечатление, что предложение исходит из Средневековья». Не менее резко откликнулась известная писательница Т. Устинова: «Могут ли граждане указывать священнослужителям, что вне … религиозных мест их раздражает церковное одеяние – рясы, подрясники и еще более странные шапки на головах?»[16]. Жесткая дискуссия, с прямыми оскорблениями тех, кто поддержал В. Чаплина, прошла в программе «Открытая студия» на «5 канале» 28 января 2011 г.[17] То, что частный повод вызвал столь бурную реакцию, на наш взгляд, еще один симптом того, что в обществе даже среди верующих увеличивается доля желающих ограничить место РПЦ религиозной оградой в ответ на отказ клира от принципов первоначального христианства[18]. И это опасный для РПЦ симптом, поскольку предвещает религиозную переориентацию в пользу протестантизма.

Знаковым, особенно для интеллигенции, будет конфликт по критерию «верующий – неверующий». Выступая в Карелии, патриарх Кирилл заявил: «Когда нам говорят, что неверующий человек может быть хорошим, мы соглашаемся с этим. Но неверующий человек может стать зверем, а верующий — никогда, если он сохраняет веру в Бога». Характерно, что «Вести» сделали упор в новостной ленте именно на том, что «неверующий может стать зверем»[19]. Не станет ли данное заявление напутствием к разжиганию социальной розни по религиозному признаку в нарушение статьи 28 Конституции РФ, гарантирующей свободу совести, т.е. право исповедовать, либо не исповедовать религию?

О том, как трудно представителям РПЦ, придерживающимся ортодоксальных взглядов, оставаться в рамках Конституции свидетельствует и такой факт, который также обсуждается в Интернете. Протоиерей Дмитрий Смирнов, председатель Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями, сопредседатель Церковно-общественного совета по биомедицинской этике Московского патриархата, предложил наказывать женщин, решившихся на аборт, 8 годами тюрьмы. В своих лекциях он заявляет, что «мужчина умнее женщины на 25%» и т.д.[20]

Количество социальных конфликтов, как скрытых, внутриличностных, так и явных, межличностных и межгрупповых от актуализации религиозного фактора возрастает. И это объективная мировая тенденция. Поэтому на третий вопрос можно дать следующий ответ: церковь обещает государственной власти гораздо больше, чем может дать. Решая тактическую задачу – снятия социальной напряженности – государство совершает стратегическую ошибку, делая ставку на РПЦ. Чем больше актуализация различий, а именно на это направлена деятельность РПЦ, а вслед за ней и других конфессий, тем меньше стабильности в обществе. Сегодняшнее российское государство не способно предложить населению идеологию сплочения наций, но лучше никакой, чем та, которая их разделяет. Но и РПЦ, решая тактические задачи, обеспечивающие рост ее влияния на конкретном историческом этапе через тесный союз с государством, тем самым готовит себе поражение в будущем.


Автор: Галина Сергеевна ШИРОКАЛОВА - доктор социологических наук, профессор заведующая кафедрой философии, социологии и политологии Нижегородской государственной сельскохозяйственной академии



[1] Швечиков А.Н. Взаимоотношения русской православной церкви и государства в современной России// http://novokuznetsk.webstolica.ru/kolreferat

[2] Буслаев А. Водку близ школ продавать нельзя, а церкви строить можно? // http://www.inoforum.ru/forum/index.php?showtopic=48549&mode=threaded . 2.10. 2010.

[3] Передача зданий в собственность РПЦ может затруднить их посещение, считают в Общественной палате http://www.newsru.com/religy/16sep2010/besprechung.html. 16 сентября 2010. http://community.livejournal.com/ru_antireligion/5075859.html

[4]См.: Метлик И. Религия в школе: проект нового закона «Об образовании»// Журнал Московской Патриархии. 2011.№1// media.otdelro.ru/index.php?..

[5] http://gidepark.ru/user/ 4035114257/poll/46497

[6] Верим ли мы в бога?// http://wciom.ru/index.php?id=268&uid=13365Пресс-выпуск № 1461 Инициативный всероссийский опрос ВЦИОМ проведен 23-24 января

[7] http://badnews.org.ru/news/dlja_novykh_vlastej_moskvy_stroitelstvo_mechetej_stanet_glavnoj_zadachej/2010-11-17-4909

[8] Частота таких фактов будет только возрастать. Например, Президент ОАО «Русское Молоко» (6,5 тыс. работников) приказал всем своим сотрудникам, состоящим в браке, повенчаться до 14 ноября 2011 г. На вопрос, нет ли в этом нарушений прав человека и Трудового кодекса, ответил журналисту: «Здесь нет никаких нарушений. Это частная компания, и люди, работающие на нее, должны следовать ее правилам и придерживаться ее политики. Не хотят? Пусть увольняются по собственному желанию». На этот шаг он получил благословение от своего духовника. (Василий Бойко-Великий: «Поймите, я не хочу работать с убийцами. Не хочу, и не буду!»//Сайт «Русская линия» 13 августа 2010 г.

[9] Россия - православная, а не многоконфессиональная страна. Интервью митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла//Православная газета. Екатеринбург. 2006 г. № 13 (382). Россия - православная, а не многоконфессиональная страна. Интервью митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла// Спас. Калининград. 2006. № 11 (32 ).

[10] Валкин Г., Журавлев Д. Особо вредная секта// Православное слово в Нижнем Новгороде. 2008. №. 2. На территории Нижнего Новгорода баптистские общины существуют уже более ста лет.

[11] Дословно. Российская газета. 16 декабря 2010. С.5.

[12] Верим ли мы в бога?// http://wciom.ru/index.php?id=268&uid=13365Пресс-выпуск № 1461 в 42 областях, краях и республиках России. Статистическая погрешность не превышает 3,4%.

[13] http://statistika.ru/naselen/2007/12/05/naselen_9686.html

[14] Что Вы обычно делаете, чтобы сбросить напряжение?// Российская газета. 13 января 2011. С. 3.

[15] http://www.sergiev.ru/blog/marina-vladimirovna/chto-vy-dumaete-po-povodu-vystupleniya-v-chaplina . http://www.rg.ru/2011/01/19/dress.html и др.

[16] Пять событий недели глазами Виктора Ерофеева. //Российская газета. 20 января 2011. С.2. Устинова Т. Против // Там же. С.7.

[17] http://www.5-tv.ru/video/506150/

[18] На наш взгляд, точно такой же острой, но другой по аргументации, была бы реакция на любое предложение ограничить инстинкты с позиций нравственности, кем бы оно ни было высказано.

[19] Вести недели. Россия 1. 6 июня 2010г. См. также: http://www.patriarchia.ru/db/text/1174018.html

[20] http://www.onlinepetition.ru/4e0df0/petition.html

 Rambler's Top100