Регистрация / Вход

Сейчас на сайте

Сейчас 258 гостей и 3 зарегистрированных пользователей на сайте

Ресурсный правозащитный центр

РАСПП

Портал Credo. Непредвзято о религии   Civitas - ресурс гражданского общества

baznica.info   

РЕЛИГИЯ И ПРАВО - журнал о свободе совести и убеждений в России и за рубежом

 

адвокатское бюро «СЛАВЯНСКИЙ ПРАВОВОЙ ЦЕНТР»  

Религиоведение     Социальный офис

СОВА Информационно-аналитический центр   Религия и Право Информационно-аналитический портал

Акции



В.Ф.ФЕДОРОВ: "РЕЛИГИОЗНАЯ ТОЛЕРАНТНОСТЬ И МИРОТВОРЧЕСТВО РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В ДО-СОВЕТСКОЙ И ПОСТ-СОВЕТСКОЙ РОССИИ" - Тбилиси, июнь 2017

Печать

прот. Владимир ФЕДОРОВ *

 

fedorov vlТот факт, что уровень религиозной толерантности православных верующих при коммунистическом режиме был заметно выше, чем в последние десятилетия пост-советской России, парадоксален лишь на первый взгляд. В условиях атеистической идеологии в обществе как России, так и других республик, входящих в СССР, верующие, как правило, осознавали себя в некоем единстве с гонимыми и преследуемыми верующими других конфессий и религий.

В то время понятие толерантность не звучало так, как сегодня, а религиозная толерантность называлась веротерпимостью. Память о веротерпимости, узаконенной в Российской империи в 1905 г. сохранялась, хотя и не в массовом сознании. Все же гонения и преследования объединяли.

После 1991 г. установился новый политический режим и такие либеральные ценности как свобода слова, свобода совести громогласно объявлялись нормой новой России. Но постепенно политическая либерализация привела к тому, что либеральные ценности общество в значительной своей части стало воспринимать как разрушительные. После принятия ООН Декларации принципов толерантности в РФ была принята государственная федеральная Программа толерантности, а позднее, как региональная, была принята  аналогичная программа в Санкт-Петербурге. Однако некоторые епископы и клирики довольно критично высказывались о толерантности. Показательно выступление Патриарха Алексия II в 2007 г. перед московским духовенством: «Сегодня мы сталкиваемся с ситуацией, когда не просто разрушаются традиционные ценности, но и активно внедряются в общественное сознание ценности ложные, например, толерантность, возведенная в ранг фундаментальной основы современного западного общества. Все существующие программы по формированию толерантности нацелены не столько на воспитание в людях «терпимости», сколько на изменение духовных основ личности и характера межличностных взаимоотношений». Однако 29.11.2011 в ходе заседания Президиума Межрелигиозного совета СНГ в Ереване Патриарх Московский и всея Руси Кирилл заявил о том, что толерантность является пройденным этапом межнациональных и межрелигиозных отношений. Было также сказано, что толерантности недостаточно. Необходим диалог и сотрудничество.[i]

Такое утверждение позволяет считать, что через этап толерантности необходимо пройти. Любовь не может созреть там, где царит нетерпимость. Однако на массовое сознание действуют такие проповеди, как например следующая: "Добродетель веротерпимости - это порок, который внушает Сатана!" Это утверждает православный священнослужитель, профессор-богослов к тому же с университетским религиоведческим образование и соответствующей научной степенью. "Когда Сатана искушает людей, он каждый раз старается провоцировать такую "добродетель", развитие такой "добродетели", которая близка к самому опасному пороку этого времени. В те времена, когда люди слишком теплохладны к вере, слишком равнодушны к ней, Сатана проповедует добродетель веротерпимости!".[ii]

В 19-ом веке совсем по-другому говорили о веротерпимости духовные лидеры Православия. Это несмотря на то, что лишь в начале ХХ в. юридически закрепился этот принцип. Сошлюсь на св. Феофана Затворника: "Истинная веротерпимость искренне любит и благоговейно чтит единую веру свою (то есть веру православную), ревнует о чистоте и о славе ее, радуется возвышению ее, но при этом дает место близ нее и другим верам не потому, что считает их равночестными и спасительными, а по снисхождению к немощам заблуждающихся. Она не теснит, не гонит, не преследует; но вместе не упускает случая с любовью указывать заблуждение и предлагать свободному убеждению и совести выбор лучшего"[iii]. Здесь нет отказа от миссионерства, но есть твердое убеждение в том, что православие должно  давать место близ него и другим верам. Еще более определенно говорит о необходимости веротерпимости прот. Стефан Остроумов в своем руководстве по православному благочестию. Он подчеркивает, что дух веротерпимости проходит чрез всю историю Православной Церкви, ежедневно молящейся "о мире всего мира, о соединении всех". "Веротерпимость Православия является не следствием слабости, неуверенности в истине или равнодушия к ней. Напротив, это – зрелый плод твердой веры и братской любви к созданным по образу и подобию Божию"[iv].

Интересно, что в Концепции миссионерской деятельности РПЦ утверждается: «Православные христиане по своей вере, обычаям и традиции терпимы в бытовой и социальной сферах к иным культурам и религиозным убеждениям»[v]. Очевидно, что воспитание в культуре мира и толерантности требуют сотрудничества светских гуманитарных наук и богословия, миротворческой практики как светской, так и религиозной, междисциплинарного подхода к религиозной проблематике этно-религиозных конфликтов и восполнения религиозным ресурсом практики разрешения прочих социальных конфликтов.

Очень часто, однако, раздаются голоса духовенства и мирян о неприемлемости этого понятия. Тому много причин. Прежде всего, нежелание употреблять термин с латинским корнем, предполагая, что русское слово терпимость его полный аналог. А быть терпимым к инакомыслию, к ложным вероучениям, по мнению многих православных, недопустимо. Другой фактор – это неверное представление о том, что политкорректность – это один из аспектов толерантности, в то время как современные проявления политкорректности в западной культуре вызывают не просто осуждение, но насмешку и активное неприятие. Здесь очень важно понять, что культура политкорректности и культура толерантности две диаметрально противоположно направленные стратегии. Культура политкорректности предлагает убрать все религиозные символы, чтобы они не ущемляли религиозных чувств инаковерующего. Культура же толерантности воспитывает терпимое отношение к религиозному плюрализму как к реальности. Поэтому символы и прочие проявления иной религиозной культуры не раздражают и не оскорбляют человека, воспитанного в культуре толерантности. И, наконец, принципиально важно рассматривать понятие толерантность как terminus technicus, определением которого является Декларация ООН о толерантности 1995 г. А если речь идет о веротерпимости, то это уже религиозный и духовный ресурс.  В Концепции миссионерской деятельности мы читаем: «Миссия примирения включает в себя «диалог общественной деятельности», посредством которого люди различных вероисповеданий трудятся вместе ради достижения гражданского мира, предотвращения конфликтов и экстремистских угроз. Действуя совместно ради созидательных традиционных духовно-нравственных ценностей и более справедливых законов, защищая священный дар жизни и противостоя опасностям глобализации, можно достичь мира между конфликтующими народами, национальностями и культурами, социальными группами и странами»[vi]. Здесь подчеркнута необходимость межконфессионального сотрудничества. Таким образом возникает особая тема «Экуменическое сотрудничество как служение примирению». Установка на сотрудничество – это психологический ресурс. Поведенческий компонент воздействует на когнитивный и аффективный компоненты установки.

В упомянутой Концепции утверждается: «Миссия примирения развивается как «диалог жизни», когда христиане живут и общаются в бытовой и социальной сферах с людьми других вероисповеданий и идеологий. Так люди узнают друг друга, уважают друг друга, учатся друг у друга, потому что, по слову св. Иоанна Златоуста, «у нас нет ничего общего только с диаволом, со всеми же людьми мы имеем много общего»[vii].

О миротворчестве.

До 1991 г. участие представителей РПЦ в международных миротворческих конференциях и проектах было обусловлено государственной идеологией. Гонка вооружений была весьма обременительна для советского государства. Власть не столько позволяла, сколько требовала участия представителей различных религиозных общин, причем не только христиан, но и мусульман, буддистов в провозглашении проповеди мира на различных международных мероприятиях.  И на соборах, и на общецерковных конференциях РПЦ в программе всегда был доклад о богословии мира или о миротворческой деятельности Церкви. Многие из этих мероприятий казались нужными, актуальными. Так например, в 80-е годы серия весьма представительных Международных круглых столов по ядерному разоружению была проведена ОВЦС МП. Межконфессиональное и межрелигиозное общение в рамках этих мероприятий было интенсивным, поскольку это была единственная тогда возможность официального общения. Другая возможность межконфессионального общения была в рамках ВСЦ, в который РПЦ вступила в 1961 г. И, конечно, всплеск возможностей межконфессиональных контактов связан с празднованием 1000-летия Крещения Руси в 1988 г.

После 1991 г., развала СССР и волны либерализации тема церковного миротворчества заметно потускнела в общественном сознании. И это прискорбно. В ситуации нарастания этно-конфессиональных напряжений и возрастания террористической угрозы «богословие мира» недопустимо заменять «богословием войны». А именно так называют сегодня аналитики позицию ряда православных проповедников.

«В отличие от Основ социальной концепции, в богословских штудиях священников, признанных Церковью, могут содержаться некоторые, хотя и не очень явные, но все же предпринимаемые попытки пересмотра традиционного в светском западно-европейском обществе взгляда на миротворчество. Кульминацией оправдательного подхода к войне на сегодня явились, заявления прот. Всеволода Чаплина в 2015 году, которые он сделал, будучи еще председателем Синодального Отдела по взаимоотношениям церкви и общества. В эфире радио «Эхо Москвы» он заявил о необходимости войны ради встряски и освобождения общества от потребительского и гедонистического плена. «Мир долгим не бывает, мир сейчас долгим, слава богу, не будет. Почему я говорю «слава богу» — общество, в котором слишком много сытой и спокойной, беспроблемной, комфортной жизни, это общество, оставленное Богом, это общество долго не живет»[viii]. А несколькими месяцами позже он заявил о том, что война нужна, с одной стороны, как «очистительный огонь», с другой стороны, как жизненный «драйв», так как русские – это «народ воин»[ix].

В разработке миротворческого направления в богословском и светском богословском образовании имеет смысл опереться на практическое руководство выдающегося современного психолога Эдварда де Боно. Он в предлагаемом им пособии рассуждает: «Каким бы ни был конфликт - внутренним, межличностным или международным - у христиан есть средство его уладить. Почему же с ростом Церкви не прибавляется мира на нашей многострадальной планете? Помимо множества ответов - социологических, духовных, пророческих - есть один, от которого нельзя уйти. Причина того, что мир не становится спокойнее, - в том, что христиане утратили видение путей к миру и навыки миротворчества»[x]

Поэтому и в светском, и в церковном образовании  необходимо использовать все возможные дисциплины для включения в них соответствующих материалов. Так в богословском образовании особый упор нужно сделать на предметах миссиологического направления, где вполне органично могут быть включены такие дисциплины, как «религиозная конфликтология», «психология этно-религиозных конфликтов и экстремизма», социально-психологические и культурно-политические факторы терроризма». В светском образовании такой опыт существует на кафедре психологии кризисных и экстремальных ситуаций факультета психологии СПбГУ.

 

* Протоиерей Владимир Филиппович ФЕДОРОВ - канд. философских наук, канд. богословия, доцент кафедры психологии экстремальных и кризисных ситуаций факультета психологии СПбГУ, почётный работник высшего профессионального образования Российской Федерации.

 

Материалы Международной конференции «Религия и наследие советского государства: 25-летняя ретроспектива», Тбилиси, 2-4 июня 2017 года



[ii] http://grani.agni-age.net/articles1/liar2.htm  Цитирую по рериховскому сайту, а не по тексту самого борца с толерантностью. Но сомнений в подлинности у меня нет, поскольку диакон и многотысячную молодежную аудиторию  рок-концерта настраивает на презрение к певцам толерантности. См. информацию о рок-концерте, посвященном 100-летию подводного флота России.

[iii] Свт. Феофан Затворник. "Слова на Господские и Богородичные дни".

[iv] прот. Стефан Остроумов. О православном благочестии. Тверь. Перепечатано в 1993 г.

[v] Концепция миссионерской деятельности Русской Православной Церкви

http://www.patriarchia.ru/db/text/220922.html

[vi] Концепция миссионерской деятельности Русской Православной Церкви / http://www.patriarchia.ru/db/text/220922.html

[vii] Беседы о статуях, говоренные к Антиохийскому народу. Беседа 1, ч. 12.

[viii] Соблюден ли в России баланс светского и религиозного? (Текст и Видео) // Эхо Москвы. 17.06.2015  http://echo.msk.ru/programs/klinch/1567024-echo/

[ix] Протоиерей Чаплин о войне // Youtube. 22.11.2015 - https://www.youtube.com/watch?v=VW9dZ6SAQMg

 Rambler's Top100